Сон в тысячу лет (СИ) - Елена Кондрацкая

другие миры — в такую мы влетели по дороге к цутигумо. Третьи вообще ни на что не похожи. Время в них может замедляться, ускоряться или вообще течь, как ему вздумается. Да и я сам видел далеко не все — не так-то просто их отыскать и не всеми можно воспользоваться. Но все они — порождение хаоса, такой магией владели единицы высших ёкаев.

— Владели?

— Большинство из них проделали бреши и покинули остров. Оставшиеся дремлют где-то в глубинах земель Истока, слишком древние и дряхлые, чтобы делать хоть что-то, — в голосе Рэйдена промелькнула нотка презрения, но он тут же встрепенулся и кивнул на едва заметную каменную тропку, что вела к берегу и то появлялась, то исчезала под волнами. — Доберёмся до берега и полетим обратно к замку. Тут слишком много острых камней. Боюсь, если будем взлетать прямо из грота, я могу нас случайно поранить.

Не дожидаясь ответа, он прыгнул на ближайший камень, с него — на следующий и тут же — дальше. Мико с опаской посмотрела на неровную дорожку валунов, проверила, надёжно ли сидят сандалии и постучав для уверенности носками о пятки, оттолкнулась от земли.

Расстояние между камнями было небольшим, но неровная и влажная поверхность то и дело скрывалась под волнами — один неловкий шаг и можно ухнуть в воду. Об этом Мико старалась не думать и, чтобы отвлечься, размышляла над словами Рэйдена.

Истории о землях Истока она слышала разные. В основном о том, что там живут страшные, кровожадные ёкаи, которые временами проиходят на земли Хиношима, чтобы учинить бойню, похитить невесту или невинное дитя. О том, что когда-то ёкаи и люди жили на одной земле, Мико никогда не слышала и не знала, стоит ли верить Рэйдену, который уже достаточно раз ей врал ради каких-то своих, непонятных целей.

«Спрошу у Акиры, когда вернусь, — решила Мико. — Хотя, зачем мне вообще это знать? Я должна найти Хотару, а не разбираться в местной истории».

Хотару. От мыслей о сестре у Мико засосало под ложечкой. Она ни на шаг не приблизилась к тому, чтобы её найти, не узнала, что сестра делала у цутигумо. Всё, что у неё было — картинка из зеркала и страшный сон. Впрочем, может быть, сон был всего лишь сном, и Мико не о чем беспокоиться? Может быть, Хотару, правда, жива и счастлива? Мико очень хотелось в это верить.

Когда Мико преодолевала последние камни, Рэйден уже ждал. Он стучал веером по колену, вытряхивая из него лишнюю влагу, расправлял и взмахивал, словно пробуя воздух и ища в нём опору.

— Плохие новости. — Он скривился. — Веер нас не унесёт.

— Почему? — Мико спрыгнула на песок и оглядела широкий светлый пляж, прикрытый стеной скал и зеленью леса. Пока она прыгала по камням, горячее солнце успело подсушить одежду и теперь начинало припекать.

Рэйден развернул веер и продемонстрировал несколько порванных лепестков.

— Нужно заменить, только тогда он будет снова работать, — хмуро проговорил он.

— Это же листья клёна? Нельзя просто нарвать новых?

— А ты как думаешь? — Рэйден сложил веер и спрятал обратно в рукав.

Мико скривила губы и скрестила руки на груди.

— И что теперь?

— Пойдём пешком. Мы сейчас, — Рэйден взглянул на солнце, — судя по всему, на западном побережье, значит, без приключений идти дня два.

— Сколько?! — Мико вытаращила глаза.

— Два дня, — как ни в чём не бывало повторил Рэйден, щурясь в сторону леса, что-то высматривая. — Три, если не торопиться. Я плохо помню эти места, но, думаю, где-то неподалёку найдётся деревушка. Сможем остаться там на ночлег.

— Среди ёкаев? — Вытаращила глаза Мико.

— Предпочитаешь ночевать в лесу? — Приподнял бровь Рэйден. — Среди других ёкаев?

Деревушка, и правда, нашлась в глубине леса и ближе к закату. К тому времени ноги ныли от усталости, а желудок — от голода, и Мико из последних сил плелась за Рэйденом, который — к её разочарованию — всё ещё был бодр и свеж, с любопытством глядел по сторонам, будто бы на занимательной прогулке.

Деревня в десяток землянок с плотными соломенными крышами умостилась на лесной прогалине. Аккуратные землянки без окон, почти до самой земли укрытые своими крышами рассыпались по поляне будто огромные серые грибы. По единственной тропинке брели олениха с оленёнком и щипали траву. У входа в крайнюю землянку сидела женщина с большими оленьими ушами и маленькими ветвистыми рожками и перебирала ягоды, перекладывая их из одной корзинки в другую. Завидев Рэйдена, она выпрямилась и замерла, вскинув голову, словно насторожившись зверь.

Рэйден поклонился. В пояс.

Мико растерянно оглянулась и, ойкнув, быстро сделала то же самое.

— Приветствую, — сказал Рэйден. — Приносим свои глубочайшие извинения за беспокойство. Мы ищем место для ночлега.

Женщина отложила корзинку, встала и поклонилась в ответ.

— Добрый вечер, вы… — начала она, но осеклась, взглянув на Мико. — Это… с вами человек, господин? Я… мы не думали, что в землях Истока можно встретить человека.

Мико удивлённо взглянула на Рэйдена, тот в ответ дёрнул плечом.

— Западное побережье сильно отличается от восточного. Особенно в такой глуши, — шепнул он и продолжил громче, обращаясь уже к хозяйке дома. — Это Мико — гостья наших краёв. А меня зовут Рэйден, я тэнгу. Прошу, позаботьтесь о нас.

Рэйден снова поклонился. Мико последовала его примеру.

— Прошу, позаботьтесь о нас! — повторила она, не веря, что говорит это ёкаю.

Женщину с оленьими рогами звали Наоко, и она без лишних вопросов пустила гостей в свою землянку. К тому моменту, как Рэйден и Мико вошли в дом, на улице собралось два десятка жителей — поглазеть на пришельцев. И все — с ушами и рогами как у Наоко. Они перешёптывались между собой, кланялись и улыбались, но близко не подходили и вопросов не задавали. Мико почувствовала себя диковинной зверюшкой, но, впрочим, враждебности от местных не ощутила — только любопытство.

Пол в землянке Наоко был устлан циновками, посреди единственной комнаты — сложен очаг, под крышей — развешаны нанизанные на нити грибы и ягоды. Наоко тут же вскипятила в котелке чай и поставила перед гостями корзинку с орехами. Убежала куда-то и вскоре вернулась с глиняной тарелкой, полной сладкого картофеля.

— Мы с мужем останемся спать у родителей, — смущённо сказала Наоко,