В клетке с психом - Кристина Жиглата

спокойный невозмутимый вид. Нужно быть осторожной, помню. Всё и так держалось, словно на тоненькой ниточке: терпение Дамира, доверие Леонова, наш план…

– Простите, Макар Егорович, но вам придётся уйти, – бросила уверенно, заглядывая в папку на столе. – Время процедур, а как показала практика, пациент плохо их воспринимает, если в комнате слишком много людей или находится ещё кто–то кроме меня!

– Макар, Алёна… Обращайся ко мне по имени. Мы договаривались, – напоминает Леонов недовольно.

– Конечно, всё никак не привыкну, – говорю мягче, бросив быстрый взгляд на ублюдка. Мне с трудом удается выдавить легкую улыбку.

– Зайдёшь ко мне, когда освободишься, – вдруг дает указания он, и я замечаю, как Дамир немного смещается в его сторону, словно вот–вот и набросится.

– Конечно, – отвечаю без замедления, отвлекая Леонова от Дамира и быстро провожая его к выходу.

– Не задерживайся, и…Будь с ним по жестче, – вдруг приказывает, и мне ничего больше не остается как кивнуть.

Затем я быстро захлопываю за ним дверь и облегченно выдохнув, поворачиваюсь к Дамиру.

– Держись, – прошу его тихо.

– Иди ко мне, Алёна…

Я отрицательно покачала головой. Не здесь.

– Ты мне нужна… Я сам не успокоюсь, – говорит хрипло.

Я думала, он опять хочет меня обнять, как тогда, после воспоминания о Еве…И ничего не имела против. Пусть только успокоится.

– Я отведу тебя в туалет, там и поговорим…, – быстро сообщаю, приближаясь к нему и отстегивая цепь от кольца. Мы переходим в противоположный конец комнаты. – Дамир, всё это провокация… Не ведись. Держи себя в руках. У нас есть реальный шанс…

– Мне всё равно! – вдруг бросает, обхватив меня за талию и затолкав в душевую кабинку. – Сейчас мне всё равно… Он сказал, что ты будешь его! – тяжело дыша, сообщил. Он прижал меня к стене, и навалился всем телом, прикасаясь своими губами к моим.

– Я не буду его… Он мне не нужен, – заверяю, вмиг возбуждаясь от его действий.

– А я? Я тебе нужен?

– Дамир…

– Просто скажи…

– У меня есть к тебе притяжение. Ты мне нравишься…, – шепчу ему в рот. С моим телом начало происходить что–то странное… Внизу живота появилась некая свинцовая тяжесть, между ног мгновенно стало влажно. Я возбудилась за долю секунды.

Что это: опасность, некие флюиды Дамира или его напор и желание, которое я остро ощущала? Он был таким диким и необузданным… Так меня хотел… Я чувствовала это каждой клеточкой своего тела и заводилась ещё сильнее.

Мы словно некие животные в сезон спаривания: учуяли друг друга и уже были готовы ко всему.

– Хочу тебя…, – шепчет он, скользя рукой вниз по моему телу. Накрывает рукой бедро, проникая пальцами под край юбки и задирает её вверх, до самой талии.

– Здесь?

– Да… Прямо здесь и сейчас, Алёна… Останови меня или поддайся…, – просит, жадно впиваясь в мои губы.

Боже…

А у меня не выходит с головы, что через десять–пятнадцать минут принесут еду и таблетки… Но остановить его… Я уже не могла…

– У нас мало времени, – всего лишь говорю, на миг, отстраняясь от мужчины.

Он смотрит мне в глаза, с желанием и похотью, а затем рычит, словно зверь и вновь впивается мне в губы.

Мы целуемся несколько секунд, жадно и грубо, а затем мужчина разворачивает меня лицом к стене, и накрывает ладонью мое лоно. Гладит, мнет его поверх белья, заставляя меня громко кричать и стонать. Затем оттопыривает мою попку назад, отводит трусики в сторону, и проникает одним глубоким толчком. Я с трудом удерживаюсь на ногах…

Мужчина придерживает меня за талию. Прикусывает мочку уха, тяжело дышит, крепче прижимает к себе, но не спешит шевелиться во мне, после первого проникновения. А ждёт… Наслаждается… Упитывается нашим соитием, возрождая между нами настоящую агонию, одержимость, сумасшествие…

Я смело подалась ему на встречу, давая понять что хочу ещё, больше… И мужчина начинает двигаться во мне, нетерпеливо рыча, словно зверь…

Толчок, второй, третий…

Настолько глубокие и сильные, что я просто задыхалась, от ощущений, которые возникали во мне.

Он проникал в меня раз за разом, грубо, жестко, неудержимо… Активно шевелил бедрами и одновременно притягивал меня к себе за бедра, чтобы было глубже, еще сильнее…

Я стонала, кричала и еле удерживалась на ногах, прижимаясь лицом к холодной стене. А он вбивался в меня беспощадно… Такой голодный… Нетерпеливый… Жестокий…

Я кончаю первой, а он взрывается следом, чуть ли не разрывая меня в своих руках. Настолько крепко сжимает… Настолько глубоко проникает… Что мне казалось я не выдержу, сойду с ума, погибну, пропаду…

А затем всё стихает. Дамир успокаивается, прижимаясь ко мне всем телом и тяжело дыша.

– Прости, я старался держать себя в руках… Не хотел причинять боль…

У него это не вышло. Но я не жаловалась. Причиненная боль была в меру. Она смешивалась с удовольствием и приносила только остроты ощущениям. У меня было впервые так…Незабываемо и крышесностно.

– Я могу понять…Год же, – шепчу, отстраняясь от него и поворачиваясь к нему лицом. Мы смотрим друг другу в глаза, с нежностью и любовью.

– Теперь, я тебя точно не отпущу, – обещает шепотом, а затем, в наше затуманенное подсознание врывается звук открываемого замка двери…

Глава 27

Я вздрагиваю, из горла вырывается испуганный возглас. Дамир придерживает меня, затем обхватывает лицо ладонями и спокойно так, уверенно говорит:

– Не нервничай. Нас не видно. Ты меня просто пристёгиваешь… Вот, – он поднимает руки, на которых болталась свободная цепочка.

Я судорожно сглатываю, киваю головой и делаю глубокий вздох. Вместе с этим дверь в комнату открывается и в комнату входит горничная с подносом в руках. Дамир специально звенит цепью, и я не теряюсь, подключаясь к его обману, и громко говорю:

– Проставьте поднос на стол! Я покормлю пациента, как только он закончит здесь…

Вряд ли девушка знала расписание Дамира, поэтому точно не придаст значения утреннему купанию.

Горничная ставит поднос на стол и молча, уходит прочь, вновь клацнув замком.

Я облегчённо выдыхаю, растерянно качаю головой и накрываю лицо ладошками, чтобы скрыть выступившие слёзы.

– Так глупо… Мы чуть не попались…

– Но не попались же? Всё было бы нормально, – успокаивает Дамир, убирая мои ладони с лица и