Безумья темный страх - Алекс Елин

своего бога, зажег несколько новых свечей, стоящих в серебряных канделябрах. – Неужели они вам ничего не рассказали?

- Мероэ нам помогает, - кивнул генерал, - но она не выбалтывает орденских тайн и не посвящает меня в жреческие дела. Она просто делает то, что считает нужным. Я же должен понять всю схему, все, что происходит сейчас в умах жрецов и людей. Понимаешь?

- Да, уж, - хмыкнул Лоулен. – Да, уж… Хорошо, я тебе помогу, чем смогу, но, Винс, это будет в первый и последний раз. И только потому, что я тебе поверил, что Талинда I не похожа на своего деда и не убила кузена.

- Договорились, - кивнул генерал.

- Тогда пойдем со мной, - позвал жрец Зулата старого сослуживца. – Я тебе расскажу все, что мне известно, выводы ты сделаешь сам.

- Спасибо, Лоулен, - именно это мне и нужно, - Винсент поспешил за былым наставником в небольшую дверь, спрятавшуюся за черной базальтовой колонной. Мужчины оказались в недлинном плохо освещенном коридоре, а после него вышли в небольшой зеленый сквер, отделявший храм Зулата от маленького уютного городского кладбища, куда они и направились.

В Розми, как и в большинстве стран Дидьены, покойников сжигали, а в земле хоронили лишь героев или же очень состоятельных людей. Кладбища поэтому были больше колумбариями, раскинувшимися посреди аккуратных парков. Вот и это напоминало городской сад, только здесь под сенью цветущих деревьев и среди кустов роз и отцветшей сирени стояли аккуратные ряды ниш из розоватого песчаника, украшенные небольшими скульптурами или барельефами на торцах.

Наставник и ученик побрели по гравиевой дорожке, бегущей под деревьями. Под ногами скрипели камушки, а где-то высоко в небе сияло полуденное солнце.

- Мутить воду начали жрецы Крома, - тихо заговорил служитель бога Царства Мертвых. – Сначала они само собой побаивались действовать открыто, но потом на их сторону встали жрецы Пантеры, да и другие ордена начали примыкать постепенно. Насколько мне известно, на стороне жрецов Крома и Пантеры ордена Краха, Асамата и Мальтора; они практически в полном составе поддерживают Нила Роуза. Ну, и само собой жрецы Всех Богов Света Розми – после казни Интовара они не могли остаться в стороне.

- Плохо, - покачал головой Винсент. – Очень плохо. Все перечисленные ордена, кроме жрецов Всех Богов Света Розми, очень сильные противники, да еще у всех свои школы боя, кроме жрецов Мальтора.

- Не все так плохо, не все, - не согласился Лоулен. – Внутри орденов существует раскол. Часть жрецов предпочла отступить в сторону и не вмешиваться в политику своих верховных жрецов. Какая-то часть моих братьев выступила против поддержки регентства, - он присмотрелся к семейству полевок, высунувшихся из нор у основания клумбы. – В процентном соотношении я тебе не скажу, но несогласные есть.

Мужчины дошли до небольшой центральной площадки кладбища, где сходились все тропинки, а посередине на высоком искусственном холме посреди травы стояла мраморная статуя Зулата. Грозный бог сжимал в руке меч, а на плече у него сидела нахальная белка.

- Но тебе стоит учесть, - продолжил бывший агент РСР, - что часть жрецов Крома и Пантеры, что ранее колебалась или соблюдала нейтралитет, теперь вынуждена, - именно вынуждена, - принять сторону своих верховных жрецов. Они боятся за свою жизнь, и ты можешь попытаться это как-то использовать. Я подозреваю: они с удовольствием перейдут на сторону королевы, если поймут, что им ничто не угрожает.

- Там уже дошло до убийств? – заинтересовался глава РСР. – Не думал, что они могут опасаться своих, скорее уж жриц Лоули, твоих собратьев по ордену, да меня…

- Несогласные с верховными жрецами Крома и Пантеры собрались в Обители Крома в горах. Туда стекались все самые сильные и решительные… Или же самые невезучие, - Лоулен направился к скамье, стоящей напротив статуи бога. – В любом случае, свои же их и взорвали на хрен. Продемонстрировали, так сказать, что бывает с отступниками.

- Предполагалось, что это была случайность, - сделал себе пометку на будущее Винсент. Надо будет посмотреть, кто делал заключение по этому делу, и внимательно к нему присмотреться.

- О, нет! – не согласился Мирроу. – Это был преднамеренный взрыв.

- И почему ты в этом так уверен? – поинтересовался глава РСР.

- Погибнуть должны были все в Обители, но чудом выжил один из послушников, видевший собственными глазами взрывное устройство. Мальчик выжил и пошел вслед за тем, кто все взорвал. Он напал на убийцу и погиб бы в схватке, если бы того не поразила молния. Мальчишка с трудом добрался до людей и каким-то чудом остался жив, хотя очень долго пробыл без сознания. Сейчас он у меня, тут его никто не сможет найти, - заверил бывший агент РСР.

- Получается, жрецы сами себя и ослабили, - Винсент присел на скамейку рядом с Лоуленом.

- С одной стороны – да, не дали возможности вернуться им к остальному ордену, но с другой-то стороны они избавили себя от очень серьезных противников – в Обители собрались чуть ли не до двух третей воинов Крома и половина воинов Пантеры. Они убили их одним махом, а так же показали остальным, что бывает с отступниками. Запугали.

- Хорошо, - кивнул Бодлер-Тюрри, - а что пообещали жрецам? Почему Тиберий и Ириалисса решили выступить на стороне господина Роуза?

- Тиберий? – усмехнулся Лоулен. – Тиберий – напыщенный павлин, он ничего не решает. Он в свое время умудрился приблизить к себе Дарела Паула Нотингейма, и вот он-то по факту все и решает в ордене. Хотя выглядит все и впрямь так, будто бы все идеи и решения исходят от Тиберия.

Мужчины немного помолчали. Белка, что сидела на статуе Зулата, ловко соскочила с мраморного изваяния и направилась по своим делам куда-то в сторону храма.

- Что же до обещаний, - продолжил Лоулен, - ну, тут хрен его знает… Они же выступают в защиту прав принца Лоуренса, а по факту им плевать на мальчишку. Думаю, что сначала Нил Роуз станет регентом, а потом и вовсе королем, - служитель Зулата еще немного подумал, а потом добавил. – Обещать же Нилу Роузу жрецам ничего такого и не надо было: Дарел старый друг Нила Роуза. Там расклады могут быть любыми.

- Ну, да. Как минимум усиление влияния жрецов, независимость их от короны, неподсудность светским властям и прочее, - согласился Винсент. – Может быть,