Мифы и сказки Древнего Египта - неизвестен Автор

КОРШУН И КОШКА

Когда-то в давние времена жил на вершине дерева коршун. В пышной лиственной кроне он свил гнездо и выращивал птенцов. Но редко ему удавалось досыта накормить своих маленьких, пушистых, еще не оперившихся коршунят. Бедные птенцы жили почти впроголодь: коршун боялся улетать из гнезда за кормом для детей, поскольку у подножия дерева жила кошка с котятами. В отсутствие коршуна она могла вскарабкаться по стволу к гнезду и передушить коршунят. Но и кошка не осмеливалась покидать свое логово: ведь ее котят мог унести голодный коршун.

Так продолжалось довольно долго, и вот как-то раз коршун слетел вниз и обратился к кошке:

- От того, что мы не доверяем друг другу, и тебе и мне только тяжелей живется, - сказал он. - Что проку во вражде? Лучше будем добрыми соседями! Поклянемся перед лицом великого бога Ра, что если один из нас отправится за кормом для своих детей, другой не причинит им никакого зла.

Кошка с радостью согласилась. Призвав в свидетели солнечного бога, соседи принесли священную клятву: жить отныне в мире и согласии.

И началась для коршуна и кошки новая жизнь - спокойная, сытая, без прежних волнений и тревог. Каждый смело покидал свой дом, отправляясь за кормом для детей. Котята и коршунята больше не голодали.

Но недолго суждено было длиться дружбе и согласию.

Вернувшись однажды домой, кошка увидела своего котенка плачущим. Коршун отобрал у него кусок мяса и отдал одному из своих птенцов.

Разгневалась кошка.

- Это ему даром не пройдет! - воскликнула она. - Я отомщу коварному предателю!

Она притаилась под деревом, дождалась, пока коршун улетит из гнезда, вскарабкалась на ствол и вонзила в коршуненка свои когти.

- Откуда у тебя это мясо? - зловеще прошипела она, вздыбив шерсть на загривке. - Я его добыла и принесла для своих детей, а не для тебя!

- Я ни в чем не виноват! - воскликнул перепуганный коршуненок. - Я не летал к твоим котятам! Если ты расправишься со мной или с моими братьями, великий Ра жестоко накажет тебя за клятвопреступление!

Вспомнив про клятву, кошка устыдилась и разжала когти. Но едва коршуненок почувствовал, что его больше не держат, он, все еще объятый страхом, рванулся, не рассчитал своих сил - и выпал из гнезда. Он не умел летать, даже крылышки его еще не успели обрасти перьями. Беспомощно трепыхаясь, он упал к подножию дерева и остался лежать на земле.

Когда коршун вернулся к гнезду и узнал, что случилось во время его отсутствия, он пришел в неописуемую ярость.

- Я отомщу! - воскликнул он. - Я отомщу этой предательнице кошке убью ее котят!

И он стал следить за кошкой, лелея в сердце мечту о кровавой расправе над ни в чем не повинными котятами. И вот однажды, когда кошка покинула ненадолго свое логово, коршун издал воинственный клич, слетел с дерева, похватал котят в когти и унес в свое гнездо. Там он убил их всех до одного, разорвал на кусочки и скормил птенцам.

Вернувшись и обнаружив, что котят нет, кошка едва не обезумела от горя. В отчаянии воззвала она к солнечному Ра:

- О великий владыка! Мы поклялись тебе священной, нерушимой клятвой, и ты видел, как злодей нарушил ее. Рассуди же нас!

И бог солнца услыхал мольбу несчастной кошки. Он призвал к себе богиню Возмездия и велел обрушить на голову клятвопреступника самую чудовищную кару.

Через несколько дней коршун, паря в небе и высматривая сверху добычу, увидел охотника, который жарил на костре дичь. Голодный коршун подлетел к костру, схватил кусок мяса и понес его в гнездо, не заметив, что к мясу прилип раскаленный уголек.

И вот от этого уголька гнездо коршуна вспыхнуло и занялось ярким пламенем! Тщетно молили птенцы о помощи, тщетно метался коршун вокруг огня. Гнездо, а следом за ним и дерево сгорели дотла.

Когда пламя погасло, к дымящемуся пепелищу подошла кошка.

- Клянусь именем Ра, - сказал она, - ты долго вынашивал свой подлый замысел. А я даже теперь не трону твоих птенцов, хотя они так аппетитно поджарились!

Так кончилась вражда коршуна и кошки. Так же может кончиться и спор любых людей, у которых не хватает разума договориться обо всем честно и сполна.

СКАЗКИ О САТНИ-ХЕМУАСЕ И ЕГО СЫНЕ СА-ОСИРИСЕ

Много времени тому назад у одного фараона был взрослый сын. Звали его Сатни-Хемуас. Этот Сатни-Хемуас слыл великим мудрецом. Он был самым лучшим лекарем в стране Та-Кемет, самым искусным магом и звездочетом, знал даже те заклинания, которые не были известны верховному жрецу бога мудрости Тота.

