Больше чем жизнь - Ванесса Уимбек

— Он был заперт, но…

— Тсс! — оборвал бандита Фрэнк. — Что это за треск в гостиной?

Сюзан, вполуха слушавшая этот разговор, поняла, что случилось что-то ужасное.

— Стив! — позвала она.

— Тихо. Слушай.

Мимо двери кладовой забегали бандиты.

— Бросайте все к черту! Огонь нам уже не потушить! — в сильном раздражении гаркнул Ньюман. Слышно было, как он крепко выругался.

— А как же наши голубки? Нельзя же их отпустить за здорово живешь.

Сюзан содрогнулась.

— Они и в самом деле представляют небольшую проблему, — ответил Фрэнк. — Но огонь о них позаботится. Отравляйтесь в сарай и ищите бумаги. Что стоите? Огонь скоро будет здесь, пора смываться.

— Стив, — взмолилась Сюзан, — пожалуйста, поторопись! О Господи, дом горит!

— Я слышал. Держись, прошу тебя.

Он сосредоточился на самом слабом узле. Что бы ни случилось, Сюзан должна жить. Он распутает эти веревки.

Превозмогая боль, Стивен извернулся так, чтобы было хоть немного удобней. Время бежало со страшной быстротой, приближая смертельную опасность. Когда Сюзан освободится, до развязки останется совсем недолго. Даже если они оба останутся живы, его самого все равно не ждет ничего хорошего.

Роджерсу должны были уже передать его сообщение, с минуты на минуту он будет здесь, и все, что Стивен так долго скрывал, откроется. Сюзан, несомненно, с гневом отвергнет его притязания, как только узнает о его лжи. Вот почему собственная смерть не пугала его.

— Сюзан, обещай, что ты выйдешь из этой двери… со мной или без меня.

— Стив, я ни за что тебя здесь не оставлю. Мы оба выберемся отсюда. — Тихий голос ее дрогнул. — На левом запястье веревка уже настолько ослабла, что я попытаюсь вытащить руку. Я люблю тебя больше жизни и скорее умру, чем оставлю тебя.

От страшной боли у Стивена зашлось сердце — от боли обретенной и тут же утерянной любви. Никакие слова, никакие чувства не смогут вернуть ему любовь Сюзан, он бессилен предотвратить то, что должно случиться.

— Сюзан, я люблю тебя. Я очень сильно люблю тебя, моя девочка!

Она повернула голову, и он прижался к ее щеке. Кожа Сюзан была нежной, теплой и влажной. Ее слезы пролились на его щеку.

— Я должна тебе кое в чем признаться, Стив. — Сюзан запнулась и перевела дыхание. — Я знала, что Генри украл эти бумаги. Я видела их. Я даже взяла расписку в их получении и спрятала у себя в комнате.

— Ты видела облигации? Когда? — сдавленным шепотом спросил Стивен.

— Я обнаружила их случайно. Генри дал мне кейс, чтобы я отвезла его домой. Мне понадобилась ручка, я открыла его, а там были эти бумаги.

Стивен облегченно выдохнул. Черт бы подрал Генри! Если бы ее поймали с этим кейсом, Сюзан сидела бы сейчас за решеткой.

— Мне кажется, облигации в подвале, под домом. Я совсем забыла о нем. А сегодня меня вдруг осенило, я решила забрать расписку, облигации и все тебе рассказать.

— Генри признался, что украл бумаги?

— Мы тогда сильно повздорили. Он начал бахвалиться, что это была чертовски ловкая комбинация. — Сюзан прижалась к Стивену. — Прости меня.

— Это Генри ударил тебя, не так ли? Ты повредила свое колено в тот день, когда спросила у него про облигации? Он столкнул тебя с лестницы, да, Сюзан?

Стивен слышал, как она часто-часто задышала. Повисла гнетущая тишина. Меньше всего на свете он хотел вновь причинить ей боль.

— Ничего, ничего, любимая. Только, пожалуйста, посиди прямо, чтобы я смог развязать веревку.

Из щели под дверью показалась тонкая струйка дыма.

— Ну, давай же, еще немного, — встрепенулась Сюзан, — и я смогу вытащить руку.

Он из последних сил старался расслабить петлю на ее левом запястье. Голову окончательно заволокло туманом, в ушах стоял зловещий шум, лишь слабые проблески сознания заставляли его шевелиться. Язык едва слушался, тем не менее он должен был ей сказать…

— Держись, Сюзан. Даже если будет совсем худо, продержись еще немного. Роджерс уже в пути.

— Тот парень, которому ты отдавал папки на экспертизу?

— Он мой друг. И обязательно нам поможет. — Одна мысль не давала окончательно угаснуть его рассудку. Он должен был успеть сказать ей это сейчас. Тогда у него, возможно, еще останется шанс все объяснить. — Роджерс из ФБР.

Спина Сюзан напряглась.

— У тебя есть друзья в ФБР?

— Мы работали вместе несколько лет.

