Рассвет для солнца (СИ) - Баскакова Нина

Архип убрал телефон в карман и довольно улыбнулся. Ничего, научится еще общаться. Его вначале задели ее слова, но потом он вспомнил, что она всегда так защищается. Он ей был нужен ночью, когда приходили страхи и сомнения. А днем она же независимая и крутая, которая может железо гнуть. При этом общаться она не умеет. Не понимает, что такое семья. А он сам-то это понимает? У него был образ. Идеальная семья та, которую он видел. Этот идеал Хип и решил воплотить в жизнь. Почему бы и нет? Что мешает попробовать? Тем более Зина, несмотря на свой независимый характер, легко принимала его инициативу, которую он проявлял. Даже сейчас заинтересовалась делами Сеньки.

Сенька его удивил. Как так можно было вляпаться? Поехал отдохнуть. Отдыхал в итоге не так долго, зато подругу нашел. Так флаг в руки! Нужна ему девчонка, которая в девятнадцать лет уже второго ребенка ждет — пусть. Хип ему советы давать не собирался. Да и бесполезно было. За небольшой разговор, Хип узнал, что Сенька своей подругой просто очарован. Может красивая такая, вот и очаровала? Оставалось дождаться пару дней и увидеть эту неземную красоту в реальности, когда они приедут. Пока же Хип решил доехать до матери и успокоить ее. Сказать, что не все так плохо, как кажется.

Хип пил чай с матерью на кухне и не перебивал. Она говорила. Много, громко и зло. Жаловалась ему на сыновей, которые ее так подвели.

— Я думала, что вы будете в старости мне поддержкой. А что получила? Одни разочарования. Младший еще не успел учебу закончить, как связался с какой-то проституткой!

— Не стоит так судить.

— В девятнадцать лет иметь двух детей! Ты хочешь, сказать что она монашкой жила? А дети появились от святого духа?

— Мам, что за дурная привычка судить о людях, даже не зная их? — спокойно спросил Хип. — Нравится ему эта девчонка, так пусть. Какая нам с тобой разница? Комната свободна. Я все ровно не живу. И тебе веселее будет.

— Мне и так хорошо живется. Вот вы меня спросили, хочу ли я, чтоб в квартире жили чужие люди? — возмутилась Евгения Валерьевна.

— Предлагаешь Сеньки имея дом, искать угол? — допивая чай, спросил Хип.

— Давай ты вернешься домой. После этого он отправит свою подругу назад на родину. Жить-то им негде будет.

— Глупо это, мам. У меня в планах возвращаться нет, — он достал телефон. Набрал Зину. — Приедешь? Да. Поговорили. Жду.

— Это твоя подруга? Та девушка, с которой ты живешь? — хищно спросила мама.

— Знакомить я тебя с ней все равно не буду, — ответил Архип.

— Это почему?

— А у тебя все шалавы и проститутки. Думаешь ей это будет приятно слышать из твоих уст? Сомневаюсь.

— Архип, я за тебя переживаю. А если это аферистка?

— И чего она у меня отберет? Последние штаны или душу? — спросил он. — Штаны не жалко. Сейчас тепло, можно и без них походить. А в мистику я не верю.

— Ты все шутишь, а я серьезно говорю. Навешает на тебя кредитов. Вот скажи, как она в таком возрасте на машину заработала? Или родители у нее богатые?

— Ага, все верно, мам. Я такой зять хороший, что меня все только и ждут с распростертыми объятиями к себе в дом. Ладно, мам. Хватит строить теории всемирного заговора. Можно и порадоваться, что в жизни у тебя сыновья хоть как-то устроились. Мы ведь с Сенькой не сидим на пару, за бутылкой на кухне. А ты недовольна. Понятно, что хотелось бы больше и лучше, но не всем на вершине горы сидеть, — сказал Архип. — Еще созвонимся.

Он не стал слушать, что она скажет. Разговор ходил по кругу. Он и брат плохие, потому что посмели жить своей жизнью, а ее не спросили. Хип и не думал никогда, что должен спрашивать разрешение у мамы с кем ему спать.

— Смотрю, ты не в настроение, — сказала Зина.

— Скорее не понимаю. Не думал, что мама такой сильный человек. Она берет на себя ответственность в решение, кто с кем должен жить. Кто как жить должен. Я бы такие советы давать побоялся бы.

— Почему? — спросила его Зина.

