Захвачена Братвой - Мари Фокс

Пока мы движемся по темным улицам, я решаю, что сейчас самое время рассказать ей о том, что я обдумываю. Тишина между нами тяжелая, и я чувствую, как тяжесть невысказанных слов давит на нас обоих.

— Я принял решение, — говорю я, и мой голос нарушает тишину.

Она поворачивается ко мне, ее брови сдвинуты в замешательстве. — Какое? — спрашивает она, ее тон осторожен.

Я крепко сжимаю руль, растягивая момент. — Я собирался сказать тебе лично позже, но сейчас, кажется, прекрасная возможность.

Она ёрзает на сиденье, явно ощущая напряжение. — Кирилл, что случилось?

Я делаю глубокий вдох, осознавая всю серьезность своих следующих слов. — Ты выходишь за меня замуж.

Глава 15 — Вайолет

Тишина в машине оглушительная, слова Кирилла повисают в воздухе. У меня отвисает челюсть, и я чувствую, как мое сердце колотится. Что он только что сказал? Мой разум пытается постичь чудовищность его заявления.

— Ты выходишь за меня замуж, — повторяет он, его голос спокоен и ровен. Он лезет в карман и достает сигару, зажигая ее с отработанной легкостью. Дым вьется вокруг него, когда он выдыхает, его поведение нервирующе расслаблено, учитывая серьезность его слов.

Я моргаю, пытаясь осмыслить услышанное. — Это невозможно, — наконец выдавливаю я дрожащим голосом. — Зачем… зачем нам жениться?

Кирилл снова затягивается сигарой, не отрывая взгляда от дороги. — Потому что это лучший способ обеспечить твою безопасность, — говорит он, как будто это самая очевидная вещь в мире. — Через неделю мы поженимся. Это не обсуждается.

Я качаю головой, шок и недоверие бурлят во мне. — Кирилл, ты не можешь просто так решать такие вещи. Брак — это не деловая сделка. Это… это личное.

Он смотрит на меня, выражение его лица невозможно прочесть. — В нашем мире это и то, и другое, — отвечает он, его голос спокоен и непоколебим. — Это не просто вопрос твоей безопасности сейчас. Это вопрос долгосрочной безопасности. Женитьба на мне будет ясным сигналом для любого, кто может подумать о том, чтобы прийти за тобой.

Я чувствую, как внутри меня закипает смесь страха и гнева. — Ты не можешь просто так принимать решения за меня, — говорю я, повышая голос. — Я не часть собственности, на которую ты можешь претендовать.

Он делает еще одну медленную затяжку сигарой, его взгляд не дрогнул. — Я не претендую на тебя, Вайолет. Я защищаю тебя. В этом вся разница.

Я смотрю на него, мои мысли лихорадочно бьются. Мысль о том, чтобы выйти замуж за Кирилла, о том, чтобы быть привязанной к нему на такой постоянной основе, подавляет. — А что, если я не захочу выходить за тебя замуж? — бросаю я вызов, мое сердце колотится в груди.

Он смотрит на меня, его глаза пронзают дым. — У тебя нет выбора, — просто говорит он. — Это лучший способ уберечь тебя, и это произойдет. Нравится тебе это или нет.

От его окончательного тона у меня по спине пробегает холодок. Я откидываюсь на спинку сиденья, мои мысли хаотичны и вихрем кружатся. Как моя жизнь дошла до этого? Выйти замуж за главаря мафии ради защиты никогда не входило в мои планы, но вот я здесь, столкнувшись с решением, которое было принято за меня.

Пока мы едем в тишине, реальность слов Кирилла доходит до меня. Он не спрашивает. Он говорит. У меня не остается выбора, кроме как следовать за ним. Груз его решения давит на меня, и я знаю, что моя жизнь скоро изменится так, как я даже не могу себе представить.

Между нами повисает тишина, густая и тяжелая. Мое сердце колотится, когда я пытаюсь осмыслить заявление Кирилла. Брак? С ним? Это кажется невозможным, сюрреалистичным.

Наконец он выдыхает струйку дыма и поворачивается ко мне, выражение его лица невозможно прочесть. — Это фиктивный брак, Вайолет. Всего на шесть месяцев.

Я моргаю, мой разум пытается угнаться. — Почему шесть месяцев?

— Именно на такой срок я заключил сделку с твоим отцом, — спокойно объясняет он. — Я должен был защищать тебя шесть месяцев. Как только ты окажешься под тенью Братвы, ты всегда будешь защищена, несмотря ни на что.

Его слова леденят меня. Мысль о том, что я нахожусь под защитой Братвы, кажется палкой о двух концах. — Итак, что произойдет через шесть месяцев? — спрашиваю я, и мой голос слегка дрожит.

Он снова затягивается сигарой, позволяя тишине повиснуть на мгновение. — Через шесть месяцев мы можем аннулировать брак. Ты будешь свободна идти своей дорогой. В течение этого времени ты будешь в безопасности. Никто не посмеет тронуть тебя.

Я с трудом сглатываю, пытаясь впитать то, что он говорит. — Что именно ты от этого получаешь, Кирилл? Зачем так усложнять себе жизнь?

Его взгляд пристально и непоколебимо устремляется на меня. — Я в долгу перед твоим отцом. Он доверил мне защищать тебя. И, кроме того, то, что ты под моей защитой, укрепляет мое положение в Братве. Это взаимовыгодно.

Я качаю головой, все еще борясь с чудовищностью его предложения. — Почему брак? Ты не можешь просто защитить меня без этого?

— Брак делает это официальным. Он связывает тебя со мной так, что никто не может этого оспорить. Он посылает ясный сигнал нашим врагам и союзникам, — объясняет он. — В нашем мире это связь, которая имеет вес. Это самый надежный способ обеспечить себе защиту.

Логика в его словах неоспорима, но мои эмоции, это бурный беспорядок. — Я просто… Я не знаю, Кирилл. Это кажется слишком.

Он наклоняется вперед, его глаза пронзают мои. — Тебе нужно послушать меня. Это лучший способ сохранить тебя в безопасности. Подумай об этом, Вайолет. Шесть месяцев, а затем ты сможешь вернуться к своей жизни. Свободной от страха.

Я отвожу взгляд, глядя в окно на проносящиеся огни города. — А что будет, если я откажусь?

— Ты не откажешься, — уверенно говорит он. — Ты слишком умна для этого. Ты знаешь, что это лучший вариант.

Я делаю глубокий вдох, пытаясь успокоить мысли. — Что повлечет за собой этот фиктивный брак? Что мне нужно сделать?

— Просто играй свою роль, — говорит он, его тон теперь мягче. — Мы будем жить вместе, вместе посещать мероприятия. Тебя будут видеть со мной, и этого достаточно, чтобы обеспечить твою безопасность. Больше ничего не нужно. Это чисто для показухи.

Мысль о том, чтобы жить с Кириллом, быть рядом с ним в течение шести месяцев, кажется пугающей. Альтернатива, жить в постоянном страхе, кажется еще хуже. — Ты, должно быть, думаешь, что я сумасшедшая, раз соглашаюсь