Генезис (СИ) - Смолин Павел

— Она у дедушки с бабушкой, ей с нами все равно не интересно, — Покачал я головой.

— А невеста твоя здесь же?

— Не, с ней в другом доме три-четыре дня в неделю живем. Если «Проклятие» смотрел — этот дом и есть.

— Жутковато, нет? — Хохотнул он.

— Если снимал сам — воспринимается совсем иначе, — Улыбнулся я.

— Ух ты! — Увидел Тимоха катану на стене кабинета: — Можно?

— Конечно! — На всякий случай отодвинулся я на пару шагов.

Полковник фыркнул и вынул из ножен ценный сувенир:

— Тупая сабля-то! — Разочарованно подвел итог.

— Киношная, — Развел я руками: — И не называй катану «саблей». Я с тобой согласен — научно такая классификация вполне оправдана, но другие японцы на тебя обидятся. Это — «меч», и только «меч»!

— Понял! — Серьезно кивнул Тимоха, пару раз рубанул воздух и повесил «меч» на место: — А зачем два компьютера?

— Три с половиной! — Поправил его я: — Этот — покруче, у меня отжала Чико — учится программировать. Я на нем только музыку сочиняю, видишь сколько приблуд?

— Вижу! — Уважительно цокнул языком полковник.

— А на этом печатаю всякое. Еще ноутбук есть, вон он на полке валяется. А там… — Мы перешли в гостиную, и я ткнул пальцем в оснащенный модемом «Фамиком»: — Половина! Печатать неудобно, но кое-в-чем даже продвинутей.

— Например? — Заинтересовался он.

— Можно писать другим людям электронные письма, покупать-продавать акции, делать ставки на скачки, читать анекдоты и всякое по мелочи.

— Нифига себе!

— Я же говорил, что Япония живет лет на десять впереди остальной планеты, — Испытал я ничем не обоснованную национальную гордость.

— А мы по пути кордон проезжали — он там всегда? — Спросил полковник насчет машины копов у моста.

— Всегда! — Кивнул я: — У нас тут что-то типа самозахвата улицы.

Тимоха фыркнул, я объяснил:

— Здесь живем мы, семья моей невесты, семья секретаря отца, две пары бабушек и дедушек и какие-то сотрудники «Хонды». Вон там… — Указал на одну из стен: — Берег речки и никаких дорог! Проезд всего один, поэтому полиция поставила заслоны на въезде и выезде.

— Очень удобно! — Оценил полковник.

— Капитализм очень удобный, если деньги есть! — Поделился я с ним секретом.

Осмотрев остальное, тем же путем вернулись наружу, где Анзор, усилившись поварским колпаком, фартуком и белыми перчатками, колдовал у мангала. Неподалеку находился батя, продолжая увлекательный бизнес-диалог. Гурам и Николай Степанович сидели в беседке напротив мамы, подпитываясь салатиком и о чем-то разговаривая. Тут над забором промелькнули знакомые головы, и в калитку вошли Сэки-сан и его жена Люда.

Раскланялись. Процесс приготовления шашлыка временно перестал требовать заботы повара, поэтому русские гости воспользовались случаем и вручили всем подарки — пару чемоданов! Среди прочего — запасец грузинского самодельного вина.

— Я звонил в Москву — все проверено! — На всякий случай шепнул мне на ухо Николай Степанович.

— Даже и не сомневался! — Заверил я его.

Придавленный служебными обязанностями Тимоха попытался подкатить к Люде на тему «а как это вы с таким интересным мальчиком познакомились», но понимания не нашел, и был послан читать отчеты.

— Слабо шпионишь! — Ткнул я сидящего рядом полковника в бок, когда Анзор снял с себя фартук, колпак и перчатки и присоединился к нам в беседке — шашлык готов, а сервировку можно доверить официанту.

— Я и не шпионю, я немного проверяю данные, — Стеснительно буркнул явно пожираемый совестью Тимоха.

— Проверяй на здоровье, — Разрешил я: — Приказы командования выполняются четко и без раздумий!

— Именно! — Кивнул довольный моим пониманием он.

— Я бы хотел предложить выпить… — Дождавшись, пока официанты разольют всем вино, а нам с мамой — сок, поднялся на ноги Анзор и разразился цветастым, очень аккуратно адаптированным на инглиш, десятиминутным тостом.

— Во дает! — Восхитился я.