— А сейчас?

Ничего в жизни Стивену Торну еще не давалось так тяжело, как это признание. Тишина была оглушающей.

— Да, Сюзан, я тоже федеральный агент.

Кашляя и задыхаясь от дыма, Стивен отчаянно дергал за веревку. Он должен ей все объяснить! Еще один рывок — и веревка упала на пол.

Сюзан была свободна!

18

— Ты федеральный агент? — Жестокая дрожь пробрала Сюзан. Она отшатнулась от него. — И я — просто твое задание, которое ты должен завершить, прежде чем окончательно заняться «Адамс и К°»! О Боже, Стив, сколько лжи!

— Это не ложь, Сюзан. Я люблю тебя, черт возьми! Я не собирался влюбляться, мне нужно было лишь выяснить все про Генри, а потом… — он не договорил, поперхнувшись дымом.

— Ложь! — Она отползла в конец кладовой. — Знаешь что, Стивен Торн, ты и в самом деле похож на своего брата!

Забившись в угол, Сюзан слышала, как судорожно он дышит.

— Выбирайся, Сюзан. — Голос его был чуть слышен.

Ей щипало глаза. С каждым вдохом все больше и больше дыма попадало в легкие. Она уставилась на тусклую полоску света, едва различимую в густом дыму, валившем из-под двери.

Нельзя было терять ни секунды. Торопливо освободив свои затекшие ноги от пут, она принялась их растирать.

— Стив! — Молчание. — Ответь мне, Стив!

Держась за стены, Сюзан на ватных ногах побрела к двери…

Не желая рисковать, она стянула с себя футболку и обернула ею руку, прежде чем прикоснуться к дверной ручке. Ручка повернулась, но дверь не поддалась. Стул! Она забыла про этот чертов стул!

До слуха ее доносился треск пламени, бушующего за дверью. От едкого дыма першило в горле. Похолодев от ужаса, она попыталась припомнить, не хранилось ли в кладовой какого-нибудь предмета, с помощью которого ей удалось бы поддеть дверь. Она пошарила рукой на полках. Банки, коробки, сковородка…

В дальнем углу рука наткнулась на старый портняжный метр. Сюзан схватила его и пробралась обратно к двери. За все это время Стивен ни разу не шевельнулся, не проронил ни единого звука.

Закрывая нос футболкой, она слепо тыкала палкой под дверью, пока наконец не уперлась в какое-то препятствие. После резкого толчка ей удалось сбить стул на пол.

Открыв дверь, Сюзан отшатнулась: плотная стена дыма обрушилась на нее. Она наклонилась, надеясь, что внизу дым не такой густой. Ей нужно было немедленно вытащить Стива через заднюю дверь. Развязывать его времени не было. Сюзан обкрутила футболкой свою голову, закрыв от дыма рот и нос, присела, ухватила Стивена за связывавшие его веревки и попробовала сдвинуть его с места. Сделать это оказалось куда труднее, чем она могла предположить.

Запястья ее горели, мускулы ныли, глаза слезились в этом жутком дыму. С силой упираясь ногами, она рывками передвигала Стивена по полу. Дюйм за дюймом Сюзан тянула его к выходу, то и дело повторяя «лжец, лжец». Ярость увеличивала ее силы.

— Я смогу это сделать, — бормотала Сюзан сквозь сжатые зубы.

Она была уже совсем близко к двери, ведущей во двор. Только еще несколько усилий, ну, давай же, Сюзан, всего несколько! Лишь одна дверь отделяла их от спасительного воздуха. И всего-то нужно было повернуть ручку…

Наконец влажный ветер ударил ей в лицо. Корчась на полу, кляня свое колено, она ползком вытащила Стивена через дверь на крыльцо, затем по ступенькам на сырую землю.

Он кашлял и задыхался. Сюзан тянула его все дальше, во двор, по мокрой траве, скользя по грязи, пока не добралась наконец до деревьев. Убедившись, что дым не достает до них, она упала навзничь на землю. Теперь, когда самое страшное было позади, Сюзан дала волю слезам. Она без памяти любила этого человека, но никогда уже не сможет верить ему. От сознания, что она безвозвратно теряет самое дорогое, что у нее есть, Сюзан хотелось кричать.

Кто-то набросил ей на плечи плед. Она резко обернулась. Перед ней стоял незнакомый мужчина с чистыми голубыми глазами и открытым лицом, испещренным морщинами.

— Мы позаботимся о нем, не волнуйтесь.

Мужчина помог ей подняться на ноги и отвел в сторону, обняв рукой за спину.

— Вы Роджерс? — спросила она, в упор глядя в голубые глаза.

— А вы, вероятно, Сюзан Лонг? — Она кивнула. — «Скорая» будет здесь с минуты на минуту. Мы отвезем вас обоих в больницу.

— Мне не нужно в больницу. У Стивена сломана рука. Он совсем плох, — выдавила она из своего ссохшегося горла.