Страсть без жалости - Элизабет Адлер

– Почему же Лори не носила его, как положено?

– Не хотела, чтобы кто-нибудь еще знал. Пока. Это была их тайна. Просила его удостовериться в том, – что он действительно этого хочет. И кроме того, боялась сплетен. Лори – бедная, непритязательная, одинокая и беззащитная женщина в большом и враждебном мире.

Эл снова присвистнул. Марла просияла.

– Ну как?

– Радость моя, ты просто чудо.

– Это еще не все. По мнению Макивера, Лори Мартин чуть ли не святая. Добродетельная женщина в старомодном смысле этого слова, так он сказал. Напомнила ему покойную жену, Имоджен. Я видела портрет этой Имоджен. Мне она показалась настоящей стервой.

– А он что собой представляет?

– Макивер? – Марла на минуту задумалась. – Не сказала бы что мне он очень понравился. Но он какой-то… беззащитный. Старый, одинокий, немного тронутый. Плохо видит, плохо слышит. Но они оба – и старик, и Гестапо – любили ее.

– Гестапо?

– Немецкая овчарка. Чуть не разорвала меня на куски. И разорвала бы, если бы я сделала одно неверное движение. Но Лори она, по-видимому, обожала. Ну конечно, она всегда приносила для нее что-нибудь вкусненькое, например косточку. Выставила Макивера, я думаю, на несколько тысяч долларов, якобы для ребенка так называемой сестры, которому срочно понадобилась операция. И еще на благотворительность для детей, которой она якобы активно занималась.

– Чудеса, да и только…

Глядя ему прямо в глаза, Марла выдала последнее:

– Еще она сказала Макиверу, что он первый, кого она полюбила после смерти мужа, который якобы умер десять лет назад.

У Эла буквально глаза на лоб полезли. Марла удовлетворенно усмехнулась:

– Ну наконец-то я тебя проняла, Жиро.

– Вот, значит, как… Муж и сестра с ребенком? Да, жить становится все интереснее.

– А вот это сама Лори Мартин.

Она торжествующе взмахнула фотографией. Эл с интересом всматривался в нее.

– Жизнь Лори номер два. А мне, кажется, удалось краем глаза взглянуть на ее жизнь номер три.

Эл протянул ей большой коричневый конверт, в котором оказался увеличенный снимок маленькой черной собачки, сидящей на капоте машины.

– Я его увеличил. Замечаешь что-нибудь интересное? Марла покачала головой.

– Симпатичная собачка.

– Так вот, эта симпатичная собачка сидит на капоте машины «ройял-бьюик» выпуска тысяча девятьсот восьмидесятого года. Если бы ты была более наблюдательным частным детективом, то заметила бы на ней номерной знак Флориды. Номер отчетливо виден.

– Флорида?

Марла тут же вспомнила квартиру Лори с ее пастельным убранством, типичным для Флориды.

– Теперь ты догадалась, откуда нам надо начинать расследование, радость моя?

– Всегда мечтала увидеть Южный берег.

Глава 20

Эл смотрел на беспрерывно меняющуюся панораму за окном своего офиса. Изящные калифорнийские девушки на роликовых коньках – длинные светлые волосы развеваются на ветру, стройные загорелые ноги ритмично движутся, на головах наушники. Безжалостно разрушают свои барабанные перепонки. Бородатый парень на красном «Дукатти-916» – самом быстроходном мотоцикле на всей планете – остановился у светофора, ожидая, пока пожилая женщина в развевающемся белом платье с розовыми лентами и огромной шляпе с розами под цвет, на высоких каблуках-шпильках перейдет дорогу. Две дорого одетые блондинки – похоже, что в Беверли-Хиллз все без исключения женщины – блондинки, – в изящных костюмах, сшитых на заказ, с пакетами, на которых красовались ярлыки знаменитых модельеров, подошли к ожидавшему их черному лимузину с шофером. В кафе напротив группа пестро одетых молодых людей, потягивая ледяные напитки, раскладывали окружающий их мир на части и снова собирали – так, как им больше нравилось, А может, просто сплетничали про отсутствующих «друзей». Сплетни и пересуды движут миром, особенно здесь, в Голливуде. Если бы не сплетни, сколько людей остались бы без работы.

По Сансет безостановочно двигались машины. Прохаживалась проститутка в красных высоких, до бедер, сапогах. Прыгали детишки с бритыми головами, в мешковатых штанах, таких длинных, что они пузырями спускались на кроссовки, как у Чарли Чаплина. Трудящиеся несли к себе в офисы пакеты с ленчем. Тинэйджеры в вечном поиске «настоящей жизни», и нескончаемая демонстрация прохожих, стремящихся… бог знает куда.

Эл отвернулся от окна. Снова взглянул на только что полученную информацию по поводу машины с номерным знаком Флориды. Во Флориде машина поменяла нескольких владельцев, имена которых ни о чем ему не говорили. Был и еще один владелец, из Техаса, тоже незнакомый. Его, по-видимому, следует сразу же исключить из поисков. Интересующий нас автомобиль носит номерной знак Флориды. Эл усмехнулся, представив себе лицо Марлы. Панама-Сити – это вам не Майами-Бич и не Южный берег.

Зазвонил телефон. Он схватил трубку.

– Это Бен Листер. Я только что разговаривал с вашим другом детективом Булвортом.

– Мы с ним друзья, только когда не работаем над одним и тем же делом. В данном случае он не делится со мной никакой информацией.

– А вот со мной поделился. Кровь, найденная на сиденье машины, принадлежит не Стиву Малларду.

Эл присвистнул. Все его небритое лицо расплылось в довольной улыбке. Марла не держит в своей квартире бритвенные принадлежности, а именно там он сегодня провел ночь, после великолепного и невероятно дорогого обеда в отеле «Бель-Эйр», где они наблюдали за плавающими лебедями и поглощали деликатесы по цене не меньше десяти баксов за каждый проглоченный кусочек. Марла заявила, что он у нее в долгу за хорошую работу по Джону Макиверу. Эл согласился довольно легко. Время от времени женщину надо ублажать, дать насладиться тем, чем ей хочется. Господи, и как же она наслаждалась! От всей души! И до чего хорошо выглядела… А потом они наслаждались друг другом.

Однако он отвлекся.

– Есть какие-нибудь соображения по поводу того, чья это кровь?

– Никаких. И нельзя выяснить, принадлежит ли она самой Лори, потому что тела нет. Пока. – Листер всегда добавлял это «пока», так как не сомневался, что тело вот-вот найдут. – Они все еще продолжают поиски. В эту самую минуту.

Эл рассмеялся.

– И все же против нашего клиента нет никаких конкретных улик, только косвенные доказательства виновности.

– Но ведь других подозреваемых нет.

– Верно. Придется мне поискать их.

– Дерзайте, приятель. Только обязательно дайте мне знать, как пойдут дела.

– Конечно. И спасибо за хорошую новость, Листер. Я это очень ценю.

Жиро взглянул на часы – Марла их презирала не меньше, чем его «корвет», – и набрал номер ее радиотелефона в машине. Она ответила сразу же. Голос ее доносился сквозь шум транспорта.