Попаданцам предоставляется общежитие! (СИ) - Макарова Алена

Миг, и из него выскочила огромная серая волчица с ярко голубым бантиком на шее. Идущие по улочке горожане несколько остолбенели, но паниковать пока не торопились. Боялись пропустить все самое интересное. Принять здоровенную лохматую зверюгу за милого домашнего песика никак не получалось, но и решить, что это случайно забредший в город бешеный хищник – тоже. Мешали кокетливая ленточка на шее и дружелюбно помахивающий хвост.

Волчица в несколько прыжков догнала ушедших, радостно оскалилась и … со всей силы пихнула лохматым боком магистратского куратора попаданцев. Чиновник откормленной рыбкой полетел прямо в сточную канаву.

В мутной грязной жиже он не утонул – глубина всего по колено, зато перемазался, как редкой свинье удается, вывихнул при падении ногу и собрал своими криками целую толпу. Получившие долгожданное зрелище зеваки, сочувственно охая (но чаще – злорадно хихикая), сопроводили чумазого чиновника до самого его дома.

Счастливые очевидцы охотно делились со встреченными по пути знакомцами самыми смачными подробностями происшествия (не забывая их хорошенько приукрасить). История получалась презанятная! Пострадавший от свалившейся на свою чумазую голову популярности только зубами скрипел. Перекричать радостно перемывающую ему косточки толпу он даже не пробовал – все равно бесполезно!

Милая, скромно одетая девушка с голубой лентой в волосах довольно улыбнулась и пошла следом. В окружении стольких людей нападение орков куратору уже не грозило. А с поврежденной ногой, может, и по гостям меньше бегать будет.

Удачно получилось!

О светской беседе и ее последствиях.

-- Девять червы, господа. – Дейв с вежливой улыбкой посмотрел на своих партнеров. Ничего нового увидеть в них он не надеялся (особенно в собственном напарнике), но людям нравятся приветливое выражение лица и прямой, открытый взгляд. Даже, если они тебе проигрывают.

Впрочем, для сидящих за столом, потеря пары сотен монет особого значения не имела. Шулер никогда не обманывал доверчивых простаков, не обирал до последней нитки решивших испытать удачу юнцов, не разорял подвыпивших от счастья наследников. Его постоянными партнерами были люди солидные, степенные и хорошо обеспеченные – крупные чиновники, главы гильдий, богатые купцы и немногочисленная местная аристократия.

Никаких иллюзий по поводу Дейва они не имели, но относились к его маленькому бизнесу с пониманием: каждый зарабатывает, как может. Эти уважаемые господа хотели провести вечерок -другой в приличной компании и немножко пощекотать нервишки легким азартом. Казино на Лягани не было, но зомби с напарником его успешно заменяли: иногда дадут выиграть, иногда – небольшой куш сорвать, но сами всегда остаются в плюсе. К тому же, существа приличные, проверенные, никаких неприятных неожиданностей от них ждать не стоит.

В общем, местные толстосумы платили деньги за интересное времяпровождение и хорошую компанию. А изысканные манеры и неизменная обходительность Дейва придавали этим сборищам некий великосветский лоск и ореол элитарности.

-- Ставочку не желаете? – подскочивший к столу кобольд, как из под земли вынырнул.

Сидящие игроки удивленно переглянулись – раньше подобной бесцеремонности здесь не наблюдалось. Кобольдов, кстати, тоже.

Дейву чужая инициатива не понравилась: соприютников ему и дома хватало. С излишком! Давно бы от некоторых избавился, да огорчать милую Виеру не хочется, - она такая ранимая. Он вежливо извинился и как-то совершенно незаметно, очень естественно, переместил назойливого букмекера в сторонку.

Напарник немного не к месту, но очень вовремя завел разговор о случившемся сегодня курьезе. Игроки оживились, история о сломавшем то ли ногу, то ли шею чиновнике была у всех на слуху.

-- Представляете, он погиб в сточной канаве! Прямо там и захлебнулся!

-- Да нет, сначала голову себе разбил, а уж потом…

-- Но все равно, какая странная и неприличная смерть! Мог бы и догадаться, какой ущерб она нанесет магистрату!