— Я сам не знаю порой как жить. А тут решать за кого-то, — ответил он. — И дело не в ответственности. Я же не знаю, что у человека в голове и как ему будет лучше.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Но при этом, ты настаиваешь, что нам с тобой жить нужно вместе. Даже говорил, что мне от этого лучше.

— Зин, это пустой разговор.

— Не пустой, — заруливая во двор, сказал она.

— Блин, — он провел ладонью по голове. Посмотрел на Зину, которая изображала из себя саму невозмутимость. — Когда слов не хватает, то надо действовать.

Поцелуй получился резким, горячим, поглощающим. Зина испугалась, но довольно быстро ответила ему. Страсть обжигала губы. Заставляла гореть огнем, выжигая эмоции.

— Ты долго еще издеваться планируешь? — спросила его Зина. Почему-то ее слова прозвучали обиженно.

— Всему свое время, — тяжело дыша, ответил Хип.

— Это уже начинает злить.

— Зин, а чего тебя злить? Напомнить, чего вчера было? Я тебя хочу, но со слезами на глазах? Я от слез теряюсь. И спать с сопливой девчонкой не буду.

— Девчонкой?

— Нетерпеливой, капризной и избалованной девчонкой, которая думает, что мир ей принадлежит.

— Вот честно, шел бы ты далеко со своими мыслями, — резко открывая дверцу машины, сказала она. — Я такое терпеть не буду.

Архип промолчал. Пошел в дом. Взял Серого на поводок и пошел с ним гулять. Зина же пошла на кухню. Злость так и бурлила в крови. Это он ее капризной считает? Она стоит у плиты полдня. Едет за ним чуть ли не на другой конец города, а он ее считает капризной! И зачем все это? Она никогда не замечала за собой любви к мазохизму, когда об нее вытирал бы ноги. А тут терпит. Давно его надо было послать. Собрать вещи… Слезы потекли по щекам. Она прислонилась к старому серванту.

— Зин, неприятности? — спросила въезжая на кухню Диана.

— Нормально все.

— Но…

— Все нормально, — она ушла в комнату. Никого видеть и слышать не хотелось. Было желание сесть в машину и уехать куда глаза глядят. Забыть обо всем и обо всех. Отключить телефон…

Мокрый собачий нос ткнулся ей в ладони. Зина машинально погладила пса по голове. Тот лизнул ей руки. Потянулся и завилял хвостом. В комнату вошел Хип. Сел напротив нее на корточки. Взял ее за руки.

— Пойдем ужинать?

— Не пойду.

— Давай не будем ругаться на пустом месте.

— Оно не пустое, — возразила Зина.

— Хорошо, давай не будем ругаться с тобой на битком набитом месте. Так лучше? Вот и улыбаться начала.

— Зачем так?

— Что? Ты начала пустой разговор, на который нет ответа. Почему люди вместе живут? Да хрен его знает. Как тебе еще ответить? Почему я считаю, что нам надо жить вместе? Потому что нам удобно вместе. А то, что я не делаю так, как ты хочешь, так, милая, я тебе в слуги не нанимался. Поэтому не злись. Пойдем ужинать. Потом чего-нибудь посмотрим.

— Опять дурацкий фильм?

— Давай посмотрим не дурацкий. Сама выберешь. Хорошо?

— Я подумаю.

— Только давай мы будем думать за ужином, — ответил Хип. Зина только вздохнула.

* * *

— Хватит надо мной издеваться! — выпалила Зина. Она стояла на кухне и готовила. Хип сидел рядом и пил чай с печеньем, которое сегодня принес с собой.

— Я не издеваюсь, — словно случайно скользя пальцами по ее ягодицам, ответил он.

— А это что? — ловя его за руку, спросила она.

— Приглашение присоединиться к чаепитию, — ответил Архип. Он резко дернул ее на себя. Зина потеряла равновесие и упала к нему на колени.

— Что ты творишь?

— Приглашаю попробовать тебя печенье, — усаживая ее поудобнее, сказал Хип.

— Не собираюсь портить аппетит перед ужином, — сказала она.

— Да ладно тебе, не испортишь. Я же предлагаю тебе кусочек, — протягивая ей печенье, сказал Хип. — Это же не просто печенье, а настоящее пирожное. С фруктовым вареньем, посыпанное кокосовой стружкой. Чем тебе не нравится?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я не люблю сладкое.

— Потому что ты его ела не так как нужно.

— А как нужно?

— Сидя со мной, — ответил Хип, протягивая ей печенюшку.