Плащ душегуба - Крис Эллиот

– Думаю, нам вполне понятно, кого вы имеете в виду, – сказал Калеб, повернулся к Лизе и одними губами просигнализировал: – О ком, черт побери, он толкует?

От долгого сидения на коленях ноги его начали затекать.

– Он хотел от нас отделаться, но нас было слишком много. В те времена маленькие ручки ОВЛ простирались по всему свету; кроме того, нам были известны все секреты Ряженых. Поэтому в обмен на наше молчание они помогли нам построить поселения вроде этого, где мы могли бы спокойно жить в стороне от остального мира, сохраняя наши обычаи с достоинством и самоуважением…

Мэр Лилибурга с воплем пронесся мимо окна, спасаясь от гнавшегося за ним петуха. Следом бежали несколько нормального роста ребятишек, гомоня и швыряясь арахисом. Двое мальчишек остановились и заглянули в окно.

– Эй, глянь, Брэдли, у одного из коротышек чаепитие!

Его приятель постучал в стекло:

– Эй, малявка, скажи что-нибудь смешное!

– Да пошел ты!.. – заорал Чарли, швыряя свой бокал в окно. Бокал ударился о подоконник и разлетелся вдребезги. Мальчишки вскрикнули и убежали.

– Нянюшка, принеси еще один стакан. И зашторь это окно, хорошо? – Страттон вздохнул. – Но постепенно Ряженые перестали нас бояться, и этот денежный ручей иссяк. Нам пришлось работать на публику за деньги. Отсюда и этот цилиндр, и это… – Его голос взлетел на октаву: – «Здравствуйте, мэм! Я Мальчик-С-Пальчик! Я родился, когда солнечный свет пролился в чашечку лютика…»

– Тогда почему вы решили помочь нам сейчас? – спросил Калеб.

– Причина в двух словах: Мелочевка и Щепотка. – Вид у Чарли был измученный. Он промокнул глаза уголком скатерти. – О, это были славные девчата в свое время, но им претило выступать заради ужина, им не нравилось, когда люди глазеют на них, пялятся в их окна, подглядывают за ними. Поэтому они решили свалить отсюда и попытаться, так сказать, устроить собственную жизнь… как-нибудь помаленьку.

Лиза была растрогана. Она протянула Чарли свой носовой платок и сказала:

– И они стали проститутками.

– Как это – «стали»? Они уже ими были. Они просто смотались.

– Вы можете помочь нам поймать человека, который это сделал? – спросил Калеб.

– Не знаю, как много я могу вам рассказать. Для начала – этот маньяк всего лишь пешка. Бедный больной парень, делает за Ряженых их работу. У меня опять пустой стакан. Ради всего святого, Нянюшка, просто принеси мне бутылку. Во-вторых, до церемонии должно произойти только еще одно убийство. Ряженые никакого особого стиля в этих убийствах не предполагают. Им лишь требуется, чтобы они происходили по меньшей мере по одному за ночь. А сам убийца, может, и имеет какой-то собственный почерк, но тут я вам ничем помочь не в силах.

– Мы знаем, когда должна произойти церемония, но не знаем, где, – сказала Лиза.

– Ряженые принесут кого-то в жертву земному воплощению своей богини Ерд. Это вовсе не то, что убийства проституток, и, возможно, совсем не забава. Земную богиню с рождения готовят для этой роли, так что вам еще до церемонии придется выяснить, кто она, и постараться добраться до нее раньше, чем это сделают Ряженые.

– А у вас есть какие-нибудь предположения насчет ее личности? – спросил Калеб.

– Насколько я знаю, чтобы выбрать ее, они пользуются астрологией или еще какой-то ерундой в том же духе. Они начинают искать эту богиню с самого ее рождения, а когда находят – забирают ее. Это все, что я знаю.

– Значит, возможно, они ее пока не нашли, – сказал Калеб.

– Возможно. В мое время этот ритуал стал редкостью. Ряженые в течение многих лет пытались его искоренить. В последний раз он проводился, когда я был еще мальчишкой. И пока я жив, мне не хотелось бы видеть подобное снова.

– Но где? – спросила Лиза. – Вы можете сказать нам, где это произойдет?

– Я вам скажу, но и вы должны кое-что для меня сделать. Когда придет время, – он вытащил из кармана пистолет с раструбом, – я хочу поквитаться с Твидом. За Мелочевку и Щепотку – и во славу непримиримых лилипутов.

– Я начальник полиции, – сказал Калеб. – Я не могу позволить вам этого. Впрочем… если я буду слишком занят… возможно, я не смогу воспрепятствовать вам.

– И на том спасибо. Все, что мне нужно – один меткий выстрел. Церемония состоится…

Внезапно снаружи раздался страшный грохот, а затем – крики сотен голосов.

– Что за черт? – воскликнул Калеб.