— Дядя Анзор хорошо умеет говорить, — Наконец-то ожил Гурам.

— Это к тебе четверых шпионов приставили, получается? — Прищурила глазки Люда.

— У семи нянек — дитя без глазу! — Подмигнул я ей.

Женщина хихикнула, Николай Степанович напрягся.

— Шучу, блин! — Успокоил я его.

— От твоих шуток карта мира меняется! — Фыркнул он.

— Я не при делах, — Протокольно отмахнулся я и приналег на мясо.

Вскоре Анзор отправился жарить вторую, в после — третью и четвертую, порции. Оставили пару порций и для Чико — лично завернул в одеяло, чтобы к ее возвращению не остыло. Люда тоже возьмет немного с собой — для Танюшки. Когда время подошло к полуночи, пирушка завершилась, и мы попрощались с дорогими гостями.

— У тебя хорошие друзья! — Заметил пьяненький отец, когда мы втроем шли забирать Чико от бабушки с дедушкой, заодно провожая семью Сэки — по пути же!

— Они все работают на КГБ! — Заметила Людмила на уже вполне годном японском.

— Если держать этот факт в голове, то все нормально, — Беззаботно пожал я плечами: — Кроме того — нам совсем нечего скрывать. Мы ведь честные люди, правда, отец?

— Это так! — Важно кивнул он: — Одзава всегда ведут дела честно! И я подумываю над тем, чтобы начать вести их с этим Анузору, — Поведал он о планах: — Как для человека из коммунистической страны, у него на удивление здравый взгляд на вещи!

Грузин хитер — взял и окучил батю. Ничего страшного, наверное — не станет же он кидать аж мега классных нас? Ой как чревато!

Отец вдруг зло фыркнул:

— На тебя подали в суд!

— Необучаемые! — Хохотнул я.

Народ хохотнул в ответ, и я спросил:

— Кто на этот раз?

— Роберт Ратбан Уилсон, — Удивил родитель.

— Это который из Манхэттенского проекта? — Сверившись в автоучебой, уточнил я.

— Как и ожидалось от тебя! — Одобрил батя.

— Думал он уже сдох! — Признался я и спросил: — А чем я его обидел? — Подумав, не нашел ничего такого.

— А кто по Советскому телевидению назвал работавших над созданием атомной бомбы «профессиональными идиотами»? — Хмыкнул он.

— Ты не злишься! — Улыбнулся я.

— Чем дольше я живу, тем больше убеждаюсь — у гайдзинов нет чести! Нормальный человек на его месте сделал бы сепукку, а он… — И отец грустно махнул рукой.

— Сколько просит?

— Пятьдесят тысяч, — Фыркнул батя.

— Дешевка! — Даже расстроился я: — Это хороший кейс — как раз одну из моих исторических лекций. Давай заплатим — вонючий старпер сделал нам неплохой подарок!

— Ты думаешь? — Хмыкнул он: — Никаких шансов в суде у него нет — Советское телевидение на Западе не вещает, а ты — несовершеннолетний.

— Будет что-то типа плевка в лицо, — Объяснил я.

— Буду ждать с нетерпением! — Хохотнул отец.

— Вот так и вершатся великие дела! — Умиленно заметила Люда.

— Наши мужчины, — Щедро поделилась мама славой с Сэки-саном: — По-настоящему удивительные люди!

Мы втроем покраснели щечками и попрощались с семьей Сэки.

— Ну что? — Улыбнулся я родителям: — Пойдем кормить Чико шашлыком?

Глава 13

Пребывание «русских» на богоспасаемой японской земле еще не закончилось, когда отец за завтраком огорошил меня новостью, что от меня требуются некоторые усилия для продвижения трубы — сон о Красной Площади оказался в руку, но…

— Если дам большой концерт где-то — придется давать их везде и регулярно! — Не дал я создать прецедент: — Предложи такое — телемост с Японией, трехчасовая концертная программа в максимально приближенном к прямому эфире с ответами на звонки советских граждан. Участники — я, Ханако, Широ, Гурам.

— Хорошо, я поговорю с премьер-министром! — С максимально важным видом пообещал он.

Нужно набрать музыкантов! Вовремя, однако: как раз начинающего певца народу представим — «Черные глаза», конечно, хит, но рекламы много не бывает.

— Потом, если формат окажется удачным, проведем такую же штуку дома, для своих, — Добавил я.