Звезда сомнительного счастья (СИ) - Шах Ольга

«Ну, вот, кажется, вырисовывается что-то стоящее!» - подумала я, когда увидела крутящегося возле нашего прилавка мужчину с выдающейся лысиной. Описание, которое дала Алисия, было вполне конкретное, поэтому я нисколько не удивилась, когда он шустрым колобком подкатился ко мне, поклонился и заявил, как он счастлив лицезреть меня и прочее, и прочее. Далее, после пяти минут подобного текста, он осторожно сообщил о том, что хотел бы сделать мне коммерческое предложение.

Я внутренне подобралась. Ну, про предложение я и сама уже догадалась. Только вот, насколько я понимаю, до тотальной эмансипации тут, конечно, далеко… так что нужно держать ухо востро!

- И что же именно вы хотели мне предложить, уважаемый? – спросила я, будто у меня таких предложений – воз и маленькая тележка.

Оказалось, что мужичок, представившийся Патриком, действительно, был держателем местного паба и имел, как я понимаю, нюх на свою выгоду. Потому как, после того, как к нему стали заявляться постоянные покупатели с непонятной закусью, не растерялся, а решил первым подсуетиться, и вот! Я стояла с равнодушным видом, прикидывая, сколько смог бы у меня приобрести хозяин пивнушки, Ричард за моей спиной излучал молчаливую уверенность.

- Я мог бы у вас покупать каждую неделю около трёх корзин таких рыбок… и платить за них три гольдена золотом.

Я просто кожей почувствовала, как напряглись ребята, но отрицательно покачала головой.

- Боюсь, что вынуждена отклонить ваше предложение, господин Патрик! Не вижу в том выгоды для себя. Особенно, учитывая то, что путь от Нейтона до города не близок, да и вообще…

Хозяин пивнушки как-то сник, одёрнул сюртук, выдохнул и бухнул:

- Конечно, леди! А если я предложу вам пять гольденов и четыре корзины?

Я с сомнением кивнула, мол, так и быть. Уговорил, чертяка!

Мужик, счастливый, умчался, а я выдохнула. Ну, вот! Уже что-то! Алисия, которая всё это время стояла возле прилавка тихо, как мышка, вытерла слезу краешком своего фартука.

- Елена, птичка моя, какая же ты стала! Тебя и не узнать совсем! Я-то помню тебя совсем крошкой, маленькой шебутной девочкой, которой я читала сказки на ночь…

Я обняла старую нянюшку, та шумно высморкалась и заявила:

- Сейчас ты стала совсем другой, но я не люблю тебя меньше оттого!

- Вместе мы справимся! – заверила я всех.

А меня снова кольнула мысль, которая не давала мне покоя с того самого момента, когда я только услышала предложение стать «Еленой Деймор». А как же та, другая Елена? Что, если она передумает и решит вернуться домой? Конечно, Ричард говорил что-то о том, что такого не произойдёт, но… разводов не существует, но она может стать вдовой и появиться перед очи папеньки, к примеру. Прости, мол, такого больше не повторится…

У охраны спрашивать бесполезно, они ещё тогда подняли меня на смех…

А сейчас я смотрела, как радостно Алисия рассказывает, какая я была маленькой шустрая и умная девочка, и любила залезать в кабинет папеньки, как радостно верещит Оливия, и даже улыбается Эдмунд…

Пожалуй, я подумаю об этом завтра.

А сейчас мы были готовы к тому, чтобы покинуть Гемптон и вернуться домой. Мы были все в приподнятом настроении и не заметили, как три сомнительных личности внимательно смотрят, как мы отъезжаем от рынка, направляясь к выезду из города.

***

Невзрачный мужик с бегающим взглядом кивком подозвал своего кореша, который подпирал тумбу с другой стороны рыночных ворот.

- Видал, Киря? Поехала наша дамочка куда-то! Как бы не к себе в деревню… - сплюнув через губу, процедил мужик и усмехнулся – Ты беги, предупреди наших, да пусть они Толмача прихватят. А то видел я тех парней, которые у нашей леди в служках ходят. Сдаётся мне, что эти ребята совсем не святые причты и ножи при себе иметь запросто могут.

Человек, которого звали Киря, понятливо кивнул и торопливо отправился к городским воротам. Скорее всего, его дружок был прав, и дамочка действительно, могла отправиться в ту деревню, откуда приехала. Киря родился в маленькой деревушке возле Майдена, но всегда с презрением относился к лендерам, считая, что землевладельцы созданы исключительно для того, чтобы иногда расставаться со своим легко нажитыми гольденами, которые они сами сдирают со своих крестьян, облагая последних непомерным оброком.

