Левиратный брак (СИ) - Татьяна Алферьева

— Милорд, я была в спальне миледи, но её там не оказалось.

Вслед за этим раздался глухой удар, как будто чем-то тупым стукнули в дверь.

— Где она может быть? — в голосе Виктора смешались обеспокоенность и недовольство.

— Я не ходила на кухню. Возможно миледи там, — испуганная, что сильно расстроила господина, виновато произнесла Роза.

— Я здесь, — Лилиана поспешила показаться на глаза, тем более что её догнал Дэрек.

В проёме распахнутой двери, освещённый лучами восходящего солнца, льющимися в окно, стоял маркиз. На нём была простая белая рубашка и мягкие домашние брюки, не стеснявшие движений. Тёмные волосы растрепались, упрямая чёлка спадала на лоб, грудь высоко вздымалась от глубокого дыхания. Под тонкой тканью рубашки, влажной от пота, чётко прорисовывалась каждая мышца. Лил невольно залюбовалась стройным, красивым телом своего мужа.

Роза с облегчением выдохнула и, подхватив юбки, сбежала.

— Зачем вы меня искали? — поинтересовалась Лилиана, переводя зачарованный взгляд с груди Виктора на его лицо.

— Зачем вы встали? — вопросом на вопрос ответил маркиз. — Вы не могли так быстро выздороветь.

— Я прекрасно себя чувствую, — возразила девушка.

Из-за спины Виктора выглянул Ревьер. В руке он держал рапиру.

— Доброе утро, Ваше сиятельство, — с поклоном обратился он к Лилиане. — А вы оказывается искусная наездница.

— Спасибо за комплимент, — улыбнулась девушка.

— Ревьер, ты меня опередил? — шутливо возмутился Дэрек, проходя в зал мимо стоящих на пороге супругов.

— Можешь пока заменить меня, — бросил через плечо Виктор, делая шаг навстречу жене и обращаясь к ней так тихо, чтобы больше никто не услышал: — Я требую, чтобы сегодня вы оставались в своей комнате.

— Но почему? — также шепотом возмутилась Лил. Она не верила, что маркиз трепетно переживает за её здоровье. Скорее уж, решил показать свою власть.

— Потому что я ваш муж, и вы должны подчиняться моей воле.

Да, точно — власть. Девушка расстроилась. Сидеть целый день в комнате…

Виктор смотрел на свою жену и сам себя не узнавал. Почему его так волнует её бледность, тёмные круги под глазами? Когда Роза сообщила ему, что Марианы нет в своей комнате, он чуть не разбил об дверь костяшки пальцев на правой руке, сильно ударив в неё кулаком. С девушки могло статься с утра пораньше отправиться в деревню проверить самочувствие сломавшего ногу мальчишки.

— Вы мне нужна здоровой, а не шмыгающей носом и с охрипшим голосом, — всё-таки снизошёл до объяснений маркиз.

— Хорошо, — ей ничего не оставалось делать, как согласиться.

Впрочем, от одиночества маркиза страдала не долго. К вечеру к ней в комнату набилось столько народу, что сидячих мест перестало хватать. Сначала пришла Ванесса. За графиней подтянулась её тётушка. Полюбившая девушку с первого взгляда баронесса Жасмина заглянула узнать, как чувствует себя хозяйка дома. Следом незаметно пришла графиня Шевер. Отправившийся на её поиски муж услышал громкий смех и решился постучать в апартаменты Её сиятельства. В комнате он обнаружил всех вышеперечисленных дам, окруживших Лилиану. В руках девушка держала лист бумаги, на котором оказался карандашный набросок сцены на балу. Каждый из гостей мог узнать на рисунке себя. Позднее каким-то ветром в комнату занесло сразу двоих — Дэрека и Эдвора. Зайдя к жене, Виктор обнаружил в её спальне настоящее столпотворение.

— Маркиз, а я и не подозревала, что ваша жена отлично рисует, — обратилась к замершему от удивления на пороге Стейну тётушка Ванессы.

— Я тоже, — пробормотал Виктор, подходя к сидящей на кровати Лилиане. На покрывале вокруг неё было раскидано несколько рисунков, сделанных карандашом.

— Не желаете переместиться в гостиную? Я приказал подать чай, — возвысил голос маркиз, обращаясь к гостям.

Те с воодушевлением восприняли его предложение и начали расходиться. Однако прежде, чем уйти, каждый интересовался, присоединится ли к чаепитию прекрасная маркиза. Виктор отвечал утвердительно, что вызывало неизменный восторг на лицах. Наконец все разошлись и в комнате остались лишь двое.

— Вы опять чем-то недовольны? — спросила задумавшегося супруга Лил, собирая с кровати листы бумаги.

— Нет, я просто удивляюсь многогранности вашей личности, — возразил маркиз, следя за её действиями. — Так любить детей и животных, так легко сходиться с людьми, нравиться практически всем без исключения. И так поступить с Ральфом… Ведь он тоже любил и умел рисовать.

Лилиана замерла, не поднимая головы. Что ей было на это ответить?

— Он не меньше вас любил детей, хотя и не мог их иметь, а вы вменили ему это в вину, — продолжал Виктор.

Лил вздрогнула и глухо спросила:

— Откуда вы знаете, что я говорила?

— Можно подумать вы не догадываетесь? — усмешка маркиза показалась девушке горькой. — Иногда мне кажется, что лучше бы я этого не знал.

— Вы никогда не поверите в моё раскаяние? — прошептала она, по-прежнему не поднимая головы.

— А как я могу в него поверить? Вы недолго оплакивали моего брата. Ваша тётушка не скрывала большой радости, когда я стал настаивать на устаревшем праве левирата. Вы тоже не возражали, примчались по первому же зову. В вашем гардеробе не оказалось ни одного чёрного платья. Вы скачете и веселитесь, позабыв обо всём. Единственное, что кажется странным в вашем поведении, так это, как вы реагируете на мои прикосновения, словно девственница. Хотя последнее лишь подтверждает то, что вы прекрасная актриса.

Лил почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Слова маркиза были как ушат холодной воды. Виктор был не прав, она очень плохая актриса. Её поведение совершенно не соответствует роли, которую ей навязала Мариана. Но обидно и больно было не от этого. С какого-то времени ей стало небезразлично, что о ней думает её муж. Сможет ли она выдержать год его ледяного презрения? Сможет ли довести начатое до конца?

— Идёмте. Нас ждут гости.

— Идите, я догоню вас, — стараясь сдержать вызванную слезами дрожь в голосе, попросила Лил.

— Нет. Мы спустимся вниз вместе, как положено любящим супругам, — возразил Виктор, подошёл к девушке вплотную и, приподняв её лицо за подбородок, заставил посмотреть на себя. — Вы плачете? Это ещё интересно почему?

— Соринка в глаз попала, — как можно правдивее соврала Лил.

— Сразу в оба? — нахмурился Виктор. — Ваше нервное состояние, скорее всего, вызвано болезнью. Не зря я приказал вам сидеть в комнате. Правда, вместо того, чтобы отдыхать, вы развлекаете гостей.