С демоном по договору. Книга первая (СИ) - Вус Катерина

— Всё... очень быстро, — кое-как выдохнула я.

— Разве не этого ты хотела?

— Я не знаю...

— Зато я знаю, — пресёк он мой детский лепет и, легко приподняв над полом, усадил на стоявший рядом столик.

Не успела я сообразить что к чему (мои наивные ожидания были связаны с кроватью), как Грэм одним властным движением развёл мне ноги и встал напротив, не давая их свести. Всего за полминуты я оказалась в более чем пикантном положении: почти раздетая и открытая перед мужчиной.

— Поскольку эта красота наконец принадлежит мне, имею право за неё полюбоваться, — заявил он.

— Фокус с пуговицами устарел, — сделала я попытку пошутить. — Ты проделывал его дважды. В третий раз не удивил.

— А если так?

Лифчик лопнул в неположенном месте, спереди, и моё положение вмиг стало ещё более бесстыдным. Я ойкнула и попыталась загородиться.

— Нет-нет, — Грэм перехватил мои руки. Посмотрел мне в глаза и ещё раз повторил: — Нет. Твоё тело заслуживает того, чтобы его показать. Ну же!

Мои ладони снова оказались на столешнице. Я отвела их чуть за спину и — откуда только взялась решимость? — выгнулась навстречу мужчине. Предательски затвердевшие соски указывали прямо на Грэма.

На миг я представила эту сцену со стороны, увидев себя актрисой порнографического фильма, что имело закономерные последствия: между ног стало горячо.

— А теперь постарайся расслабиться, — с настораживающим коварством произнёс Грэм и, отодвинув пальцем полоску трусиков, коснулся чувствительного бугорка в самом интимном месте.

Сохранить хотя бы видимость спокойствия не получилось. Я изогнулась, непроизвольно попыталась свести ноги, наткнулась на преграду, заёрзала.

Грэм убрал было руку, но, стоило мне перевести дыхание, как он вернулся к начатому. Его ласки, лёгкие и дразнящие вначале, постепенно становились настойчивее. Я извивалась и тихо стонала, то пытаясь уйти мужских прикосновений, то, напротив, желая их. Время от времени ощущения становились слишком острыми, я вздрагивала, отодвигалась, и тогда Грэм давал мне короткую передышку. Его ладони накрывали мою грудь, влажные пальцы теребили соски, потом он облизывал их языком и снова подтягивал меня к себе, не позволяя избежать дальнейших ласк.

Я принимала их с протестующим всхлипом, но каждый раз раскрывалась сильнее и уже сама тёрлась о его пальцы.

Признаюсь, что не ожидала такого отклика от собственного тела. Оно будто и не принадлежало мне, хотело получить удовольствие и разрядку напряжения, которое копилось в нём.

Но когда моя выдержка была на исходе, прикосновения Грэма стали нестерпимыми, а из горла один за другим вырывались вскрики, эрзар в очередной раз остановился, чтобы, наклонившись к моему уху, прошептать:

— Ты очень красивая, Нели. И очень чувственная. Одна проблема. Твоё тело отзывается тут, — он погладил до предела раздразненный бугорок, — но здесь ты меня не хочешь, — пальцем второй руки Грэм нежно постучал по моему виску. — А мне надо, чтобы захотела.

— Но долг... — начала я.

— И вот подтверждение моим словам. Забудь о долге. Узнай меня и дай мне узнать тебя. Секс будет гораздо слаще, если не портить его мыслями об обязательствах. Нашу игру мы тоже продолжим, когда захочешь ты.

Настойчивое жжение между ног подсказывало, что продолжения я хочу немедленно.

— Только не сегодня, — угадал он мои мысли. — Считай это наказанием за то, что не соглашалась на свидания со мной и заставила нервничать. И даже не думай справиться с проблемой без моего участия, иначе в следующий раз я буду более жесток.

Ещё один поцелуй случился, когда я встала на ноги. Пока губы Петергрэма сливались с моими, горячие ладони скользнули вдоль спины и с энтузиазмом ощупали то, что было ниже.

Я чувствовала жар, исходивший от эрзара, и успела увидеть, как топорщатся его брюки. Похоже, наказывал он не только меня.

