Я – Миа Кроссман - Тиана Висмут

поцелуй стал более страстным, мы часто стали менять позиции наших губ, и я ощущала что в нём закипает страсть, он стал очень громко, резко и жадно вдыхать воздух. Его вторая рука, обхватила моё тело, и прижимала к его ближе с себе. Он мягко и резко, пустил руку под мою футболку и мой низ живота приятно «заныл». Он водил рукой по спине, не переставая меня целовать, затем, толчком, дал мне понять что он хочет чтоб я легла, я не ослушалась, и опустилась на кровать спиной. Он наклонился вновь к моим губам, затем стал целовать мою шею. Мне показалось что всё стало невесомым, я не чувствовала тяжесть своего тела, и с каждым протяжным выдохом, я будто становилась легче, и улетала. Аарон спускался ниже по шее, затем остановился, поднял корпус, и снял мою кофту, под которой оставался только лифчик и корсет для осанки.

— Что это? — его голос пробудил меня из сладостного плена.

— Это корсет, — ответила я, открыв глаза и приподняв голову. Это для ровной осанки- пояснила я.

— Осанки? И тебе не больно? — удивленно спросил он. На его лице выступила улыбка которая показывала его восторг и удивление.

— Ну иногда бывает больно, — созналась я.

Во время разговора наша буря поутихла, желание отступило, и снова пришла ясность в мою голову.

Я услышала шаги за дверью и громкий смех Крис, быстро нащупала кофту, которая лежала на кровати, накинула её, Аарон привстал и оттянул штаны.

— Пережало- пояснил он улыбаясь. После этих слов я засмущалась.

— И чего вы тут делаете? — приезрительно спросила Крис.

— Ничего, просто болтаем, — ответил Аарон.

— А чего с нами посидеть поболтать нельзя что-ли? — недовольно сказала Крис.

— Не лезь пожалуйста не в своё дело- ответила немного гробоватым тоном я.

— А ты Брайану сказала где ты? — спросила она, скрестив руки на груди, выставила одну ногу вперед, давая мне понять, что она настроена решительно чтоб всё испортить.

— Да, — соврала я. Хотя какая ему разница-то. — недовольно буркнула я.

— Ты же знаешь, что поступаешь не правильно. Расстанься сначала с одним, а потом уже закрывайся в комнате с другим, ясно?! — выплеснула она и вышла прочь.

В комнате стало так страшно, тихо и одиноко. Неловкий момент, который создала моя сестра был до того жгучий, что пробудил в моей душе снова отвращение к себе и ко всему что со мной происходит. Было так больно и от того, что она была права. И больше того, что каждый из нас это знал. Аарон немного затих, и его лицо показалось мне вдумчивым, но не расстроенным, в отличии от меня.

— Оставь меня пожалуйста одну. — сказала я тихим голосом Аарону.

— Но… хотел было он сказать мне что-то

— Пожалуйста! — ком в моей душе превращался в слёзы, и я почти плача попросила его ещё раз.

Он встал с кровати, и направился к двери. Оглянувшись, он сказал мне:

— Через пятнадцать минут вернусь.

Меня окутал омут моих собственных мыслей, в котором не было ничего позитивного. Я чувствовала себя разбитой, использованной, ненужной. Я чувствовала, как будто я уже пожилая дама, которая подрабатывает проституткой. Мне стыдно за себя! Мне стыдно за мои желания и за мою физиологию! Мне стыдно быть собой.

Я помню себя, когда до меня не дотрагивался ещё ни один мальчик, я помню как мне было страшно отдавать свой первый поцелуй Стефану. Он даже не подозревал что это для меня значило тогда. Ведь я, никогда не целовалась ни с кем, и это было для меня чем-то священным. Он же был первым с кем я первый раз обнялась, держалась за руку. Я чувствовала своё успокоение в нём. Его объятия заменяли мне весь мир, с ним я чувствовала себя в безопасности, чувствовала себя любимой, желанной, счастливой. Тогда я не знала что люди расстаются, тогда я не знала что я встречу Кристиана, а потом буду с Брайаном, и сейчас с Аароном целоваться в съёмной квартире. И самое ужасное, что как я целовала его тогда, это было так священно для меня тогда, но после так же я целовала Кристианна, Аарона. Всё это ложь? Почему же я не смогла умереть от любви к Стефану, когда мы клялись быть вместе навсегда. Клялись помнить друг друга. Но он и знать меня не хочет теперь. А ведь обещали друг другу, что даже в тот момент, если что-то случится и мы расстанемся, всё равно общаться, всё равно быть хоть иногда рядом. И ничего. Я одна. И всё что было, никогда не вернётся и не повторится, и никто не подтвердит что это было, никто не узнает как мы любили друг друга! Всё это- словно и не было вовсе правдой. Настоящая правда теперь та- что я жива. Жива без него, и могу дышать, улыбаться, радоваться и даже влюбляться. Такая правда, которую я ненавижу, и которую я променяла бы лижбы всё это был сон, и я не чувствовала бы тогда себя «грязной».

Я расплакалась, но понимала, что мои слёзы всего лишь вода. Они ничего не вернут, не изменят, не исправят. Всё зря. Все слова- ерунда. Все мои мечты об отце- оказались просто сказкой, глупой иллюзией, так же как и мечты о том, чтоб один и навсегда. Какая-то темная сторона в моей душе с каждым днём забирала всё больше места в становении новой меня. Я ненавидела всё и всех. И когда в душе моей восстановилась сила, которой я набралась от ненависти, я перестала плакать и заснула.

— Вставай, быстро! — разбудил меня Аарон. Вокруг была какая-то суета, все нервно ходили по комнатам, и шептались.

— Что происходит? — спросила я.

— К нам приела полиция! — шепотом ответил он.

— Что?! — ошарашенно ответила я. Что случилось то? — давила я.

— Да я не знаю. Позвонили в дверь, мы открываем- а там полиция.

— И где они? — спросила я, уже более свободным тоном.

— В прихожей. Попросили выйти самого старшего, с ним и ведут беседу.

— Ясно. — ответила я, и направилась в корридор.

— Ты куда?! — остановил меня Аарон.

— Сейчас приду. Узнаю в чем дело. Они такие люди как и мы, чего бояться? — сказала я и улыбнулась.

Когда я вышла в корридор, я увидила двух здоровых мужиков в полицейской форме и рядом стоял Фрэд, он был старше всех нас на два года.

— Простите, в чём дело? — вмешалась я.

— Здравствуйте девушка, предьявите ваши документы пожалуйста. — призрительно ответили они мне.

— Секундочку. — отвечаю я и достаю из кармана куртки документы, протягиваю их