Два императора - Дмитрий Дмитриев

Сергей и несколько молодых людей — соседей, гостивших в усадьбе князя, принимали участие в играх с Софьей, Ириной и другими барышнями. Они рядились в различные святочные костюмы и на лихих тройках с бубенцами, с разудалою песнею ездили по соседям, где и веселились до упаду.

А то молодёжь устраивала катанье наперегонки по большой, широкой улице княжеского села. Красавица Ирина сидела в маленьких саночках, бойкою лошадью правил Сергей; рядом с их лошадью ехало несколько других.

— Ирина Дмитриевна, вы любите катанья? — поворачивая голову к молодой девушке, спросил князь.

— О да, князь, быстрая езда — моя страсть! Я люблю так кататься, чтобы дух захватывало.

— И не боитесь?

— Нет, я не робкая.

— Хотите, Ирина Дмитриевна, мы перегоним всех.

— Пожалуйста, это так приятно.

— Только крепче сидите. Не выскочите из саней! — предостерёг молодой князь молодую девушку и пустил лошадь, тряхнув вожжами. Сильный конь взвился, понёсся вихрем; лошадь Сергея перегнала других и далеко оставила их за собою.

— Хорошо ли? — спросил Сергей молодую девушку.

— Чудно хорошо! — задыхающимся от удовольствия голосом ответила Ирина. От быстрой езды и мороза лицо у неё разгорелось, красивые глаза сверкали. Она была обворожительно хороша. Сергей пустил лошадь шагом, повернулся к молодой девушке и стал любоваться её красотою; Ирина это заметила и опустила глаза.

— Что вы так на меня смотрите? — тихо спросила она.

— Восхищаюсь вашей красотой!

— Будто я так хороша? — лукаво посматривая своими чудными глазами на князя, спросила Ирина.

— Обворожительны! — страстно ответил князь.

Уже признание готово было сорваться с его языка. Да и кто бы мог устоять против такой красавицы?! Сергей увлёкся ею, но только увлёкся, а не полюбил. В нём заговорила совесть, он вспомнил Анну.

— Ну, пора домой.

Он направил лошадь к дому.

— Так рано? Давайте ещё кататься.

— Извините, Ирина Дмитриевна, я устал, у меня болит голова.

Ирина с удивлением посмотрела на князя: она удивлялась перемене, происшедшей с ним.

— Куда же вы, неужели домой? — крикнула брату Софья. Она каталась с подругами на лихой тройке; лошадьми правил один из гостей, красивый молодой человек.

— Домой, — ответил ей Сергей.

— Ирина, идите к нам, мы ещё покатаемся, — позвала Софья молодую девушку.

— Нет, я довольно каталась, — ответила Ирина и поехала с молодым князем к дому.

Чуть не до ночи каталась молодёжь, со смехом и визгом обгоняя друг друга.

— Ну, что, моя резвушка, весело ли каталась? — ласково спросила княгиня красавицу Ирину, когда она вошла в кабинет Лидии Михайловны.

— Ах, княгиня, так весело, так весело! — ответила молодая девушка, целуя княгиню.

— Что рано вернулись?

— У князя разболелась голова — он и вернулся.

— Ты не сердись на него, Ирен. Сергей ещё не совсем оправился от болезни.

— Что вы, княгиня, разве я сержусь на князя?

— Ты, кажется, моя прелесть, и сердиться-то не умеешь?

— Вы правы, княгиня, — не умею. Когда хочется посердиться, не умею.

— Счастливый у тебя характер.

— Говорят, я в маму — сама я на неё похожа, и характером.

— Я не знала твою покойную матушку: ведь она так давно умерла.

— Давно, пятнадцать лет. Мне тогда было всего два года, — печально проговорила молодая девушка, наклонив свою головку. — Сиротой я росла… — со слезами добавила она.

— Даст Бог, и сиротой не будешь — замуж выйдешь.

— Я не скоро выйду.

— Скажи, Ирен, откровенно — желаешь, чтобы я была твоею мамою? — спросила у красавицы княгиня, зорко на неё посматривая.

— Как мне это понять, княгиня?

— Очень просто, моя прелесть: хочешь быть женою князя Сергея? — Княгиня хотела узнать, любит ли она молодого князя.

— Княгиня, что вы говорите? — Молодая девушка вся вспыхнула.

— Скажи откровенно — Сергей произвёл на тебя впечатление?

— Знаете, княгиня, я не умею хитрить и скажу вам правду: мне очень нравится князь Сергей. Я… я рада быть его женою — но князь меня нисколько не любит.

— Что ты говоришь, Ирен!

— Да, да, княгиня, — со вздохом проговорила молодая девушка.

— Это я узнаю — мне нужно было узнать, любишь ли ты сына. Теперь узнаю, любит ли он тебя.

