Настоящая королева - Киз Грегори

— Легче всего начать отсюда, Стивен, потому что именно с этого момента история, которую рассказывает монастырь, отличается от официальной версии твоей Церкви. Они утверждают, что она оставила трон своему мужу, а он основал Церковь и стал первым Фратексом Призмо. Его звали Ниро Пром.

— Ты считаешь иначе?

— Орден, к которому я принадлежу, считает иначе. По нашему учению, у святой Виргеньи Отважной был совет, который назывался вхатти, состоявший из четырех женщин и двух мужчин. Когда она исчезла, она оставила страну в их руках. В течение полувека большинство верховных постов в Церкви занимали женщины.

— Ревестури рассказали мне такую же историю, — проговорил Стивен. — Только они упомянули одну женщину-правительницу чьи полномочия походили на полномочия Фратекса.

— Все было именно так. Когда вхатти, наконец, понял, что святая Виргенья Отважная не вернется, они выбрали Матер Призма, потому что Виргенья внушила им, что во главе Церкви должна стоять женщина.

— Почему женщина?

Землэ нахмурилась.

— Я не знаю. Сестры считали, что женщины правят более милосердно, но я не помню ни одного текста, в котором говорилось бы об этом. Ты не нашел ничего такого в дневнике?

— Я так далеко не добрался. Она еще девочка, рабыня скаслоя.

— Как ты мог удержаться и не дочитать до конца?

— Там все зашифровано, и шифр постоянно меняется. Кроме того, я не хочу ничего пропустить.

— Читай быстрее.

— Разумеется. Но продолжай свою историю.

— Это не устраивало некоторых амбициозных мужчин, но старшее поколение уважало завет Виргеньи. Однако Матер Призма выбрали женщину, которая была всего лишь любовницей влиятельного сакритора по имени Ирджомен. Вскоре она умерла — скорее всего, ее убили — и он взял себе титул Фратекс Призмо. Вхатти возражали, и разразилась война, но Ирджомен планировал свой переворот очень тщательно, верных воле Виргенья убили, мужчины, члены вхатти, перешли на сторону Фратекса, а женщины бежали. Остальных женщин лишили всех влиятельных постов, и монастыри, где они прежде проходили обучение, превратились в их темницы. Часть монастырей сохранило верность заветам Виргеньи, их уничтожили, или им пришлось прятаться. Мой принадлежит к их числу.

— И твоя задача вернуть женщинам власть в Церкви?

— Нет. Церковь безнадежно извращена. Наша цель наблюдать за наследниками Виргенья Отважной, пока не появится следующая Истинная Королева, женщина, которая возродит Церковь, изменит мир и наведет всюду порядок.

— Энни Отважная?

— Так считают в моем монастыре. Когда появится трон седоса, она должна будет взять власть в свои руки и править страной.

— А какое это все имеет отношение ко мне?

— Предполагается, что ты найдешь трон, — ответила она — Ее трон. И помешаешь ему захватить его.

— Ему? Кому? Рыцарю Крови? Лорду-демону, о котором ты говорила раньше?

— Велни твой главный враг, Стивен. Он хочет уничтожить весь мир, и все живое в нем. Но есть еще один враг, человек, который потребует трон себе.

— Хесперо.

— Я так думаю, — ответила она.

— Фенд сказал, что он нашел Хесперо, и отправился за ним. Если это правда, нам больше не нужно будет из-за него волноваться. Однако если он врет, если он собрался объединиться с ним.

— Если бы он собирался с ним объединиться, почему он не сделал этого несколько месяцев назад вместо того, чтобы вступить с ним в сражение?

— Может быть, им было нужно, чтобы я нашел дневник. Или сражение являлось отвлекающим маневром, чтобы я почувствовал себя в безопасности, если мне отведена важная роль. Возможно, Фенд совершенно безумен. Это меня нисколько не удивило бы.

— Или, как гласят некоторые легенды, Рыцарь Крови твой верный слуга и союзник, — сказала она.

— Он именно так и утверждает, — кивнув, проговорил Стивен. — Существо в горах… предположим, это Велни? А что, если он пробрался сюда, наблюдает за всем и выжидает?

Землэ побледнела.

— Я об этом не подумала. Я так долго считала все это сказочным пророчеством, чем-то древним и далеким. Мысленно я рисовала себе Велни драконом, окутанным языками пламени и черной тенью, а не вором, тайно пробравшимся сюда. Ни в одной легенде не говорится о том, как он выглядит, — Она потерла лоб. — О, святые, это возможно, не так ли?

— Да, — ответил Стивен и потянулся к своей одежде.

— Ты куда собрался?

— Почитаю дневник. Виргенья Отважная нашла это место. Она прошла священным путем, по которому я тоже должен пройти. Посмотрим, что она нам расскажет.