Лиза отдернула штору. В одной из внешних стен Лилибурга зияла громадная дыра, вокруг которой кружились и опадали мелкие обломки. Здоровенный кусок штукатурки пробил крышу кухни и рухнул на стол.

Калеб схватил одну из крохотных табуреток и разбил ею окно.

– Выскакиваем наружу, пока крыша не обвалилась!

Облако пыли постепенно рассеивалось, и Калеб увидел взрослого африканского слона, методично вытаптывавшего игрушечный городок и его жителей. Большинство строений уже были разрушены.

– Он здесь все снесет, – объявил Калеб. – Нам лучше убраться отсюда и отвести тебя в безопасное место.

Прежде чем Лиза успела возразить, он вскинул ее себе на плечо.

– Калеб, я могу идти сама.

– Я… – Колени у Спенсера подкосились, и он уронил Лизу на пол. – Не могу… Мои ноги… Они не слушаются!

Страттон был уже во дворе и целился в слона из своего пугача.

– Эй, думаешь, ты такой здоровый, да? А ну давай! Получай свою пулю!

Он выстрелил, и слон, испугавшись безвредного, но звучного хлопка, попятился в облако пыли. А секундой позже его ножища опустилась прямехонько на господина Мальчика-С-Пальчик.

– Лиза, спасайся! – крикнул Калеб, хлопая себя по ногам, чтобы оживить их.

– Вот уж дудки! – фыркнула Лиза.

Она забросила Калеба себе на плечо и, не разбирая дороги, бросилась сквозь град штукатурки. В конце концов она выбралась на дорожку метрах в ста от дома, от которого осталась лишь груда обломков. Маленький народец уже убрался из опасного места. Несколько служителей догнали слона и теперь успокаивали его.

– Ты можешь поставить меня, Лиза? – сказал Калеб.

– Ты уверен, что сможешь стоять? Может, я лучше отнесу тебя домой?

– Нет уж, поставь.

Лиза опустила Калеба на дорожку и стряхнула пыль с его брюк.

– Бедный Чарли, – сказал он. – Ему так и не удастся отомстить.

– А нам – получить информацию.

Калеб ощутил внезапный тычок под ребра. Он обернулся и увидел Нянюшку, крохотную служанку, которая протягивала ему большую старинную книгу. На кожаном переплете были вытиснены символы, равных которым Калебу еще не доводилось видеть.

– Что это? Она имеет отношение к Ряженым?

Нянюшка ничего не ответила, лишь протянула руку.

– Спасибо, Нянюшка, – сказала Лиза, беря ее за руку. – Если мы что-то можем для вас сделать…

Малютка отдернула ручонку и вновь протянула ее.

– Гм, – сказала Элизабет.

– Вы думаете, я кинулась спасать эту штуковину ради собственного удовольствия? Из-за вас двоих я без дома осталась, так что платите!

Лиза ошарашено пробормотала:

– Я не понимаю, в чем наша…

Калеб вытряхнул в маленькую ладошку свой кошелек.

– Я сомневаюсь, Лиза, что этот слон сумел освободиться без посторонней помощи, – сказал он.

Внезапно раздался еще один вопль. Калеб окинул глазами дорожку.

– Похоже, веселье не закончилось. Кто-то где-то кричал:

– Ради всего святого, спасайтесь! Зип на свободе!

– Сначала женщины и дети, – распорядилась вредная мамаша двух белобрысых мальчишек, проносясь мимо Лизы и Калеба к выходу.

Спенсер и Смит обернулись и увидели Зипа, темнокожего микроцефала, который, насвистывая, неторопливо брел по дорожке, заткнув большие пальцы за пояс меховых штанов. Завидев его, люди вопили и разбегались кто куда. Он выглядел смущенным. Какая-то леди, пробегая мимо, стукнула его зонтиком. Зип явно расстроился от такого пренебрежения. Он раскинул руки и предложил:

– Обнимемся?

– Ради бога, бегите! – заголосил кто-то. – Спасайся кто может! Барнумский дикий негрозоид-шизомоид выбрался из кандалов!

Зип казался вполне безобидным, но вот вызванная его появлением паника привела к настоящему хаосу. Люди топтали друг друга, сбивали киоски сувениров и поджигали урны с мусором для создания большей неразберихи.

– Сюда! – крикнул Калеб, схватил Лизину руку и повлек в сторону бегущей толпы.

– Куда ты? – перекрикивая шум, спросила она.

– Попробуем выйти, откуда вошли!

Они бросились назад к маяку, вынужденные продираться сквозь обезумевшую толпу, которая драпала в противоположном направлении. Почти у выхода они наткнулись на шеренгу облаченных в смокинги представителей высшего общества Нью-Йорка – Вандербилтов, Асторов и Карнеги, – которые сочли неподобающим для своих важных персон присоединиться к всеобщей суматохе и продолжали чинно шествовать по променаду.