Если честно, то некоторые из лендеров были исключительно против подобного передела денег, заявляли в жандармерию, или и того хуже – собирали своих «непомернооблагаемых» и других лендеров, и тогда уже начиналась охота на самих разбойников.

Глава 18

Последняя такая охота на самого Кирю и его корешей была трагичной, так что им пришлось спешно покинуть благословенный Майден и законопатиться в эту глушь! Их отряд потерял несколько хороших солдат, которые в равной степени владели ножом и кулаком, так что про явный разбой говорить не приходилось, разве что так, как сегодня – по наводке от знакомого стражника, которого Толмач однажды прихватил на горячем.

Киря шёл быстро, но успевал посматривать по сторонам и небрежно посвистывать, держа руки в карманах, изображая из себя праздношатающегося молодого человека. Он не слишком переживал, что карета, в которой была такая богатая леди, успеет выскользнуть из города. Он прекрасно понимал, что по городу они будут передвигаться медленно из-за толчеи на дорогах, в то время как сам Кира пройдёт подворотнями и совсем скоро выберется возле городских ворот.

Собственно, так и вышло. Когда он подошёл к городским воротам, карета с телегой только-только приехали и теперь стояли в небольшой очереди на выезд из города.

Толмач ошивался тут же, да и стражник-наводчик тоже. Киря подошёл к ним лёгкой походкой человека, у которого всё отлично, и, не разжимая губ, процедил:

- Видали карету? Дамочка, и вправду, денежная. Лично видел, как она купила какого-то скота немеряно у заезжих парней в клетчатых штанах. Не торгуясь!

Толмач ощерился гримасой, демонстрируя недостаток зубов.

- Хорошо, коли так!

Стражник, который к тому времени уже был не на службе, нервно кивнул и осмотрелся по сторонам, проверяя, не смотрит ли кто на них, тихо беседующих в стороне. Признаться честно, он был не в восторге от этой компании и только и ждал момента, когда можно будет тихо прирезать и Толмача, и всю его компанию, списав всё на пьяную драку в таверне.

Да он и не стал бы никогда связываться с разбойниками, если бы его не шантажировал Толмач, который прихватил его на торговле красавкой. А ведь стражник и успел всего-то продать пару листочков, прежде чем по незнанию напоролся на Толмача. В результате и товара лишился, и «торчал» у этих ребят на крючке…

Но ничего… он знает то, что не ведают его подельники – сопровождающие у той леди далеко не охранники караванов, а вполне серьёзные ребята. Он понял это сразу. И намеренно «слил» дамочку Толмачу. Была у него надежда на то, что у него было немного шансов вернуться в город. А если так выйдет, что кто-то выживет после встречи с тем молчаливым парнем, который тёрся возле леди, то стражник точно знал, как он с ним разберётся…

- Кривой велел, чтобы стражник отправлялся с нами, мало ли что… людей у нас сейчас не то, чтобы очень много, а тут пусть какие-никакие, но мужики имеются… - вырвал стражника из размышлений сиплый голос Кири.

Быть может, кто-то решил, что стражник струхнёт, когда такое услышит? Ничего подобного! Он был убеждён в том, что всё, ни делается – к лучшему. Пожалуй, охранники леди могли бы зарубить кого-нибудь, а там – как Великий рассудит! Так что он молча достал из кармана свой нож, переложил его за голенище своего сапога и вскочил на свою лошадь.

- Если мы хотим перехватить карету в нужном месте, стоит поспешить – процедил стражник, понукая свою лошадь.

Остальные не нуждались в уговорах и совсем скоро и без всякого досмотра, конечно, покинули Гемптон.

***

Ну, наконец-то мы выехали! Успеть бы вернуться домой до темноты. Мне совершенно не улыбалось ночевать в лесу. Флегматичный Эдмунд, который сидел на козлах, на мой вопрос ответил, что «приедем, куда денемся». Не то, чтобы это было именно то, что я хотела услышать, но всё же лучше, чем просто привычное равнодушное пожатие плеч. Между тем, какая-то внутренняя тревога не давала мне расслабиться и просто радоваться жизни, как сидящая рядом Оливия. Она по-прежнему находилась в эйфории от поездки и трещала без умолку. Мол, она-то в свои годы уже успела не только выехать из родного Домерсета, но ещё побывать в стольких интересных местах, что она бы непременно написала об этом своему папаше, если бы тот умел читать!