У РАБОВ ЕСТЬ ТАЙНЫ. И ЭТОТ ШИФР ОДНА ИЗ НИХ. ВИЛЛ И Я ПРИДУМАЛИ ЕГО, ЧТОБЫ ПИСАТЬ ДРУГ ДРУГУ. ХОЗЯИН ВИЛЛА ДЕЛАЕТ СВИНЦОВУЮ БУМАГУ, А ОН ПРИ НОСИТ ЕЕ МНЕ.

ХОЗЯИН ВИЛЛА ПРИВЕЛ ЕГО СЮДА, КОГДА МНЕ БЫЛО ДВЕНАДЦАТЬ, ТАК СКАЗАЛ МОЙ ОТЕЦ. ОНИ ПОМЕСТИЛИ НАС В ОДНУ КОМНАТУ, И МЫ ПОНЯЛИ, ЧТО ДОЛЖНЫ СДЕЛАТЬ. ХОЗЯЕВА ЗА НАМИ НАБЛЮДАЛИ, НО ОНИ НЕ СЛЫШАЛИ, КОГДА ВИЛЛ ПРОШЕПТАЛ МНЕ, ЧТО ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО. ОН ОЧЕНЬ ТИХО РАССКАЗАЛ МНЕ, ЧТО НАШИ ОТЦЫ ХОРОШО ЗНАЛИ ДРУГ ДРУГА, И ГДЕ ОН ЖИВЕТ. ЭТО ПОМОГЛО МНЕ ЗАБЫТЬ О ТОМ, ЧТО ПРОИСХОДИЛО, И О СВОЕМ СТРАХЕ. А ПОТОМ Я СОВСЕМ НЕ БОЯЛАСЬ. Я С НЕТЕРПЕНИЕМ ЖДАЛА НАШИХ РАЗГОВОРОВ ШЕПОТОМ. СЛОВНО МОЕ ТЕЛО ТАМ ВОВСЕ НЕ ПРИСУТСТВОВАЛО. ВИЛЛ НАЧАЛ УЧИТЬ МЕНЯ ТАЙНОМУ ЯЗЫКУ РАБОВ, ЖИВУЩИХ В ЕГО КРЕПОСТИ, И Я ПИШУ НА НЕМ СВОИ ПИСЬМА. КОГДА МЫ ВСТРЕЧАЕМСЯ, МЫ ПЕРЕДАЕМ ДРУГ ДРУГУ ЗАПИСКИ. В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ Я УВИЖУ ЕГО В ПОЛНОЛУНИЕ.

В ЭТОМ МЕСЯЦЕ У МЕНЯ НЕ БЫЛО КРОВИ, И ВИЛЛ НЕ ПРИШЕЛ. ХОЗЯИН СКАЗАЛ, ЧТО У МЕНЯ БУДЕТ МЛАДЕНЕЦ. ДОМАШНИЕ СЛУГИ РАССКАЗАЛИ МНЕ, ЧТО МНОГИЕ ЖЕНЩИНЫ УМИРАЮТ, КОГДА ЭТО ПРОИСХОДИТ. Я НЕ ХОЧУ УМЕРЕТЬ, НО МЕНЯ ЧАСТО ТОШНИТ. МОЙ ОТЕЦ СКАЗАЛ, ЧТО МЫ ИЗБАВЛЯЕМСЯ ОТ ХОЗЯЕВ, КОГДА УМИРАЕМ. ИНТЕРЕСНО, ПРАВДА ЛИ ЭТО.

Я СНОВА ВИДЕЛА ВИЛЛА. ОНИ ГНАЛИ ЕГО ВМЕСТЕ С ЕЩЕ ПЯТЬЮДЕСЯТЬЮ РАБАМИ, ХОЗЯЕВА СИДЕЛИ НА КОЛЕСНИЦАХ. ЕСЛИ КТО-НИБУДЬ ИЗ РАБОВ ПАДАЛ, ЕГО РЕЗАЛИ НОЖАМИ НА КУСКИ. ВИЛЛ БЕЖАЛ ОЧЕНЬ БЫСТРО; ОНИ ЕГО НЕ ДОГНАЛИ. МОЙ ХОЗЯИН ПОСАДИЛ МЕНЯ НА ЦЕПЬ НА НОСУ СВОЕЙ ЛЕТУЧЕЙ БАРЖИ, ЧТОБЫ Я НА НЕГО СМОТРЕЛА, И Я НЕ ХОТЕЛА ОТВОРАЧИВАТЬСЯ. ОНИ БЕЖАЛИ ДВА ДНЯ, БЕЗ СНА И ЕДЫ. К КОНЦУ ВТОРОГО ДНЯ ОСТАЛОСЬ ТОЛЬКО ТРОЕ, И ОДНИМ ИЗ НИХ БЫЛ ВИЛЛ. Я ТАК ИМ ГОРДИЛАСЬ. ГОРДИЛАСЬ ТЕМ, ЧТО У МЕНЯ В ЖИВОТЕ ЕГО ДОЧЬ.

