Невинность и страсть - Линси Сэндс

— Сработает, сработает, — заверил его Дэниел и добавил: — Думаю, трудность будет в другом. Как при свете дня перевезти его отсюда в твой дом?

На лице Ричарда вновь появилось встревоженное выражение, а Дэниел продолжал:

— И перевезти надо быстро. Днем кто-нибудь из слуг может заглянуть в павильон и наткнуться на него.

— Черт возьми! — со страхом пробормотал Ричард и опустил голову. Он долго сидел неподвижно, а Дэниел ждал, надеясь, что друг найдет выход. Сам он был неспособен ничего придумать. От недосыпа резало в глазах, он с трудом удерживал зевоту и мечтал лишь о том, чтобы снова оказаться в постели, однако понимал, что не сможет отдохнуть, пока не будет решен вопрос с телом Джорджа. Ночью Дэниелу казалось, что он нашел отличное место, но сейчас понимал, сколько опасностей таит в себе такое укрытие. Вчера он слишком устал, чтобы смотреть на вещи трезво.

— Послушай, нет ли у тебя какого-нибудь старого ковра или большой тряпки, которую не жалко выбросить? — вдруг спросил Ричард. Дэниел перевел на него заинтересованный взгляд. Страх на лице Ричарда сменился улыбкой. Должно быть, у него возникла какая-то идея.

* * *

— Как, ты еще в постели? — Сюзетта в этот момент смотрела на окно, то самое, через которое вчера к ней попал Дэниел. В комнату вошла Лиза и направилась к сестре. — Ты же всегда встаешь с петухами. Ты, случайно, не заболела? — с тревогой закончила Лиза.

Сюзетта, состроив капризную мину, пожала плечами и снова принялась рассматривать окно. Разумеется, она не была больна, разве что от тревоги. Она уже давно лежала без сна, а перед глазами проходили события минувшей ночи. Чем больше она думала о происшедшем, тем больше тревоги испытывала. Застав Дэниела в своей комнате, она тотчас решила, что все будет в порядке. Конечно же, он явился, чтобы принять ее предложение. Они поженятся, она выплатит карточные долги отца, и все будет прекрасно.

Два полных страсти свидания — сначала здесь, у нее в комнате, а затем в карете — только укрепили ее уверенность. Однако их расставание поставило ее в тупик. В конце встречи Дэниел держался холодно — просто опустил ее на пол, поправил платье и заявил, что решение надо отложить до утра. После чего сбежал с такой скоростью, как будто за ним гнались все псы ада. Сюзетта не могла не тревожиться: вдруг она сделала что-то не так и он передумал?

Наверное, нельзя было с таким жаром отвечать на его поцелуи, с тревогой размышляла она. Может быть, он решил, что она слишком легко раздает милости? А возможно, он из тех мужчин, которые верят, что женщина не должна получать удовольствие от плотских радостей, и теперь ему неприятно вспоминать о том, с каким восторгом она принимала его ласки и поцелуи? Она ведь действительно испытывала восторг… Никогда раньше Сюзетта не испытывала такого страстного, первобытного желания. Она вообще ничего подобного не испытывала. Дэниел был первым мужчиной, который ее поцеловал.

Сюзетта со страхом думала о том, что станет делать, если сегодня он заявит, что решил не принимать ее предложение. Наверное, придется искать другого мужчину, но Сюзетта боялась, что это невозможно. Она и представить себе не могла, что способна испытать подобное наслаждение в обществе любого другого претендента на ее руку. Ей становилось дурно от одной мысли, что кто-то из них может притронуться к ней и ласкать так, как это делал Дэниел. Какое будущее ждет ее, если она выйдет замуж за человека, неспособного разбудить в ней страсть? Особенно теперь, когда она вкусила ее сладость.

— Сьюзи? — с удивлением произнесла Лиза и присела на край кровати.

Сюзетта опомнилась и заставила себя улыбнуться сестре.

— Я здорова. Что-то заленилась сегодня.

— О! — с облегчением протянула Лиза. — Я пришла сказать, что приехал Роберт.

— Вот как, — равнодушно буркнула Сюзетта. Ее не особенно занимал визит лорда Лэнгли, старого друга семьи, который немало времени проводил в Мэдисон-Мэнор. Пожалуй, он жил там чаще, чем у себя дома. Сестры привыкли считать его почти старшим братом. Довольно противным старшим братом — он вечно поддразнивал их, смеялся над ними, совсем как настоящий старший брат.

Вскоре после замужества Кристианы молодая чета стала жить в доме Фэргрейвов, который Дикки предпочитал семейному гнезду Мэдисонов. Роберт, привлеченный городскими соблазнами, тоже переехал в Лондон, а Сюзетта и Лиза остались в деревне без всякого общества. Однако Роберт, видимо, не упускал Кристиану из виду, потому что именно его письмо заставило отца отправиться в Лондон. К сожалению, эта поездка завершилась крупным карточным проигрышем, последствия которого они сейчас и пытались сгладить.

— Я решила, что ты захочешь расспросить его о лорде Вудроу, — не отступала Лиза. — Роберт мог бы рассказать нам, является ли Вудроу человеком чести и что он вообще о нем думает.

Эта мысль привлекла внимание Сюзетты.

— Хорошая идея, — заявила она и опустила ноги на пол. Возможно, ей удастся выяснить не совершила ли она ночью ужасных ошибок, а если да, то как их можно исправить. Кроме того, ей бы хотелось узнать о Дэниеле все, что возможно. В конце концов, он ведь будет ее мужем. Во всяком случае, Сюзетта очень на это надеялась.

— Я пришлю к тебе Джорджину, — сказала Лиза, встала и направилась к двери.

— Спасибо, — отозвалась Сюзетта, но не стала ждать служанку, а соскользнула с кровати, выбрала платье и принялась расчесывать волосы.

Дверь в гостиную была закрыта. Сюзетта уже хотела войти, но заметила Лизу в комнате для завтрака и направилась к сестре.

— Как ты быстро, — заметила Лиза и поднялась на ноги, но потом добавила: — Может быть, ты хочешь позавтракать до встречи с Кристианой и Робертом?

Сюзетта быстрым взглядом окинула блюда на буфете и покачала головой:

— Нет, я перекушу после разговора с Робертом.

Лиза явно обрадовалась, что задержки не будет. Старшие сестры всегда относились к Роберту только как к брату, однако у Лизы в последние два года появилось к нему более нежное чувство. Она смотрела на него снизу вверх и по возможности не отходила ни на шаг. Сюзетта полагала, что Роберт понятия не имеет о чувствах сестры, в подобных делах мужчины бывают на удивление толстокожи.

— Ну, так пошли в гостиную? — спросила Лиза и заспешила к дверям.

Сюзетта кивнула и вернулась в холл. Сейчас ее занимал вопрос — почему закрыты двери гостиной? Замужней женщине не следует оставаться наедине с посторонним мужчиной. Хотя Сюзетта знала, что ничего неприличного там происходить не может. Вот если бы там была Лиза, Сюзетта насторожилась бы: вдруг младшая сестра проявит неуместную настойчивость? Однако о Кристиане тревожиться не приходилось. И Сюзетта совсем не удивилась, когда Лиза вдруг кинулась к дверям, распахнула их и взволнованно вскрикнула: