Сердце вне игры - Хелен Бьянчин

— Роми?

Поняв, что он не успокоится, пока все не узнает, она сказала:

— Уже было несколько писем вроде этого. Они мне попадались среди листков с домашней работой.

— Ты их сохранила?

Она наклонила голову:

— Они у меня в портфеле.

— Покажи.

Достав анонимки, она протянула их ему, и он прочитал все.

— Ты не знаешь, кто их написал?

Она встретилась с ним взглядом:

— Это мог быть кто угодно.

— У тебя есть какие-нибудь подозрения?

— Нет.

— Ты сообщила об этом руководству?

— Еще нет.

Его лицо посуровело.

— Сообщи, Роми, иначе это сделаю я.

— Эго касается меня одной.

— Значит, ты не хочешь, чтобы я вмешивался?

— Нет, не хочу.

— Я не стану этого делать, если ты обещаешь, что скажешь мне, если получишь еще одну анонимку.

— Да, сэр.

Он положил ладонь ей на щеку и прижал подушечку большого пальца к середине ее нижней губы.

— Когда закончишь, я осмотрю твое плечо.

Он был слишком близко, и она, поддавшись соблазну, слегка прикусила его палец. Его глаза потемнели, и на секунду ей показалось, что он собирается ею овладеть прямо сейчас. Но вместо этого он пересек комнату и начал снимать с себя одежду.

Роми было трудно сосредоточиться на последней работе. Проверив ее, она положила всю стопку назад в портфель, затем направилась в ванную и через несколько минут вернулась уже в пижаме.

Хавьер тут же подошел к ней и осторожно дотронулся до припухлости на ее плече. При этом она отвернулась, чтобы избежать его взгляда.

— Я очень надеюсь, что скоро ты начнешь все мне рассказывать.

— Иначе ты применишь силу?

— К тебе? Нет.

Какое-то время Роми не могла произнести ни слова. Воздух между ними наэлектризовался, и она стояла на месте, не в силах пошевелиться. Все ее мысли и тревоги исчезли. Сейчас для нее существовал только Хавьер и сексуальное желание, которое подчинило себе все ее существо.

— Пойдем в постель, — мягко сказал он. — Уже поздно, и нам обоим нужно поспать.

Спать? Он сначала возбудил ее взглядом, а потом предложил ей лечь спать?

Должно быть, это злая шутка!

Но он не шутил. Когда они легли в постель и погасили свет, он нежно поцеловал ее в лоб и тут же уснул.

Глава 11

Готовясь к очередному выходу в свет, Роми обнаружила, что у нее осталось всего одно вечернее платье, которое она до сих пор не надевала. Оно было из красного шелка. Его корсаж на тонких бретельках обрамляли рюши, свободный подол доходил до пят. К нему она надела единственные драгоценности, которые у нее были, — бриллиантовую подвеску на тонкой золотой цепочке и подходящие сережки — подарок родителей на совершеннолетие.

Целью сегодняшнего благотворительного аукциона стал сбор средств в фонд помощи детям, больным лейкемией. Среди лотов была антикварная мебель и ценные произведения искусства. Каждый приглашенный при входе получил блестящую папку с их перечнем, цветными фотографиями и указанием начальной стоимости. Официанты разносили шампанское, апельсиновый сок и канапе.

Гостям дали час на осмотр выставленных лотов, и Роми с Хавьером неспешно прогуливались по залу, иногда заглядывая в свои папки.

— Ты что-нибудь выбрала? — спросил Хавьер жену.

Ей понравился небольшой секретер красного дерева с изящными резными ножками, но она не могла себе позволить его купить на свою зарплату. Просить Хавьера ей не хотелось.

— Алекс, подойди взгляни на это, — послышался знакомый мурлыкающий голос.

Шанель? Внутри у Роми все упало, когда красивая парочка подошла к ним. После обмена приветствиями и поцелуями в щеку Шанель провела своими длинными тонкими пальцами по руке Хавьера.

— Надо же, какое совпадение. Рад видеть вас обоих, — сказал Алекс.

Роми сомневалась, что это совпадение.

— Разве не прелесть? — спросила Шанель своего спутника, указав ему на секретер. — Я хочу его.

Шанель, очевидно, пришла сюда для того, чтобы пофлиртовать с Хавьером. Надо отдать ему должное, он не отвечал на знаки ее внимания. Когда она положила руку на лацкан его пиджака, он молча ее снял.

Через десять минут Роми решила, что ей незачем все время находиться рядом с ним и смотреть, как эта бесстыжая стерва у всех на глазах кокетничает с ее мужем.

— А теперь прошу меня извинить, — мягко сказала Роми. — Я продолжу смотреть лоты. — Спокойно выдержав пристальный взгляд Хавьера, она вежливо сказала Шанель: — Желаю хорошо провести время.

— Я с тобой. — Хавьер положил руку ей сзади на талию. — С вашего позволения.

Похоже, модель не поняла его намек. Или сделала вид.

— Давайте посмотрим лоты все вместе. — Она с насмешкой глядела на Роми. — Вместе веселее, правда?

Роми едва удержалась от того, чтобы не залепить ей пощечину. Все же она приторно улыбнулась Шанель и следующие полчаса притворялась, будто с восхищением разглядывает лоты.

Она испытала облегчение, когда объявили о начале аукциона.

Лоты сменяли друг друга, и всякий раз покупатель платил цену, которая значительно превышала реальную стоимость вещи. Было отрадно осознавать, что эти деньги пойдут на благое дело.

Секретер значился предпоследним лотом в каталоге, и за него кто-то сразу предложил высокую цену. За этим последовало еще несколько предложений, но уже скоро борьба за лот разгорелась только между Шанель и Хавьером.

Ставки становились все выше и выше, и все собравшиеся замерли в ожидании.

Настал момент, когда цена увеличилась более чем вдвое, и Шанель начала колебаться. Она не успела назвать новую цену, и секретер был продан Хавьеру.

— Ты сошел с ума, — тихо сказала Роми Хавьеру.

— Считай это моим подарком тебе, — ответил он, дерзко улыбаясь.

Несколько секунд она молча смотрела на него.

— Эта вещь, безусловно, украсит интерьер твоего дома.

— Нашего дома, — мягко поправил ее муж. — Секретер твой.

— Спасибо тебе.

Ее немного успокаивало то, что деньги, заплаченные Хавьером за секретер, пойдут на благотворительность, но она до сих пор не понимала, зачем он его купил.

Она вернулась к этой теме по дороге домой:

— Тебе было незачем отбирать секретер у Шанель.

— Незачем? Я решил купить его в тот момент, когда увидел, как ты на него смотришь.

— И как ты понял, что я его хочу?

— По выражению твоего лица.

Она замолчала и не произнесла ни слова до тех пор, пока они не приехали в особняк и не поднялись в спальню.

— Это очень красивый секретер. Спасибо, что подарил его мне.