ПРОШЛО ШЕСТЬ ЛУН. У МЕНЯ ОГРОМНЫЙ ЖИВОТ, И ХОЗЯИН ОТВЕЗ МЕНЯ В ГОРНУЮ КРЕПОСТЬ, ГДЕ Я ДОЛЖНА ПРОВЕСТИ ОСТАТОК СВОЕЙ БЕРЕМЕННОСТИ. ЭТО ТРАДИЦИЯ, ПРИШЕДШАЯ С ДРЕВНИХ ВРЕМЕН, КОГДА ХОЗЯЕВА ЕЩЕ МОГЛИ ИМЕТЬ ДЕТЕЙ. РАНЬШЕ Я НЕ ВИДЕЛА ГОР, И ОЧЕНЬ ИХ ПОЛЮБИЛА. ОНИ НАВЕВАЮТ НЕОБЫЧНЫЕ, ПРИЯТНЫЕ МЫСЛИ. А ЕЩЕ В КРЕПОСТИ ЕСТЬ ЧТО-ТО СТРАННОЕ, ОНО НАХОДИТСЯ ГДЕ-ТО ГЛУБОКО ПОД НЕЙ. В ЖИВОТЕ У МЕНЯ ВСЕ СЖИМАЕТСЯ, А ИНОГДА СТАНОВИТСЯ ОЧЕНЬ СТРАШНО.

ПРОШЛОЙ НОЧЬЮ МНЕ ПРИСНИЛСЯ СОН, БУДТО Я ГОРА, МОИ НОГИ ВЫСВОБОДИЛИСЬ ИЗ ЗЕМЛИ, И Я ПОШЛА, ТОПЧА ВСЕ НА СВОЕМ ПУТИ. ХОЗЯИНА Я ТОЖЕ РАСТОПТАЛА. КОГДА Я ПРОСНУЛАСЬ, Я ИСПУГАЛАСЬ, ЧТО ОН УЗНАЕТ ПРО МОЙ СОН И НАКАЖЕТ МЕНЯ, НО ОН НЕ УЗНАЛ. РАНЬШЕ МНЕ ВСЕГДА КАЗАЛОСЬ, ЧТО ОН УМЕЕТ ВИДЕТЬ МОИ СНЫ. НО ЭТОТ БЫЛ ДРУГИМ. ДУМАЮ, ГОРА НАУЧИЛА МЕНЯ, КАК ВИДЕТЬ СНЫ ВТАЙНЕ ОТ МОЕГО ХОЗЯИНА. ХОРОШО БЫ.

МНЕ БЫЛО БОЛЬНО, КАК МЕНЯ И ПРЕДУПРЕЖДАЛИ. БЫЛО ТАК БОЛЬНО, ЧТО ДАЖЕ ПРЕДСТАВИТЬ ТАКОЕ НЕВОЗМОЖНО. А ЕЩЕ МНОГО КРОВИ. ВСЕ ВОКРУГ МЕНЯ ПОТЕМНЕЛО, Я РЕШИЛА, ЧТО УМЕРЛА И ОКАЗАЛАСЬ В КАКОМ-ТО НЕЗНАКОМОМ МЕСТЕ. ТАМ БЫЛО ДВЕ РЕКИ, ЯРКАЯ СИНЕ-ЗЕЛЕНАЯ И ЧЕРНАЯ. Я СТОЯЛА В ОБЕИХ, И БЫЛА ВЫСОКОЙ, КАК ГОРА. Я БЫЛА УЖАСНА.

А ПОТОМ Я ПРОСНУЛАСЬ И УВИДЕЛА СВОЮ ДОЧЬ, И, НАКОНЕЦ, ПОНЯЛА, ЧТО ИМЕЛ В ВИДУ МОЙ ОТЕЦ, КОГДА ПРОИЗНОСИЛ СЛОВО ЛЮБОВЬ.

Я НЕ СТАНУ ПИСАТЬ, ЧТО ОНИ СДЕЛАЛИ. НЕ СТАНУ. ЭТО СВЕРШИЛОСЬ.

Но я их убью. Я убью их всех.

Стивен вскрикнул и отдернул пальцы, почувствовав, что лист вдруг стал обжигающе горячим. Ослепительная ненависть, какой он никогда в жизни не встречал, опалила его, наполнив все его существо, такая безграничная, что он закричал. В тот момент, когда его охватила эта ярость, он краем глаза заметил какое-то движение. Он резко повернулся и увидел клубящийся, мечущийся мрак, словно черное масло вылили в воду, а еще нечто, похожее на тень. Он не хотел на нее смотреть и отвернулся, а когда снова заставил себя взглянуть в ту сторону, все исчезло.