Двойник Короля 7 (СИ) - Артемий Скабер

чтобы поспать. Я закрыл глаза, ощущая, как состав снова тронулся. Посмотрел в окно. Каким-то образом отцепили разорванный вагон и оставили его рядом с рельсами.

Тем временем уже наступило утро. В голове роились мысли: «Кто? Зачем? И кого? Интересно другое: как орден Амбиверы узнал про всё, кто бы за этим ни стоял?»

Не заметил, как задремал, когда мы остановились.

Спустя время в динамиках прозвучало: «На выход!» Я выполз из купе с Лахтиной и своей сумкой. Остальные земельные тоже повыбирались. Дверь вагона… Мы вышли в наспех заделанную дыру, оставленную Крумаром. Мой лёд ещё как-то держался там, где я его оставил.

Яркий свет заставил прищуриться. Лахтина вцепилась в мою руку, нервно озираясь по сторонам.

Вокзал Николаева оказался совсем не таким, каким я ожидал его увидеть. Ничего роскошного или величественного. Простое двухэтажное здание из серого камня с высоким флагштоком, на котором развевался имперский стяг. Длинные пустые платформы, несколько товарных вагонов на запасных путях и повсюду солдаты. Вокзал казался скорее военной базой, чем гражданским объектом.

К нам начали подходить военные и спрашивать фамилии. А потом, словно девок в публичном доме, разбирали. Имперских аристократов дружным строем увели к рядом стоящим грузовикам.

Прошёл час, а я с Лахтиной так и стоял на платформе. Если бы не окружение солдат, то подумал бы, что про меня забыли.

«Ненавижу тебя, — мысленно заявила Лахтина. — Ты злой!»

«И это мне говорит монстр-убийца… Да, у мира точно есть чувство юмора», — подумал я, сдерживая усмешку.

Меня толкнули в плечо. Я развернулся и увидел краснолицего мужика с такими опухшими веками, будто он не спал неделю. От него разило перегаром. Форма сидела мешком, словно с чужого плеча, а одна из нашивок на погоне чуть оторвана.

— Пора бросать! — пыхтел он, пытаясь отдышаться. — Ты Могильный?

— Магинский, — поправил я.

— Пойдёт! — кивнул он, выхватив мои документы у солдата. — Пойдём, и девку свою бери, а то вон уже парни слюнями захлёбываются.

— Мы в офицерскую школу? — я остался стоять на месте.

— А? — мужик удивлённо уставился на меня мутными глазами. — Ты дурак? Нет, конечно!

Глава 8

* * *

Где-то в южных землях, территория Российской империи

Домик в степи казался миражом. Маленькая глиняная постройка, побеленная известью, с пологой крышей, прикрытой тростником. Вокруг, куда ни глянь, только выжженная солнцем трава — колючая, жёсткая, как щетина. Воздух дрожал от жары, создавая причудливые волны над землёй.

Внутри было прохладно и сумрачно. Окна закрывали плотные шторы из грубой ткани, пропускающие скудный свет. Этого было достаточно, чтобы различать лица и предметы, но не более того. Воздух пропитался запахом крепкого табака и каких-то трав.

Два человека сидели за низким деревянным столом. Один — смуглый, с тяжёлыми веками и густыми бровями, сросшимися на переносице. Его длинные пальцы перебирали чётки из янтарных бусин. Другой — молодой, лет тридцати, с острыми скулами и раскосыми глазами, одетый в простую рубаху и штаны, но с дорогим кинжалом за поясом.

— Как всё прошло? — спросил мужчина с чётками. Его голос звучал мягко, но каждое слово будто наливалось свинцом по мере произнесения.

Второй сжал губы в тонкую линию:

— Не так, как планировали. Наши люди были готовы, но волну тварей быстро остановили, и они не успели порезвиться.

— Плохо… — покачал головой первый. — Плохо…

Он встал. Прошёлся вдоль стены, по которой плясали красноватые отблески от масляной лампы. Потом повернулся к собеседнику. Его тень, искажённая и длинная, упала на противоположную стену, напоминая чудовище.

— Придётся организовывать диверсию в школе офицеров и в части имперских, — произнёс он.

— Вы уверены, что вас не раскроют? — спросил молодой, слегка наклонив голову.

Мужчина с чётками остановился. В темноте блеснули его зубы.

— Конечно! Уже двадцать лет не могут. Готовьте пока плацдарм для обычной школы.

— Будет исполнено, — кивнул второй и встал.

Его собеседник поднял руку, останавливая:

— И… без сбоев на этот раз. Нам нужно ослабить их, пока они не поняли, что мы просачиваемся через все щели. Ещё пара месяцев, и будем готовы к большому удару.

Молодой склонил голову:

— Я лично прослежу за подготовкой.

— Хорошо. Передай Кериму, что его отряд должен быть готов через неделю.

Мужчина кивнул и вышел, оставив старшего в полумраке комнаты, где тот вернулся к перебиранию чёток. Он будто отсчитывал время до какого-то известного только ему события.

* * *

В штабе войск Русской империи пахло сапожной ваксой, порохом и бумагой. Большие деревянные столы, заваленные картами и донесениями, занимали почти всю комнату.

На стенах висели пожелтевшие карты с разноцветными флажками, обозначавшими позиции войск. Напротив входа и над камином с золочёных рам смотрели портреты императора.

Из окна доносились звуки строевой подготовки — команды офицеров, топот сапог. В комнате было прохладно, несмотря на южную жару. Толстые каменные стены держали холод, а солнце сюда заглядывало только по утрам.

Майор Свиридов Аркадий Петрович — крепкий мужчина за сорок — сидел за столом и негромко постукивал пальцами по лакированной поверхности. Коротко стриженные волосы блестели ранней сединой. Морщины на лице казались глубже из-за теней, а в глазах мелькало вечное недовольство.

В помещении прозвучал стук в дверь.

— Войдите, — бросил майор, выпрямляясь в кресле.

В комнате появился молодой офицер — лейтенант с тонкими усиками и нервно бегающими глазами.

— Майор, — кивнул он, — вот документы, которые вы просили.

Свиридов взял папку и военный билет, бегло пролистал удостоверение, и на его лице появилась усмешка.

— Отлично… — оскалился он. — Вот, Василий, используй новые.

Лейтенант взял в руки протянутые документы, но не сразу убрал их.

— Вы уверены? — он поморщился. — Если вскроется, сначала погоны полетят, а потом и головы.

— Хватит! — оборвал его майор, и кулак с грохотом опустился на стол. — Перемелим в жерновах войны, и всё будет в порядке.

Лейтенант вздрогнул и поспешно спрятал документы.

Когда за офицером закрылась дверь, Свиридов откинулся на спинку кресла и выдвинул потайной ящик стола. Достал оттуда бутылку коньяка и тяжёлый хрустальный стакан. Налил на два пальца и выпил одним глотком, не поморщившись.

«Приказ есть приказ, — подумал он, разглядывая янтарные капли на дне стакана. — Пусть и пришёл не по официальным каналам».

Майор усмехнулся, вспоминая текст сообщения, переданного с курьером от «доброжелателей». Слишком много развелось этих аристократишек, считающих, что им всё по праву рождения причитается.

Офицерские звания, почёт, уважение… Нет, пусть хлебнут настоящей военной службы, а лучше сдохнут где-нибудь под турецкими пулями. Будет меньше этой гнили в стране.

Он знал, что многие не разделяют его взгляды. Даже в штабе находились те,