Молва о Сатни-Хемуасе облетела мир. Во всех городах, на всех языках люди повторяли его имя, передавали его из уст в уста, рассказывали о великом маге детям. Иноземные мудрецы приезжали за советом к Сатни-Хемуасу.

Дом Сатни-Хемуаса стоял в живописном месте на горе. Это был высокий просторный дом с увитой плющом террасой, где можно было наслаждаться прохладой в знойные дни, встречать восход Ладьи Вечности поутру и любоваться закатами по вечерам. Ни в чем не знал Сатни-Хемуас недостатка. Амбары его ломились, сокровищница была полна, его окружали верные слуги, готовые выполнить любое желание своего господина. И была у него красавица жена по имени Мехитуасехет. Только детей не дали боги Сатни-Хемуасу и его жене. Это их очень печалило. День и ночь просили супруги богов даровать им детей, приносили жертвы и воскуряли благовония.

И вот однажды Мехитуасехет пришла в храм великого Птаха и обратилась к богу с молитвой.

- О великий Птах! - взывала она, стоя на коленях и воздев руки. Услышь мою мольбу. Пошли мне сына или дочь!

Но каменная статуя безмолвствовала. Вновь и вновь Мехитуасехет оглашала храм мольбой; много часов простояла она на коленях перед жертвенником, пока наконец ее не сморил сон. Женщина склонила голову на каменный постамент и задремала.

И вот во сне услышала она голос, который говорил:

- Слушай меня внимательно, Мехитуасехет! Пробудись, встань и иди домой. Завтра утром в твоем доме вырастет стебель дыни. Свари из него питье и выпей.

Мехитуасехет проснулась. Она поняла, что это был вещий сон. Возблагодарила женщина Птаха и бегом устремилась к дому.

На пороге ее встретил Сатни-Хемуас. Завидев бегущую Мехитуасехет, он воскликнул:

- Радуйся, жена! Мне только что снился вещий сон! У нас родится сын! Боги повелели дать ему имя Са-Осирис и предсказали, что он совершит множество чудесных подвигов.

Мехитуасехет решила не говорить мужу про то, что с ней случилось в храме Птаха. Она прошла в дом. Всю ночь она не могла уснуть от волнения и, едва забрезжил рассвет, побежала осматривать комнаты.

В самой маленькой комнате вырос тонкий стебелек. Это и был предсказанный во сне стебель дыни. Женщина сделала все так, как повелел Птах в вещем сне: сорвала стебелек, сварила зелье и выпила.

И вот год спустя у нее родился сын. Мальчика назвали Са-Осирисом.

Маленький Са-Осирис рос так быстро, что не только лекари и знахари в недоумении разводили руками, но даже сам мудрый Сатни-Хемуас - и тот не переставал удивляться. Когда Са-Осирису исполнился год, все, кто видел его, говорили: "Ему два года", а когда он достиг двухлетнего возраста, всем уже казалось, что это пятилетний мальчик. Сатни-Хемуас очень любил своего сына и каждый день подолгу с ним играл в саду.

Когда Са-Осирис подрос и окреп, его отдали на обучение в школу при храме. Прошло совсем немного времени, и он уже знал столько же, сколько и его учителя. Прошло еще время, и Сатни-Хемуас стал знать гораздо больше, чем все его наставники. Еще через год мальчик состязался в знаниях с лучшими чародеями страны. Сам фараон, - да будет он здрав, могуч и благополучен, - присутствовал на этом состязании! И умудренные старцы вынуждены были признать полное превосходство Са-Осириса.

Тогда Сатни-Хемуас, слывший величайшим из мудрецов, сам стал обучать Са-Осириса. Однако и Сатни-Хемуас вскоре понял, что мальчика попросту нечему учить - он уже знает все.

ПУТЕШЕСТВИЕ В ЗАГРОБНОЕ ЦАРСТВО

Однажды Сатни-Хемуас и его сын Са-Осирис отдыхали на террасе дома. Солнце уже клонилось к западу. Был приятный, тихий вечер.

Вдруг воздух наполнился криками, горестными стонами и плачем. Сатни-Хемуас вгляделся вдаль.

Хоронили богатого горожанина. Кедровая ладья везла через Нил роскошный гроб, украшенный золотом и драгоценностями. Подле гроба надрывались плакальщицы. А позади погребальной ладьи плыло великое множество лодок. Это друзья и родственники провожали богача в его вечное жилище.

- Посмотри теперь туда, отец, - тронул его за плечо Са-Осирис.

Сатни-Хемуас повернулся и посмотрел туда, куда показывал его сын.

Неподалеку от грузовой пристани, в утлой тростниковой лодчонке везли на запад умершего бедняка. Тело его было завернуто в грубую циновку. И никто не пришел проводить умершего в последний путь. Только лодочник устало греб веслом, да плачущая вдова сидела рядом.