Кремль 2222. Строгино - Олег Бондарев

– А этого с собой?

Вадим думал недолго:

– Давай уже, спускайся! – махнул рукой маркитант и, не дожидаясь благодарностей, скрылся в подвале.

Мечник тут же потерял к Игорю всякий интерес и спрыгнул вниз. Оглянувшись на дверь, за которой вопили менее удачливые охранники, разведчик последовал за телохранителями и Вадимом.

«Итого осталось пять…»

Когда Игорь спустился в подвал, мечники уже разобрали факелы и спешно поджигали горюн-траву, а Вадим увлеченно костерил всех почем зря, бешено вращая глазами. Воспользовавшись заминкой, дружинник огляделся по сторонам, однако Захара не увидел. Только стеллажи, старые и проржавевшие, заставленные самым разным барахлом… Но ничего, хоть отдаленно напоминающего патроны к огнестрелам, не говоря уже о пленнике. Может, конечно, маркитант посадил его в какой-нибудь глухой ящик с небольшим отверстием, чтобы пленник не задохнулся… Но на первый взгляд коробки нужного объема в подвале не было.

Тревога, зародившаяся в душе Игоря, еще там, наверху, постепенно крепла, и он уже не в силах был сдержать своего волнения. Впрочем, в нынешней ситуации разведчик выглядел бы куда странней, если б сохранял невозмутимый вид и не поддавался всеобщей панике. Био выглядел до того устрашающе, что даже мечники, обычно непроницаемые, казалось, были шокированы происходящим.

«Что, если Захара тут нет? Что, если нео соврал? Хотя зачем ему это? Нет, наверняка Захар просто… просто в другом месте! Но где?»

– Оружие есть? – спросил Вадим у дружинника.

Игорь молча продемонстрировал ему «стрижа», которого сжимал в правой ладони. Маркитант скептическим взглядом окинул пистолет дружинника и, поцокав языком, сказал:

– М-да, негусто. Ну да лучше, чем ничего. Давай сюда.

– В каком это смысле «давай сюда»? – слегка опешил дружинник.

– В самом прямом! – рявкнул Вадим. – Давай ствол, живо!

Мечники, заслышав, как вопит их хозяин, отвлеклись от факелов и уставились на разведчика. Игорь понял, что любое сопротивление изначально обречено на провал: если он сам не отдаст пистолет, оружие у него отберут силой да еще и наваляют за дерзость. Чертыхнувшись, дружинник протянул пистолет Вадиму, и тот выхватил его со словами:

– Чего ты телишься?! Вперед, наружу!

Размахивая зажатым в правой руке «стрижом», он первым устремился к дальней стене подвала, у которой были составлены дощатые ящики.

– Хозяин, давайте мы, – догнав, предложил один из мечников.

– Конечно, давайте. Думаешь, я сам стану эти ящики таскать?

Телохранитель кивнул и, оглянувшись на своих, мотнул головой в сторону баррикады.

– А тебе что, особое приглашение нужно? – гневно зыркнув в сторону Игоря, вопросил Вадим.

Стремление маркитанта понукать всеми, кто попадется на глаза, раздражало неимоверно, но дружинник снова задушил собственное достоинство ради спасения Захара и присоединился к телохранителям.

Пока они, засучив рукава, расчищали проход, маркитант, приплясывая, сновал от стены до стены. Лоб его в тусклом свете факелов блестел от пота, вдобавок торгаш то и дело нервно облизывал губы и косился в сторону открытого люка, откуда по-прежнему доносились крики охранников, зовущих на помощь.

Даже у Игоря сердце сжималось от этих воплей. Да, те парни, которые сейчас гибли наверху, были преданными телохранителями мерзавца-маркитанта, да, как и любые наемники, они искали место потеплей, не особо заботясь о моральном аспекте… Однако это все равно были живые люди, которых перемалывал стальными зубами гигантский биоробот. И дружинник невольно и сам себя начинал ощущать предателем рода человеческого, который натравил био на заблудших собратьев. Это тяготило Игоря, и он ничего не мог с собой поделать.

А вот Вадим, кажется, не очень-то беспокоился – ни из-за предательства кремлевских (ну кто они ему?), ни даже из-за брошенных на произвол судьбы верных охранников во главе с самым преданным Ямой. Такое ощущение, что свою совесть торгаш давно похоронил где-то на задворках обновленного мира, чтобы не мешала трезво мыслить. Вот и сейчас он думал лишь о целостности собственной шкуры, относясь к воплям сверху как к очередному типичному шуму Зоны.

«Каждый день кто-то умирает, а кто-то пропадает без вести и уже навсегда. Постоянно. И с этим приходится смириться», – вспомнились Игорю слова Громобоя, сказанные им сразу после их знакомства.

«Видимо, мне действительно еще многому предстоит научиться… и ко многому привыкнуть».

