Фурия - Наталья Патрацкая

– Так она, как лань пуганная, к ней не подступишься, ее в лесу нашли, лежала без сознания, тогда и отправили в больницу.

– Еще вопрос, что она могла бы ты сказать о гибели летчиков? Как охраняются самолеты и горючее, есть к ним доступ?

– Есть, и нет.

– Загадка для местных товарищей, а мне подробней, пожалуйста.

– Умный, вы! А, едемте, посмотрим на горючее в натуре.

В ангаре стояли бочки без особого присмотра, рядом с одной бочкой было натоптано женскими ногами, почти босыми.

– А это следы Юльки?

– Не мои следы, это точно, а Юлька иногда босая ходила, других женщин на аэродроме нет.

– Возьму я горючее на экспертизу. Еще вопрос: из этой бочки для последнего полета самолета, горючее брали?

– Брали.

– Подождем, результатов. И расскажите мне о погибших.

– Это тайна, нет, все знают, что они погибли, не все знают, где погибли, кто погибли. Тайна небольшая сохраняется.

– Мне их данные нужны, где жили, с кем жили.

– Один наш летчик, второго прислали из центра, о нем мало чего знаю, майор и все.

– Все о вашем летчике.

– Так я здесь и отдел кадров, адрес так скажу, жена у него осталась, ребенок.

Миша посмотрел на адрес, адрес совпал с одним из тех, что они взяли под контроль из-за убийства после ремонта. Теплым вечером подошел Миша к дому, погибшего летчика, подсел на лавочку к одинокому старику. Оказалась, что сын летчика находился в пионерлагере на две смены, и никто ему не сказал о гибели отца вместе с самолетом, и смерти матери, после ремонта квартиры. Старик про лагерь знал от самого мальчика, он ему все и рассказал. Дед сидел, переживал, а сделать ничего не мог.

Результаты экспертизы были плачевными, водная эмульсия горючего из бочки, с трудом называлась горючим для самолета. Судить Юльку за разбавление горючего водой, смысла не имело, ее вменяемость была относительной. Дежурную можно было привлечь за халатность, круг замкнутый.

Лейтенант с Мишей решили не лезть в разборку полетов и падений, а заниматься гражданскими делами. Два дела имели окончания на летном поле, как два провода, по которым бежит ток через устройство для впрыскивания ядовитого облачка.

Харитон купил дом погибшего майора, это без особого труда выяснил Миша. Покупка дома к убийству не относится, но над ремонтом дома трудилась бригада, по внешним данным подходившая под все описания соседей, квартир после ремонта. В смерти двух женщин было виновно устройство с газом, но не сам ремонт. Миша посмотрел на бригаду и нечего не сказал их бригадиру Огарку. Кто поставил устройство с газом и включил таймер? Вот в чем оставался главный вопрос этого дела. Кому мешали люди?

Но этот вопрос завис в воздухе с парами авиационного бензина.

Глава 9

Юлька – невидимка У каждого человека своя музыкальная программа в голове, это очень серьезная программа восприятия музыкальных произведений. В разные периоды роста, человек усваивает самую различную музыку. Есть периоды современной музыки или классической. Ужас в том, что современная музыка быстро меняется. Итак, если в комнате находятся два человека разных поколений, и звучит музыка, которую поставил один из них, то недалеко и до ссоры. Но бывает и по-другому, и все равно, музыка – это страшный фактор несовместимости или совместимости.

Проще говорить на реальном примере.

Алексашка соскучился по Юльке, нужна ему его дама сердца и секса. А его черти носили по свету. Лето в разгаре, нежные тела девушек и женщин гуляют без брючного покрытия, кофточки у них размером в верхнюю часть комбинации, все это как-то окучивает мужской ум и вселяет надежды на реальные чувственные удовольствия.

В этот период времени, они и только они знают, что они пара, поскольку живут в разных местах. С помощью современных телефонов Алексашка достает Юльку. Она долго не верит, что он жив и здоров. А он твердит, что был в отпуске два месяца.

Она, немного поскулив, соглашается на свидание и приезжает в дом зовущего ее мужчины. Возвращаться в однокомнатную квартиру он не захотел, и снял квартиру больше и дальше.

После продолжительной разлуки страсти были раскалены при одном взгляде на партнера. Им осталось ждать считанные минуты. Она приехала после ванны с солями.

Он срочно побежал под душ. Душу раздирающий секс первобытной страсти без всякой подготовки – награда за разлуку. Боль и радость объединения, какие-то спешащие движения. Он крепок и могуч, она, неуспевающая пустить слюнки удовольствия, терпит боль от вторжения. Сладость ли это? Скорее удовольствие от полной загрузки.

Она встает и ощущает себя лишней через пару минут, одевается и уходит.

Проходит пару недель история повторяется один в один, но после сексуального объединения он вспоминает о руках.

Игра на нервах женщины пальцами, нужна, коль то не вышло удальцами…

Третья встреча вообще была лишней, но они уделили ей ночь.

Тела соприкасались с нежными чувствами, они работали телами и мышцами, и руками и всеми фибрами души, уснули, но ничего не получилось. Утром он проснулся и включил классическую музыку, которая лилась из пяти колонок. Она оделась и ушла.

Четвертая встреча после загара оказалась злосчастно – счастливой. У него все получилось, у нее возникло чувство обмана. Он включил музыку. Чистые звуки музыки в сопровождении известных песен последнего десятилетия. Она оделась и ушла, выдержав три песни.

Пятая встреча. Алексашка шел с другой женщиной. Глаза Алексашки и Юльки встретились. В глазах Снежного короля промелькнул испуг, скрашенный ненавистью.

Листья каштана пожухли кусочками. Его плоды напоминали нечто сексуальное, но Юльке было не до шуток природы. Она только привыкла к тому, что Алексашка жив – здоров, а не погиб на истребителе, а он уже с другой женщиной топает!

Спрашивается, зачем она дневала и ночевала на аэродроме? Она ждала Алексашку!

Она думала, вот он вернется, а она об этом не узнает и жила в условиях брошенной собаки. Вот он вернулся и прошел мимо! Догнать и уши надрать! Но у Юльки опустились руки и мысли выветрились, недаром ее лечили в больнице и приучали к спокойному поведению. Она пошла домой, где не было этого притворщика. И, что ей сердиться, она ему больше не нужна.

После это стресса у нее прорезались умные мысли, она поняла, что хорошо, что ее дома не было, а она была на аэродроме, и в квартире погибла другая женщина, которая пыталась ее из этой квартиры выжить. Значит, она жива и никому ничем не обязана.

Юлька была так подавлена жизнью, что сама никому не звонила. Но телефонный аппарат зазвенел. Она взяла трубку.

– Юлька, привет! Как себя чувствуешь? – услышала она голос Ирины.