— Извини за бельё, куплю тебе новое, — пообещал он. — А сейчас одевайся. Настал, наконец, день, когда ты не сможешь отказаться от совместного ужина.

Номер мы покинули не сразу.

Перед выходом в душе побывали оба. Не знаю, чем там занимался Петергрэм, а мне пришлось включить холодную воду, чтобы немного прийти в себя. Моё тело хотело секса, мои чувства пребывали в смятении. Я всё ещё ощущала мужские пальцы, хозяйничавшие у меня между ног, пошлые мысли жгли огнём и мешались со стыдом от собственной распущенности. Надо же было так завестись! Столько лет избегала интимной близости, а по факту только и ждала, когда кто-нибудь устроит со мной откровенную игру.

Или дело всё-таки было в моём партнёре?

Я думала, что не смогу смотреть ему в глаза, но когда он снова оказался рядом, больше краснела от не прошедшего возбуждения, чем от смущения.

Грэм был невозмутим, будто ничего особенного не случилось. Под руку довёл меня до ресторана, живо интересовался моими вкусами и помогал разобраться в запутанном меню.

Когда принесли напитки, предложил тост:

— За особенный день!

— И за то, чтобы завтрашний был не хуже, — поддавшись внутреннему порыву, поддержала я. — Утром ни за что бы не подумала, что буду ужинать на "блюдце".

 — Надеюсь, сюрприз удался?

— Да, — я бросила взгляд на открывавшийся за окном вид.

Внизу простиралась синева Великого океана и белели ватные хлопья облаков. Где-то среди них затерялась милая сердцу Харба. А вдали полукруглая граница отделяла живую поверхность Родителя от вечной черноты космоса, расцвеченной искрами далёких звёзд.

Когда-нибудь мы будем и там.

— Мне тоже нравится смотреть туда, — признался Петергрэм.

— Ты часто сюда прилетаешь? — спросила я.

— Случается сопровождать владыку. Иногда сам заглядываю на день-два, чтобы отдохнуть, но долгие отпуска для меня не предусмотрены. Когда строительство станции начиналось, я вообще не горел желанием покидать планету, зато потом втянулся.

— Почему? Ты ведь мог не беспокоиться о безопасности.

— И всё же мне было не по себе от мысли, что пустота окружает со всех сторон. Аланстар взялся менять мир слишком быстро, и старшее поколение приспособилось не сразу. Считай, что узнала об одной из моих слабостей: я не всегда успеваю за прогрессом.

Беседа обрела доверительный тон. Подумалось, что Грэма можно развести на другие откровения.

— Ответишь на личный вопрос?

— Мы же собираемся узнавать друг друга. Без личных вопросов не обойтись.

— Почему у тебя так долго не было спутницы?

Петергэм небрежно пожал плечами:

— Для высших эрзаров не установлены сроки. Я пользовался законным правом не торопиться.

— Мой вопрос как раз об этом, — не повелась я на простое объяснение. — Почему?

— Высшие неспроста наделены большей свободой в заключении Договоров, чем младшие и старшие. Наши сила и влияние определяют судьбы семей. В меньшей степени, чем воля владыки, но любой глава клана прислушивается к высшим при принятии важных решений. Мы укрепляем связи внутри семьи, определяем политику клана и то, насколько хорошо он будет готов к противостоянию с другими.

— Но при чём здесь спутники?

— Порой даже незначительные факторы могут повлиять на расстановку сил, а спутников высших никак нельзя назвать "незначительными". Количество магии, которое эрзар передаёт человеку, не установлено юридическими законами. Оно зависит от того, насколько силён эрзар и восприимчив спутник. Обучение новичка — большая ответственность. Нужно оценить его потенциал, контролировать первые шаги. Когда такой человек дорастает до полноценного мага, он не уступает младшим, а порой и старшим эрзарам. Спутники высших имеют свой вес в нашем обществе. Я уж не говорю о личных привязанностях и их последствиях.

— Чего же опасался ты? Ответственности, привязанности или последствий?

— Непредсказуемости.

— Поэтому выбрал милую девочку с почти идеальной биографией, которая не преподнесёт сюрпризов?

Смешно, но мне стало обидно.