Квархелион (СИ) - Дмитрий Литвиненко

Арбалет отброшен — не успел бы применить. Копье в руках человека было больше похоже на кобру: металось из стороны в сторону и стремилось ужалить-ударить в сердце, в шею, ударить по руке и выбить меч.

Бой происходил, как в замедленной съемке: копье летит в горло — мальчик приседает на полусогнутых и делает выпад в голый живот противника. Копейщик отпрыгивает (как только успел), подпрыгивает, и копье несется в живот парня. Коля плавно уводит кобру-копье в сторону. Новый выпад полуторного клинка, в этот раз в ноги. Брызги крови. Противник припадает на одно ногу и гибнет — лезвие меча обратным движением рассекает горло странного человек. В то же мгновение Коля чувствует страшную боль правом в боку. Он опускает глаза и видит наконечник копья — еще один противник, ударил в спину, копье прошло насквозь прямо под ребрами.

Волна боли накрывает мальчика, но в забытье его не пускает новая волна непередаваемых ощущений — разочарование, обида на собственную глупость, он проиграл. Но в следующее мгновение все посторонние мысли вытесняет безумная ярость, ненависть ко всему миру — никто не может помешать его миссии, тем более какой-то полуголый абориген!

Счетчик тикает в последний раз.

В этот миг померкло само местное солнце — Коля-землянин умер. Родился безумный убийца, который не остановится не перед чем, миссия должна быть выполнена!

В этот миг волосы парня посидели, он постарел на пару десятков лет. По земле к убийце прошла волна силы, сжигая все вокруг него на двадцать метров до черного песка. Сила прошла по телу, и из правой руки Николая сорвалась плеть из чистейшего пламени. Взмах руки и застывший от страха и адской боли голый копейщик испепелен. Теперь о месте сражения напоминала лишь полоса кипящего черного стекла, разделяющая черный круг на две половины.

А по тропе к своей цели стремится сумасшедший. Без усталости, без эмоций, без имени, без души. Копье в, уже закрывшейся, ране сгорело вместе с волосами и одеждой убийцы. А его самого совсем не волновало, что он остался без вещей, как и не волновало, куда делся его верный спутник.

***

Наша, внушающая благоговейный трепет, ну или просто ужас, троица вышла из города на следующее утро. Похоронами друзей Крота поручили заниматься страже. Что произошло и как погибли лучшие разведчики Уса — никто не спросил, не нашлось дураков. А вот сам капитан набрался то ли храбрости, то ли глупости, и потребовал с Гриши отчет о разведке и происшествии в городе, причем в категорически грубой форме потребовал. Мой словарный запас пополнился на пару десятков интереснейших, но не самых приличных эпитетов. Мой новый товарищ был изрядно пьян и высказал начальству все, что о нем думает он лично и вся империя, пожелал долгого и наполненного приключениями пути в... короче, подальше от всего человечества. Крот остался очень доволен, позже он сказал, что всегда об этом мечтал, но из уважения ни смел этого делать. Ну, а теперь-то какое уважение? Капитану еще очень повезло не ляпнуть ничего против ухода бойца со службы родной Империи. Кстати, из смачных эпитетов, которыми оба служаки окрестили государство, я так и не понял как Это превратилось в Империю. Даже обидно было — Русь все-таки, а я родину люблю!

Прихватили два походных набора, гору продуктов и коня для Крота. У рыцаря все необходимое было с собой: латы, меч, список закончен.

На наивный вопрос «а что ты есть будешь?» он молча кивну на наши сумки, а потом на нас. Из чего я понял: мы должны беречь продукты или он съест нас.

Ни смотря на веселое свечение глаз гиганта, словам я вник и решил лишний раз не рисковать.

С рассветом странная троица все-таки покинула город, чуть не вышибив закрытые ворота. Просто первым бежал Безликий, а за ним уже я на ящере и Крот на коне. Стражникам повезло, скорость была приличной, но ворота открылись вовремя и казенное имущество не пострадало.

Дорога вела нас через лес в столицу фэров, и если очень повезет, мы сможем догнать Колю и объяснить что к чему. Привалов не делали, ели не останавливаясь. Рассчитывали ехать и ночью — на тропе появился четкий след двух путников. Но вечером наше везение закончилось. Виновник — погода. Начался ливень, смыло все: следы беглецов, мусор с тропы, землю с тропы, а потом и нас. Конечно, все было не так критично, но идти дальше было невозможно, удобная тропинка превратилась в натуральное болото. К тому же природа имела наглость разместить немного впереди нас возвышенность и не менее наглая водичка несла грязь сверху-вниз. То есть на нас.

Спасались от потопа на дереве, благо лес древний и могучие исполины имели не менее могучие ветви, которые не только нас выдерживали, но и часть воды не пропускали, таким образом, нас и не смыло. Мужики мы крупные, а Перун вообще напоминает маленький танк не только по виду, но и по весу, по этому-то два мокрых пугала и груда металла (я надеюсь, Безликий этой записи никогда не увидит) на одной ветке не могли поместиться.

Кстати коня разведчика смело в первые же секунды бедствия, сам он чудом успел спрыгнуть, а мой капер пропал без вести: он сразу как-то хитро подпрыгнул и вышвырнул меня из седла прямо на ветку дерева. Что с ним было дальше — не знаю, свою жизнь спасал. Расположились на разной высоте, рыцарь — почти над самой землей метрах в пяти от оной, Крот — в паре метрах над ним, а я еще чуть выше обмотался вокруг скользкого бревна-веточки. Для надежности привязался веревками. Я уже собирался уснуть, что в этом гуле проблематично, но тут заметил очень внимательный взгляд двух сверкающих глаз сверху. Я опустил глаза вниз — там еще одна пара адских огоньков. Потом на соседнем дереве зажглось еще четыре фонарика. Я посмотрел вниз на белого, который и во мраке леса и в дождь оставался отлично виден из-за белизны доспеха, громила взглянул на меня. Он качнул головой и закрыл глаза.

Через определенное время его тело окуталось синим свечением, и под ним возникла голубоватая полусфера. Ее края начали вытягиваться, вскоре закрыв собой и тело Крота. Я думал и мне перепадет чуток защиты, но ошибся: края щита сомкнулись над телом Гриши. На мой вопросительный взгляд рыцарь виновато дернул плечом и махнул рукой, мол, сам отдувайся, я сделал все, что мог.

Пришлось вбирать немного силы и вытягивать щит. Получился голубоватый кокон, в котором я едва поместился. Щит светился слабо — больше пары сильных ударов не выдержит, а если вложить больше силы, то придётся постоянно находиться в концентрации, а значит, я бы не смог поспать. Перун сотворил махину посерьезней и сейчас уже спит. Вот, что значит опыт — его энергия еле слушается, а он создал серьезную защиту и спать собирается, а что концентрировался с полчаса — это не считается.