Линия жизни (сборник) - Артем Чуприн

Поснимав всех солдат с деревьев и положив их рядком на снегу, я сказал:

– Это не все. Вполне возможно, что кто-то выжил помимо Клыка и двух пленных.

– Тогда почему они не вернулись в Центр? – спросил Миша.

– Кто знает…

Попросив прощения у убитых, мы вновь стали обследовать местность.

Через пять минут стало ясно, что Клык оказался абсолютно прав. Следы неизвестных вместе с огромными круглыми отпечатками лап модреков параллельно уходили из леса в сторону Большого Карьера. То есть дикари шли вместе с монстрами и, судя по следам, людей было не меньше двух десятков. Похоже, цель уже близко, но сейчас нужно быть еще осторожнее – мы вступаем на территорию жестокого и непредсказуемого врага. Трудно представить, что он еще может выкинуть…

Окинув взглядом трупы бывших некогда друзей, мы двинулись вперед, сомневаясь, что собираемся в точности исполнить просьбу Министра.

– Это еще кто такие? – грозным голосом осведомился низкий человек, выходя из-за широкого ствола дерева и вешая на плечо автомат со сложенным прикладом.

Его тело полностью покрывала громоздкая шуба из темно-коричневой шерсти модрека, на голове красовался такой же «волосатый» капюшон, на руках толстые перчатки, на ногах валенки, половина лица закрыта черной тряпкой, видны были лишь серые глаза, которые злобно смотрели вслед разведчикам Центра, что спешно двигались к поляне на востоке. Из-за соседнего скрюченного почти винтом ствола, показался еще один человек – точная копия первого, разве что новый был чуть выше ростом.

– Похоже, из Центра, – предположил второй, положив оружие на правое плечо, – видать на помощь своим друзьям идут.

Последнюю фразу он закончил злорадной усмешкой, вскользь глянув на своего напарника. Тот усмехнулся в ответ и добавил:

– Хозяин будет доволен. Больше червей – больше еды! Берем их.

– Крот! – позвал кого-то второй. – Да где этот идиот? Крот!

Через несколько секунд к людям подошел еще один «близнец», окинул их недоумевающих взглядом, мол, чего надо?

– У нас гости, – поясним первый. – Где тебя носило?

– Хвост мертв, – тупо отчитался пришлый.

– Это разведка Центра его завалила, – подлил масла в огонь первый, – ничего, обезглавишь урода собственноручно.

Вновь прибывший молча кивнул и перехватил поудобнее автомат, как бы выражая свою готовность.

– Главное – не упустить! Если что-то пойдет не так – лучше валите их сразу, – командовал первый. – Все, вперед!

Следы в скором времени вывели нас на бескрайнюю заснеженную поляну. Лишь вдалеке на той стороне слабо виднелась темно-синяя кромка нового мертвого древесного воинства. Поднялся сильный ветер, который лихо закручивал в однотонный калейдоскоп падающие с неба снежинки. Примета не обманула – начинается метель. Но это уже было не важно – мы достигли своей цели, оставался сущий пустяк: не загнуться из-за какой-нибудь нелепой ошибки. В самом центре широкой поляны располагался тот самый Большой Карьер. Он представлял из себя здоровенную впадину глубиной до пятнадцати метров, диаметр же был, это я так на в скидку, около ста метров, если не больше. Для чего эта яма – не знаю, но вырыта она еще до того, как Солнце решило коньки отбросить.

Мы остановились у последнего дерева и замерли, внимательно вглядываясь в белоснежный пейзаж. Вот сейчас спешить не следовало не при каких обстоятельствах. Стоит нам сею секунду сделать хоть один шаг, пусть из голого, но все же леса, мы сразу окажемся, как на ладони, ловко превратившись из разведчиков в мишень для дартса.

Убедившись, что все более-менее тихо и о нашем присутствии никто не догадывается, я кивнул Мише, тот еще раз внимательно огляделся, перехватил поудобнее автомат и, согнувшись в три погибели, побежал вперед к карьеру, опасливо водя стволом из стороны в сторону. Пробежав несколько десятков метров, он упал прямо в снег у подножья обрывистого края впадины. Несколько секунд он лежал неподвижно, затем помахал нам рукой и мы с Андреем, полностью повторяя движения напарника, двинулись вперед. Через пару секунд мы оказались рядом с Мишей, который, направив автомат вниз, смотрел на достопримечательности Большого Карьера.

Перед нами открылась удивительная картина: на дне огромной ямы развернулось целое поселение. То тут, то там стояли брезентовые палатки, на толстых сваях держались высокие навесы, под которыми лежали десятки мешков с непонятно чем внутри, а количество небольших деревянных будок, построенные, видимо, второпях, и сосчитать было невозможно. Так же я увидел два входа под землю, из которых виднелись слабые блики горящего внутри огня. Еще прямо под нами на здоровенной цепи, что намертво прибита к стене карьера, сидело два модрека и тихо поскуливали. Кругом в толстых шубах сновали люди. Они занимались своими делами: кто рубил дрова, кто сгребал снег, кто-то ходил с автоматом наперевес и курил, были и такие что просто сидели. Некоторые из дикарей подходили к скулящим тварям и чем-то кормили их, гладя по квадратной голове. Ко всему этому эльдорадо вели две лестницы, вырезанные прямо в стенах впадины, внизу у которых стояли дозорные. Одна из них располагалась слева от нас, метрах в трех, другая на противоположной стороне, так что если понадобиться спуститься, проблем не возникнет. Надо только будет снять часовых.

Честно говоря, увидев этих, м-м-м-м, аборигенов, я слегка опешил: как же такое вообще может быть? Ведь все это выглядело так необычно, так неестественно, дико и поэтому я то и дело задавался риторическим вопросом: кто эти люди и откуда они взялись? Однако, то что я увидел дальше, отбросило размышления на задний план.

Из-под земли вышли двое дикарей, неся за руки и за ноги нашего мертвого бойца. На нем не было защитного термокомбенизона, его вместе со шлемом нес третий дикарь, поэтому за исключением семейных трусов с цветочками солдат был абсолютно голым. Они подтащили труп к здоровенному пню, и бросили рядом с торчащим из него окровавленным топором. Мы разом напряглись. Вскоре появилась четвертая фигура, одетая в нечто отдаленно напоминающее поварской фартук. Он взял топор правой рукой, а левой схватился за голову и рывком, так что все тело содрогнулось, положил ее на пень. Топор занесся над головой мясника и с силой опустился аккурат на шею бойца. Брызнула кровь. Мы остолбенели от ужаса и тупо наблюдали за тем, как нашему зверски отрубают голову. Миша вышел из ступора первым, снял автомат с предохранителя, медленно передернул затвор и сказал:

– Я его сейчас убью!

– Нет! – отреагировал я, смотря, как голова после нескольких ударов, скатившись по залитому кровью пню, падает на снег. – Не время еще Бабий Яр устраивать!