-- Говорят, куратор приюта о какую-то ленточку споткнулся, где только ее нашел?

-- Нет, за котенком погнался. Маленьким таким, пушистым, с голубым бантиком.

-- Садист! Чем ему милый мурлыка помешать мог?

-- Его в детстве кошка поцарапала, с тех пор он за ними постоянно охотился, детская травма. Неужели не знали?

-- Я же говорю, садист! Так ему и надо!

О неуместном вмешательстве в игру и его виновнике присутствующие уже не вспоминали, смаковать подробности чужого несчастья было намного интереснее. Дейв едва заметно улыбнулся, напарника он себе подобрал отличного. И очень тактично (если не считать впившихся в чужое плечо пальцев) поинтересовался: какие именно неотложные дела привели глубокоуважаемого кобольда в совершенно неподходящее этому замечательному существу общество? То есть, какого именно черта этот придурок сюда приперся?

-- Так за попечительшей следили. А она, то с тобой играет, то чай с булками пьет – скукота! Ну, я и решил время зря не терять, вдруг кто захочет ставочку какую сделать? На победителя в следующей партии, на погоду завтрашнюю, на герцогскую комиссию – снимут нашего градоправителя или опять откупится…

-- Прошу простить за некоторые сомнения, но, если мне не изменяет память, Виера облекла своим доверием несколько других существ…

Речь зомби была почти короткой, тон любезным, а воткнувшиеся чуть ли не до кости пальцы – очень сильными. Его собеседнику не потребовалось много времени, чтобы понять: идея со ставочками оказалась не слишком удачной. Да и со слежкой тоже.

Характер у кобольдов скверный и неуступчивый, телосложение кряжистое, кости крепкие, но… Чужая вежливость (и стальная хватка) произвели на самодеятельного букмекера неизгладимое впечатление. Проверять, что сломается первым, хорошее воспитание рассерженного Дейва или собственная конечность, как-то не хотелось.

-- Ладно, ладно, извините, уже ухожу. Не надо злиться, мы ж как лучше старались! Вон, посмотрите на этого балабола, какой с него толк?

Шулер вежливо посмотрел в указанную сторону, и его собеседник застонал от боли: взбешенный Дейв непроизвольно попытался сжать руку в кулак, совершенно забыв, что этому может помешать такая незначительная деталь, как чужое плечо.

Следившему за председательшей попечительского совета лепрекону тоже стало скучно, и он тоже решил заняться любимым делом. Поболтать. Благотворительная дама доедала уже третью булочку, ничего интересного вокруг не происходило, так почему бы не поделиться с окружающими парочкой свежих сплетен?

-- И вы представляете, какие ужасы у нас случились, и кто оказался во всем виноват? У нас постояльцев магистратские чинов… -- Крепкая рука неслышно подошедшего зомби, дружески приобняла не в меру разговорчивого лепрекона. Совершенно случайно прикрыв ему заодно и рот. Излишне разговорчивый шпион забулькал, попытался вывернуться, закричать, укусить, но… Избавиться от новообретенного приятеля не удалось, Дейв держал крепко.

-- Прошу извинить меня, уважаемые дамы и господа, боюсь, что мое замечание покажется не совсем соответствующим правилам приличия, но, мне кажется, что столь назойливые попытки пополнить собственной персоной наше скромное общество, не слишком учтивы и совершенно неуместны…

Собравшиеся, наконец-то, отвлеклись от обсуждения тайных грехов злосчастного куратора и одобрительно закивали. Бульканье под рукой затихло. Лепрекон то ли смирился со своей участью, то ли удалось ему не только рот, но и нос закрыть. Было бы удачно. Подоспевший напарник утащил незваного гостя за дверь, кобольд исчез из гостиной еще раньше, так же незаметно, как и появился: ставочки – дело хорошее, но своя шкура дороже.

Шулер, еще раз извинившись, вернулся к прерванной партии. Сидевший за столом чиновник мог рассказать много интересного, а лишняя помощь милой Виере точно не помешает.