Ниочема - Дмитрий Николаевич Матвеев

же зависла в воздухе и закрутилась так, что смазалась в сплошное серо-белое пятно. А когда вращение остановилось, у нее на шее повис небольшой кулончик с ярко светящимся шариком.

— Охренеть!

Это человек и домовая сказали одновременно,

— Что это?

— Где?

Милка ощупала себя спереди, ее лапки натолкнулись на украшение.

— Ой… Это же… Это же… А-а-а-а!

Милка завизжала так, что Олег поморщился:

— Потише, а то у меня голова лопнет.

— Ты знаешь, что это такое? — не унималась домовая.

— Откуда?

— Да я… Да я только от древних домовиц об этом слышала. Это же Хранилище! Я же теперь могу в нем энергии запасти на целый месяц! Представляешь, я теперь спокойно могу месяц путешествовать куда хочу, и не впаду в спячку.

— Это, конечно, здорово. А как насчет договора?

— Обижаешь! — деланно насупилась Милка. И тут же замки чемодана открылись, крышка распахнулась, и Олегов гардероб принялся вылетать, чиститься-гладиться и убираться в стенной шкаф, каждая вещь на своё место. А потом и сам чемодан подпрыгнул, закрываясь на ходу, и убрался в антресоль.

— Класс! — оценил Олег. — Каждый раз как вижу, так поражаюсь твоей ловкости. Молодец!

Милка мурлыкнула от удовольствия.

— Только скоро сюда заедет орава малолетних колдунов, и если они такое увидят, то мне потом от них не отбрехаться.

— Не вопрос. Я могу и делать всё незаметно. Никто ничего не видит, а оно… ап!

И на столе появился ноутбук с открытой крышкой, который секунду назад лежал в сумке.

— Тогда у меня к тебе претензий нет. А я пойду прогуляюсь, куплю кое-что по мелочи, ну и продуктов на первое время.

Глава 10

Что нужно человеку для начала новой жизни Олег знал прекрасно. Опыт холостяцкой жизни, переезды, командировки — всё это даром не проходит. Хорошо ещё, в комнате имелся маленький холодильник. Для пива, не иначе. Никакой другой кухонной техники не было. Видимо, питание предусматривалось исключительно централизованное, а вечером — разве что небольшой перекус жидким хлебом.

Два комплекта посуды — себе и возможному гостю, электрический чайник, бутыль питьевой воды, хлеб, десяток яиц, сыр и колбаса, чай в пакетиках, кофе в гранулах, стратегический запас консервов да несколько пачек быстрорастворимой китайской лапши (куда же без неё, она вездесуща). Ну и пакет молока для Милки.

И вот так, нагруженный покупками, Олег ввалился в вестибюль гимназии. Помимо непременного охранника в нем обнаружилась молодая симпатичная девушка с полудюжиной чемоданов, тяжелых даже на вид. Русые волосы, правильное лицо, теплая куртка поверх классического платья, модные полусапожки. И всё вместе выглядит как минимум небедно.

— Вот, сударыня, — указал на Олега охранник, — он может вас проводить и всё показать. А мне, как я уже говорил, покидать свой пост запрещено.

Девушка кивнула, подошла к Олегу и вежливо представилась:

— Елизавета Филькина, Хабаровск.

И протянула для пожатия узкую маленькую ладошку.

Олег поставил пакеты со скарбом и провизией на пол, вытер ладонь о штаны и, осторожно пожимая девушке руку, представился в свою очередь:

— Олег Песцов, Воронеж.

— Очень приятно, — произнесли они одновременно и так же одновременно рассмеялись.

Знакомство состоялось.

— На «ты»? — начхав на этикет, предложил Олег.

— На ты, — утвердительно тряхнула головой Елизавета.

— Ну, тогда пойдем. Но сперва мне нужно вот это всё, — Олег указал на свою поклажу, — закинуть к себе в комнату. А потом я с чемоданами помогу. Если получится, конечно.

— Не парься, — успокоила парня Филькина.

Она сделала несколько жестов над самым большим чемоданом, потом взяла его за ручку и потащила за собой с такой легкостью, словно это был ридикюль. Или, на крайний случай, футляр со скрипкой.

— Было бы предложено, — пожал плечами галантный кавалер и двинулся вперед.

На втором этаже он взмахнул рукой:

— Там дамские апартаменты. Насколько я понимаю, ты из девчонок первая, стало быть, выбираешь себе лучшую комнату. Но я уже проверял: с виду они все одинаковые. Ну всё, устраивайся. Я к себе. Третий этаж. Чао!

И направился вверх по лестнице.

Ушел. Наглец! Елизавета Филькина не очень привыкла к такому обращению. Обычно мальчики постоянно крутились рядом с ней, спорили за её внимание и наперегонки выполняли любое поручение. Там, в Хабаровске, на такую ерунду, как подъем багажа в комнату, Лиза не стала бы тратить ману. Она просто пару раз улыбнулась бы окружавшим её юным кавалерам. Но, может, в Воронеже приняты несколько иные манеры поведения? Она недовольно фыркнула, от расстройства запихала чемодан в первую попавшуюся комнату и пошла за следующим.

Олег поднимался по лестнице в хорошем настроении. День прошел максимально продуктивно, все поставленные задачи выполнены, впереди — отдых и ужин. Незначительный инцидент с девочкой из Хабаровска слегка развлек, но не более того. Да, организм выбросил в кровь все положенные гормоны. Да, кровь послушно прилила к соответствующим местам. К счастью, плотные джинсы ограничили жалкие попытки подросткового тела продемонстрировать даме свою симпатию. А взрослое сознание опытного в подобных вещах мужика цинично констатировало: бабец вдувабельный, но геморройный. Чтобы соблазнить избалованную домашнюю девочку, придется потратить массу сил и средств. Ладно бы еще силы, их много. Но средства у Олега ограничены, а потому, если станет совсем невтерпёж, лучше обратиться к профессионалкам. Дешевле выйдет. Опять же, последствия…

С этими мыслями новоиспеченный гимназист Санкт-Петербургской гимназии для одарённых закатился в свою комнату. Не успел он поставить пакеты на пол, как они опустели. Зато полки в шкафах заполнились, вода налилась в чайник, штепсельная вилка вставилась в розетку, кнопка включения нажалась, а сыр, хлеб и колбаса отчасти превратились в аппетитные даже на вид бутерброды. Сами же пакеты аккуратно сложились и легли на предназначенное для них место.

— Спасибо, Милка! — Олег от души поблагодарил домовую. — Ты просто прелесть.

И принялся наливать молоко в голубое блюдечко.

— Я честно выполняю договор, — мурлыкнула довольная домовая.

Но было видно, и она даже не пыталась это скрыть, что делает свою работу не только по обязанности. Наверное, чувство благодарности доступно и нежити. По крайней мере, одной домовой — так уж точно.

Когда Лиза Филькина закончила разбирать багаж, было уже совсем поздно. Горничных и прочих служанок в гимназию не допускали, так что девушке впервые в жизни всё пришлось делать самостоятельно. И, как следствие, не всё получилось. Вернее, не получилось почти ничего.