Книга огня - Анна Гурова

Но Лука, запирая калитку, все равно смотрел на них так хмуро, словно ожидал, что они ворвутся и сметут жаркое прямо у него из-под носа.

Внутри оказалось неожиданно солнечно и зелено. Арка, оплетенная виноградом, вела во двор, полный цветов. Когда все вышли из-под нее на свет, Даниэль принялся с любопытством рассматривать легендарного чудо-кузнеца.

Лука, алхимик милостью Змееборца, выглядел чрезвычайно представительно — не таким Даниэль ожидал увидеть юродивого кузнеца. Высокий, мощный, осанистый, нарядный, как богатый купец. Волнистые рыжеватые волосы до плеч, борода, ясный, безмятежный взгляд. Немигающий.

— Чтоб меня пожрал Змей Бездны! — выпалил магистрат. — Мэтр, что вы сделали со своими глазами!

— Я провожу эксперимент, — исчерпывающе ответил Лука. — Живое в стихийное. Решил начать с глаз, а там посмотрим…

Даниэль вздрогнул: небесно-голубые глаза Луки были ненастоящими. Эмаль по металлу, нарисованы с большим мастерством, даже с ресницами. Лука обвел вошедших взглядом нарисованных глаз, а потом поднял заслонки и подмигнул магистрату собственными глазами — такими же голубыми и незамутненно-ясными.

Магистрат выдохнул.

— Я уж думал, что вы их…

— Подарил Змееборцу? — с детской улыбкой спросил чудо-кузнец.

— С вас станется!

— Я над этим думал, но Монна отговорила. Сказала, что Змееборцу все равно, а у меня трактат о естественной механике лежит непрочитанный, — Лука опустил заслонки. — Потом, когда дочитаю…

Внутренний двор был хорош — просторный, ухоженный, усаженный садовыми деревьями и кипарисами, украшенный статуями и благоухающий цветами. В центре журчал фонтанчик в виде дельфина. Даниэль залюбовался статуей, украшающей одну из клумб: два человека спасаются бегством.

— Великолепно! — почтительно вздохнул он. — Сколько динамизма! Как естественно передано выражение ужаса! Чья работа?

— Моя, — ответил Лука скромно, но с достоинством.

Вальтер нагнулся и пригляделся к статуе.

— Гм-м… Да, поразительное мастерство! Даже прорехи на башмаках видны. Такое ощущение, как будто живые люди превратились в камень…

— Ну почему же «как будто»? — безмятежно отозвался кузнец.

Даниэль побледнел. Магистрат дернул его за рукав, призывая к молчанию.

— Это еще что! А вы обратили внимание, на какой красивой клумбе они стоят? Мои девочки таких цветочков посадили, просто загляденье! Вот и они, кстати.

Даниэль и Вальтер приветствовали вышедшую на крыльцо хозяйку дома и двух девушек, таких же рыжих и улыбчивых, как Лука. Хозяйка степенно поклонилась гостям и пригласила в дом, — обед уже вот-вот будет готов.

— Или погуляйте пока в саду — у нас еще много прекрасных статуй…

— Нет-нет, — перебил жену Лука. — Пойдемте в дом, в наш с братом кабинет! Последний заказчик подарил бутылку отличного вина, — заговорщицки сообщил он. — С юга — настоящая марсала! Багровое и жгучее, как пламя Бездны! Теперь оно стало настоящей редкостью. Говорят, от Мондрагоны до Сантории не осталось ни одного виноградника — все пожгли драконы…

Лука повернулся к Вальтеру:

— Объясните, зачем они это сделали?

Лицо Вальтера на миг застыло, но он тут же ответил, усмехнувшись:

— Мое владение далеко на севере, в Веттерштайне. Я даже и представить не могу, что на уме у красных драконов. Особенно последние лет двадцать. Они словно взбесились.

Кузнец задержал на нем взгляд своих нарисованных глаз — будто в самом деле видел ими. Вальтер ответил таким же немигающим взглядом.

— Это вы очень точно сказали — про двадцать лет, — кивнул кузнец. — Ну, будете на юге, спросите их про виноградники при случае. Вы ведь не последний раз ко мне? Может, заодно и бутылочку привезете?

— Не думаю, чтобы в ближайшее время мне представился случай поговорить с красными драконами, — улыбнулся Вальтер. — И на юг я не собираюсь.

— Жаль, — опечалился Лука. — Для кого же мы с братом ковали чинкуэду?

— С братом? — удивился Теобальдо, не очень улавливая суть разговора. — Мэтр, разве у вас есть брат?

— Конечно. И вы его отлично знаете… Проходите!

Обширный, заваленный всяческим околонаучным барахлом кабинет Луки явственно говорил о том, что кузнец — человек если не образованный, то начитанный, любопытный и отличающийся крайним разнообразием интересов. Тут был настоящий склад всяких диковин. Бесчисленные книги, свитки, рисунки, чертежи; модели крепостей и механизмов; замысловатые приборы — и научные, и шарлатанские; образцы пород, колбы с порошками и жидкостями… Почти все новое, многое даже не распечатано…

— С тех пор как завелись свободные деньги, наконец могу купить все, на что раньше ходил смотреть в ратушу и брал почитать у друзей, — простодушно хвастался Лука. — Теперь друзья ко мне ходят ставить опыты и брать книги. А я что? Я только рад…

Вальтер слушал кузнеца с той же улыбкой, внимательно оглядывая его коллекцию диковин. Но Теобальдо и Даниэль, едва войдя, тут же уставились на алтарь Змееборца.

Собственно, домашним алтарем в классическом, храмовом смысле слова это назвать было нельзя. Лука купил большое, в человеческий рост, полотно от какого-то превосходного живописца, которыми славился Фиоре. Змееборец, как живой, сидел на обломке колонны, небрежно отложив Копье Света, и нахально смотрел на зрителей. Изображение было еретическое, как по духу, так и по форме. Трудно было найти в нем хоть один ненарушенный канон. Этот Змееборец выглядел не как суровый воин с нездешним взглядом, а словно один из знатных юнцов, что и танцуют и убивают с одинаковой улыбочкой. Белые крылья за его спиной были сложены наподобие плаща и почти незаметны. В Сантории, религиозном центре Пяти Герцогств, за такого Змееборца художник огреб бы колоссальные неприятности. Однако в Фиоре художники делали что хотели — они и Святую Невесту рисовали со своих любовниц, и ничего им за это не было, кроме кучи денег.

Но поражало даже не это. На алтарном столике перед Змееборцем стояла не лампада и не сборник гимнов, а тарелка с миндалем в сахаре, два бокала и шахматная доска с начатой партией.

— Вы что творите, мэтр? — в шоке произнес магистрат. — Уж не играете ли вы в шахматы со Змееборцем?

— Ну и что такого? — пожал плечами Лука. — А скажите на милость, с кем тут еще играть, как не с ним? Монне неинтересно, дочкам терпения не хватает, Бенно глуп как пробка, вы заходите редко… Брат Змееборец представляется мне достойным противником.

— И кто выигрывает? — поинтересовался Вальтер.

— Честно говоря, обычно я.

— Но как это может быть? — серьезно спросил Даниэль.