Warhammer 40 000: Одни из многих - Алексей Демченко

рядом, почти не было видно. Тот и не подумал сделать то же самое.

Шкуры на входе в хижину отлетали в стороны под натиском неизвестного. Теперь я понял, что жужжали гусеницы. Тень на стене показывала торс человека, нёсшего какой-то ящик. Пересчитав годы своей жизни с десяток раз, я услышал грохот. На тень на стене набросились ещё две.

Выглянув из убежища, я увидел вождя и мародёра, орудующих ножами над человеком с гусеницами вместо ног.

— Идиоты! — в горячке почти закричала снайпер, — можно было бы просто подождать пока он уйдёт!

— Ехал прямо на нас всё равно спалил бы, — мародёр пыхтел над телом, стараясь обездвижить того.

— Это что, сервитор? — вождь немного ослабил хватку и поднял руку бывшего человека, — фух, это просто сварка, никаких огнемётов.

Мародёр врезал по блоку электроники на затылке и тот медленно перестал ворочаться.

— Здорово вы его, — завистливо сказал Зак.

— А то, в улье такое каждый день бывает, садовники хреновы.

Я даже ухмыльнулся. Тут уж с ним точно не поспоришь.

Хижина взлетела на воздух, покрыв тёмные некогда внутренности сумеречным светом и оставив нас в недоумении.

Перед нами стоял уже самый обычный человек. Невероятно злое лицо, белая мантия и отсутствие оружия в руках.

— Чужаки! — издался неистовый вопль.

Сзади послышался ещё один раздирающий крик. Из груди гвардейца с пятном вышел цепной меч, забрызгивая всё вокруг кровью. Сзади стоял монстр, такой же, как на столбе.

Растерявшись, я не знал в какую цель метить, и лазерный луч моей винтовки постоянно пролетал далеко от носителя меча, так как я пытался не задеть гвардейца, даже не соображая в панике, что он, по сути, уже мёртв.

Застрекотал стаббер вождя, направленный в сторону хозяина. Пули остановилась прямо перед ним. Я упал на землю, когда они уже просвистели над моей головой и изрешетили тело бедняги на пиле.

За спиной хозяина резко возник Гектор, вместо оружия стараясь поразить его шею ножом. Тот успел среагировать, и они сцепились друг с другом. Глаза хозяина буквально начали сиять энергией, а камни подле него стали левитировать. Разряд, похожий на молнию, проскочил между ними. Они отлетели в разные стороны. С криком Гектор схватился за глаза.

* * *

В полумраке сидел очень старый человек. На нём была надета белая длинная мантия, а на кистях были намотаны бинты. Стол, за которым он сидел, был достаточно длинным, и мог вместить людей для торжества, но только лишь он восседал за ним сейчас на самом краю, на самом почётном месте. Стол не ломился от яств. Лишь одна тарелка и стакан стояли недалеко от его места. Рядом с ним стоял ещё один человек.

— Господин, трое сбежали, ещё трое пойманы. При них были личные вещи. Человек перечислил все найденное и выложил на стол. Настала очередь последнего из трёх.

— Мы нашли у него это, — человек положил блокнот с записями на стол. Рука господина медленно потянулась к стакану с питьём — и это…

На стол опустился медальон с черепом в шестерёнке. Рука старика застыла в воздухе и медленно опустилась обратно на стол.

Райгат Эроу был доставлен в мрачное помещение и посажен напротив старика. От предложенной еды он отказался, и старался не поднимать взгляд на господина. Пока старик не доел, он не произнёс ни слова.

Медальон покрутился в забинтованной кисти:

— Я уже видел эту штуку… — медленно произнёс старик, — больше ста лет назад, когда умирала моя родная планета… этот медальон принадлежал очень интересному человеку… я довольно долго пытался вспомнить его имя…

Райгат медленно поднял дрожащий взгляд.

Глава 7

— Наконец-то ты поднял свой взгляд… — старик рассматривал медальон, покручивая его пальцами.

Мои руки слегка подрагивали над тарелкой с едой. Судорожное перебирание в голове тех людей, которые видели медальон, было моим единственным занятием, пока я сверлил старика взглядом.

Гектор, потом Зак и Бёрк, другие если и видели то недолго, выходит… остаётся один человек.

— Драак? — произнёс я, — Драак Вангорич?

— Как официально, — ухмыльнулся собеседник, выдержав паузу, — благодарю, Райгат Эроу, — он перевёл взгляд на меня, отложив медальон.

Слишком тяжело было подобрать слова. В голове вроде бы роилось много вопросов, но в то же время пытаясь сформулировать хоть один из них конкретно, я упирался в ментальный тупик.

— Почему не ешь? — он потянулся к стакану, — боишься злоупотребить гостеприимством или думаешь что тебе и так хватит сил убить меня?

Я сглотнул. Выпрямив спину, опёрся на спинку стула:

— Что тут происходит? Где гвардия? — пожал плечами, — флот? Все.

— Так много вопросов, — Драак снова ухмыльнулся, поставив стакан и сложив руки, — непривычно. После ста с лишним лет, проведённых на этой планете с безмозглыми туземцами начинаешь ценить моменты, когда… когда не знаешь заранее какой вопрос тебе зададут.

Поёрзав на стуле и обрабатывая сказанное, я состроил непонимающую гримасу:

— Что за туманные речи? Не нужно быть гением, чтобы понять о чём я хочу тебя спросить.

— Действительно, нужно быть довольно сильным псайкером. Даже еретическому колдуну с Адарта не удалось до конца сломать твою природную защиту… но он был близок, — Драак провёл рукой по лысой голове.

Я опустил взгляд и увидел в отражении седую шевелюру, образовавшуюся за несколько месяцев, после того как я провалялся почти в состоянии овоща несколько дней, периодически наблюдая кошмары.

— Да… это было… очень неприятно, — протянул я, — если честно, после всего произошедшего, у меня возникает вопрос не являешься ли ты сам теперь еретиком?

— Я? — Драак рассмеялся, — я не поклоняюсь Тёмным Богам, друг мой. Тебе в целом следовало бы сказать спасибо, чем обвинять, ведь даже если порча не достигла твоей головы, тебе был нужен тот, кто точно отмажет в данной ситуации.

Мой взгляд вновь устремился на Драака:

— Это ты способствовал моему освобождению.

— Похоже, что да.

— Но… сам ты теперь никак не связан со своей работой…с Империумом?

— У меня было много времени, чтобы пересмотреть свои взгляды на жизнь, на свою работу, а тут ещё больше чтобы их закрепить.

— Неплохо ты закрепил, до того крепко, что выжечь глаза собственному брату теперь является нормой? — иронизировал я.

Драак резко изменился в лице. Оно показывало злобу.

— Райгат Эроу научился дорожить связью между людьми. Как похвально, — съязвил бывший Эклезиарх, — никак нельзя было предположить, что вы окажетесь среди прибывших гвардейцев. Тем более нельзя было предположить, что появитесь ещё через десять лет, после основных событий. Не я лишил его глаз. Но знаешь… — он сделал паузу, — теперь-то я понимаю, что это благо. Сама судьба привела вас с