– Ну что там? – вопросил маркитант, оглянувшись на пыхтящих телохранителей и разведчика.

– Заканчиваем, хозяин, – ответил один из мечников.

– Шустрей, шустрей… – проворчал маркитант.

Наконец дверь была разблокирована, и Вадим без приглашения ринулся к ней. Засов он отодвинул сам, однако, когда уже взялся за ручку, ближайший телохранитель сказал:

– Давайте я, хозяин. Мало ли, мут там какой засел…

– Ну давай-давай, – нехотя дозволил маркитант, отступая в сторону.

Мечник распахнул дверь… и тут же оказался сбит с ног гигантской крысособакой. Игорь не успел и глазом моргнуть, а она уже впилась орущему телохранителю в горло. От его предсмертного крика по спине побежали мурашки.

Однако насладиться трапезой крысособаке не дали. Прежде чем Вадим успел нажать на спусковой крючок, один из охранников со всего размаха обрушил клинок на незащищенную шею мутанта. Голова отделилась от туловища, но осталась на месте – видимо, челюсти свело от напряжения. Игорь с отвращением уставился на эту ужасную картину: залитое кровью лицо и вцепившаяся в горло огромная собачья морда, лишенная тела.

Тушка мутанта упала к ногам маркитанта, и тот подался назад, зачем-то направив на убитую псину отобранный у Игоря пистолет. Однако обезглавленная тварь, конечно же, не вскочила и не бросилась на торгаша.

Как и мечник, который уже не дышал.

«Итого четверо».

Глядя на покойника, разведчик с ужасом представил, что было бы, если б дверь доверили открывать ему, и невольно поежился. А ведь доверить могли, даже странно, что не стали: в конце концов, кремлевский дружинник Вадиму не сдался совершенно, так почему бы ни пустить его впереди отряда? Но, видимо, шок от вторжения био сыграл свое дело, и торгаш думал лишь о том, как спасти собственную задницу, и плевать, кто по пути к этому спасению умрет – собственный верный пес или пришлый гость из далекой крепости.

– Что-то большая она слишком, – заметил один из мечников, глядя на убитую крысособаку. – Обычно вроде поменьше.

«Может, прожженная, как Морх? – подумалось вдруг Игорю. – Никогда таких не видел…»

– Нашел ты время на мутантов пялиться! – негодующим возгласом отрезвил его Вадим. – Давай вперед, веди нас! И чтоб такая мразь… – Он пнул труп крысособаки ногой. – …больше до нас даже не добегала, понял?

Телохранитель отрывисто кивнул и, не задавая лишних вопросов, нырнул в тоннель. В правой руке он держал факел, в левой – пистоль, на тот случай, если навстречу выскочит очередной мутант. Следом устремился еще один телохранитель, а за ним уже двинулся Вадим.

– Шагай вперед, – оглянувшись на Игоря, сказал последний оставшийся в подвале мечник.

Дружинник спорить не стал. В принципе, идти следом за Вадимом было даже безопасно – маркитанта ведь станут спасать от беды в первую очередь, а, значит, достаточно просто держаться рядом.

Свет факелов с горюн-травой разгонял царящий в тоннеле мрак, заставлял его отступать, метр за метром пятиться к выходу на поверхность. Игорь невольно вспомнил собственные блуждания в районе Строгинского бульвара: тогда он мог лишь догадываться, что ждет его в конце. Пламя самодельного факела тянулось к сквозняку, но он боялся, что щель, ведущая наружу, окажется для него слишком мала…

Тогда ему свезло. Что ждет на сей раз? Дойдет ли он до конца или погибнет? Покажет лишь время.

Тоннель, который начинался за дверью, видимо, представлял собой ответвление старой канализационной шахты. Здесь были различные трубы да краны, рыжие от ржавчины… ну и вонь стояла такая, что аж глаза слезились. Игорь сделал буквально пару шагов, когда сзади раздался металлический скрежет. От неожиданности дружинник едва не подпрыгнул и резко обернулся, готовясь к самому худшему. Рука его инстинктивно метнулась к поясу, где обычно был меч, но нащупала только воздух: разведчик совершенно забыл, что безоружен.

«Уже во второй раз!.. Чертова привычка однажды меня угробит…»

Однако это был всего лишь их замыкающий, который предусмотрительно запирал дверь изнутри на засов.

– Ну, Никола… – проворчал маркитант тихо, но больше не сказал ничего: отчитывать мечника действительно было не за что.

Узкий тоннель закончился буквально пять метров спустя, и направляющий поднял руку, призывая спутников остановиться. Уговаривать никого не пришлось: после случая с крысособакой бежать, сломя голову, боялся даже неугомонный Вадим. Да и спешка, вроде бы, уже была неуместна – внушительные габариты «Рекса» совершенно точно не позволили бы ему спуститься в подвал следом за «дичью».