— Узнайте, княгиня, — мне папа говорил, вы желаете назвать меня дочерью?

— О, да, Ирен, это сердечное наше желание — за откровенность я плачу тебе тем же. Сегодня же буду говорить с Сергеем, и, думаю, он не откажется обладать таким сокровищем.

— Княгиня, мама моя, дорогая мама! — Молодая девушка стала обнимать и целовать княгиню.

Спустя немного после описанного старый князь позвал к себе в кабинет сына. Когда Сергей вошёл к отцу, он застал там и княгиню… С первого на них взгляда Сергей догадался, о чём будут с ним говорить.

— Садись, Сергей, мне и матери нужно с тобою поговорить.

— Я рад вас слушать.

— Ты видишь, что мы становимся всё старее и старее, жить нам осталось недолго.

— Зачем ты это говоришь?

— Слушай и не перебивай меня. При жизни нам хочется порадоваться на твоё счастье. Ну, одним словом, мы нашли тебе невесту — красавицу и богатую.

— Благодарю вас обоих. Позвольте же и мне сказать.

— Говори, говори!

— У меня есть невеста, — твёрдым голосом проговорил князь Сергей.

Князь и княгиня никак не ожидали такого решительного ответа; они растерялись.

— Вот как! А дозволь узнать, кто она? — сердито спросил у сына Владимир Иванович.

— Вероятно, та немочка, которая так усердно за ним ходила во время болезни… — с иронией заметила княгиня.

— Вы не ошиблись, мама: моя невеста — Анна.

— Ну, так знай, я и твоя мать никогда не назовём немку своей дочерью. Ты на ней не женишься.

— Отец!

— Да, да. Так знай. Пока я жив — я не допущу тебя до этого безумства! — горячился старый князь.

— Но я люблю Анну. Я дал ей слово. Я должен жениться!

— Только не на немочке. Мы нашли тебе подходящую партию: Ирен прекрасная девушка.

— Я с этим согласен… но моею женою она не будет.

— Вот как ты поговариваешь!

— Разве Ирен тебе не нравится? — спросила княгиня плаксивым голосом.

— Напротив, такая красавица понравится всякому.

— Почему же ты не женишься за ней?

— Мама, я уже говорил вам, что я дал слово Анне — она ждёт меня, я приехал за вашим согласием!

— И никогда его не получишь! — крикнул князь.

— Я настаивать не буду — подожду.

— Моей смерти подождёшь?

— Я не то хотел сказать!

— Своенравный, непокорный, — сердился князь.

— Оставь, князь, упрёки и брань! Это ни к чему не поведёт, — вставая, сказала княгиня. — Ты знаешь, Сергей, как я люблю тебя и забочусь о твоём счастии, — но знай, что я сумею также вырвать эту любовь из своего сердца! И если ты женишься на немке против нашего желания, я… не буду признавать тебя своим сыном, хоть и нелегко это мне сделать. Помни! Я всё сказала! — Лидия Михайловна величавой походкой вышла из кабинета мужа.

— Отрасль славного рода Гариных — и жениться на простой немке! Никогда не бывать этому! — крикнул князь.

— Прости, отец, ты в возбуждённом состоянии, с тобою нельзя говорить. Я лучше уйду.

Сергей вышел. На другой же день он велел Михееву укладывать свои вещи и стал собираться обратно в Петербург. В продолжение всего дня он не выходил из своей комнаты; однако к вечернему чаю вышел в столовую и между прочим сказал, что завтра утром уезжает.

Ни отец, ни мать ни слова на это ему не сказали, а находившаяся в столовой Ирина побледнела.

— Разве твой отпуск окончился? — спросила Софья. Ей жаль было расставаться с братом.

— Да, мне надо быть. Держится упорный слух, что война скоро опять возобновится, — отвечал Сергей.

— Опять с Наполеоном?

— Да, с ним. После Аустерлицкого сражения он ещё более возгордился и опять покушался своим хищничеством нарушить строй европейских государств.

После чая старый князь и княгиня, а также и Софья умышленно поспешили уйти из столовой и оставили Сергея наедине с Ириною.

— Вы уезжаете, князь? — печально спросила молодая девушка.

— Да, Ирина Дмитриевна, еду завтра утром. Прощайте! Будьте веселы и счастливы, — крепко пожимая руки красавице, сказал князь Сергей.

— Моё веселье и счастье для меня потеряны, — с глазами, полными слёз, ответила Ирина.

— Да что с вами? Вы встревожены?

— А вы как будто не знаете причины моих слёз?

— Ирина Дмитриевна! — заговорил было Сергей.

— Довольно, князь! К чему объяснения? Прощайте, будьте счастливы!

В голосе молодой девушки слышно было рыдание; она, чтобы не расплакаться, поспешила оставить столовую. Сергею было жаль её. Но что он мог сказать ей в утешение?