Искусство обучать. Как сделать любое обучение нескучным и эффективным - Джули Дирксен

Рассказывание историй

Эпизодическая память хранит информацию обо всем, что с нами случается, но даже если какое-либо событие к нам не относится, мы все равно обладаем уникальной способностью запоминать истории.

В начале своей книги Made to Stick: Why Some Ideas Survive and Others Die («Сделано, чтобы прилипать: почему одни идеи выживают, а другие умирают») Чип и Дэн Хит сравнивают два текста. Первый – это городская легенда (мужчина встречает в баре женщину, знакомится, а наутро просыпается в ванне со льдом без почек), а второй – абзац, посвященный обоснованию доходности инвестиций в некоммерческих организациях (или что-то в этом роде).

Несколько лет спустя после прочтения книги я все еще помню некоторые яркие подробности городской легенды, но из другого текста не помню ничего. Можно найти множество объяснений, почему так случилось, но прежде всего это связано с тем, что первый текст представлял собой историю.

Есть несколько причин, по которым истории сохраняются у нас в памяти.

В нас уже заложено восприятие историй. Еще с детства, когда нам читали первые сказки, мы научились воспринимать истории. Осознаем мы это или нет, но в каждой культуре имеются общие элементы для любых историй. Есть начало, середина и конец. Есть композиция, появление героев, описание окружающей обстановки. Есть, наконец, мораль, которую всегда можно легко узнать. У нас уже заложены основы для восприятия историй и механизмы для их запоминания.

Истории последовательны. Если я расскажу вам десять случайных фактов о теннисе, вам придется приложить умственные усилия, для того чтобы как-то организовать эту информацию – сгруппировать факты или воспользоваться иной стратегией. Если же я расскажу историю об особенно захватывающем теннисном матче с десятью значимыми моментами, то уже не нужно будет организовывать информацию, изложенную последовательно. Кроме того, в историях существует внутренняя логика событий (понятно, что в истории о неудачном дне коробка с яйцами упадет на пол не раньше, чем будет совершен поход в магазин).

У историй есть герои. У нас имеется множество полок для хранения информации о людях, их характерах и свойствах. Если в истории рассказывается о тех, с кем мы знакомы, то у нас уже есть фоновая информация, которая облегчит запоминание, а также определенные ожидания в отношении поведения этих людей. Если же герой ведет себя непредсказуемо или необычно, то история становится еще более запоминающейся.

О чем из следующей информации вам будет интереснее узнать?

Условно-рефлекторная память

Вы едете по шоссе, смотрите в зеркало заднего вида и видите, что за вами следует полицейская машина. Вопрос на засыпку – каковы ваши дальнейшие действия?

Вы притормаживаете, правда? Даже если сразу становится ясно, что полицейским нет до вас дела, вы уже снизили скорость, хотя вовсе и не превышали ее.

В чем же тут дело? Вряд ли вы подумали: «Хм, за мной, кажется, едет полицейский. Снижу-ка я скорость. Вот просто медленно отпущу педаль газа… Та-ак, осторожно…»

Нет, скорее вы воскликнули про себя «СТОП!» и нажали на тормоз.

Итак, раздражитель в виде полицейской машины вызвал непроизвольную реакцию.

Это и есть условный рефлекс.

Наши условные рефлексы – форма имплицитной памяти. Где-то в мозге возникает неосознаваемый механизм, который выражается следующей формулой.

У всех в памяти фиксируются автоматические реакции. Многие полезные рефлексы вырабатываются посредством подсознательных ассоциаций или же сознательных действий.

Некоторые действия и не требуют особенного кодирования (как, например, отскочить при виде змеи). Другие реакции мы приобретаем сознательно, путем практики и повторения.

Процедурная память

Процедурная память позволяет нам научиться выполнять те или иные действия, в частности те, которые требуют поэтапного подхода.

Некоторые процедуры осваиваются сознательно, и мы в состоянии объяснить каждый шаг, однако многих действий мы просто не замечаем.

Бывало ли так, что вы:

• знали, как добраться, но не могли дать другим внятных указаний?

• приехали домой после работы и поняли, что совершенно не помните, как вели машину?

• не могли вспомнить телефонный номер или PIN-код, не набрав его на реальной клавиатуре?

• думали, что объяснили человеку процедуру выполнения задачи, а затем, когда у него ничего не получилось, вспомнили, что пропустили несколько важных деталей?

Все это примеры работы подсознательной процедурной памяти. Какое-то регулярно выполняемое действие постепенно превращается в бессознательную привычку. Это довольно важный момент, поскольку таким образом высвобождается активное внимание для другой деятельности.

Помните свой первый урок по вождению? Все требовало усилий и внимания.

Даже если вы были неплохим слушателем, все равно оставались плохим водителем, потому что вам приходилось обращать внимание на все подряд, пока вы не выработали некоторые автоматические навыки. Внимание – ресурс истощимый, и у новичков его на все не хватает. К счастью, действия становятся привычными довольно быстро, и тогда можно уделять достаточно внимания тому, чтобы не врезаться в другую машину или пешехода.

Если у вас уже есть некоторый опыт вождения, то (надо полагать) вашего внимания хватает на множество других вещей, помимо базовых действий по управлению автомобилем: например, вы можете переключать радиостанции, перестраиваясь в другой ряд, и при этом еще и подпевать. Конечно, можно и годы спустя оставаться скверным водителем, но, скорее всего, это будет вызвано другими причинами.

Неосознанная процедурная память связана с мышечной памятью, которая, вопреки своему названию, на самом деле – функция мозга. Мышечная память представляет собой процедурную память в тех случаях, когда вы уже научились выполнять какое-то действие настолько хорошо, что в принципе не нужно прикладывать каких-либо заметных сознательных усилий.

Мышечная память вырабатывается за счет практики, практики и еще раз практики (процесс, который называется переобучение). Основное преимущество такой памяти заключаются в том, что вы можете выполнять задачу, не прибегая к сознательному вниманию, которое используется для других целей.

Часто бывает затруднительно обсуждать такого рода задачи, потому что они не осваиваются вербальным или очевидным образом. Можно, например, понимать, как приспособить свинг в гольфе к скорости ветра, но не уметь объяснить это на словах. Вероятно, вам удастся описать движение в целом, но не его тонкости (координация, сила удара, ощущение, что именно так надо).