Непутевый ученик в школе магии 12: Близняшки Саэгуса - Сато Цутому

Саэгуса Касуми и Саэгуса Изуми. Среди Нумерованных эти сестры были хорошо известны, без иронии или причуд, как «Близняшки Саэгуса».

Пусть лицо у них и было одинаковым, но вот аура существенно разнилась. Глядя на Касуми, испускающую признаки агрессии с её короткой стрижкой, можно было понять, что она, наверное, занимается спортом, может быть практикует боевые искусства. С другой стороны, Изуми, испускающая изящную, нежную ауру, с длинными прямыми волосами по плечи и челкой, обрезанной по брови, скорее всего была книжным червем и, с виду, она могла быть «домашней». По тем её словам, а также по тону голоса и выражению лица он понял, она растерялась, но почему-то она совсем не казалась нервной, по крайней мере на первый взгляд. Однако Тацуя почувствовал, что с этой следует быть более осторожным.

Очень грубо было со стороны Тацуи так пожирать глазами кого-то при первой встрече, но они делали то же самое. Они смотрели нагло, но Тацуя был более спокойным.

— Изуми, этот парень слишком силен для плейбоя.

— Эм, умм, Касуми-тян?

Конечно, мысли у них были совершенно разными, пусть они и смотрели на него одинаково оценивающе, но пламя вражды бушевало только во взгляде Касуми.

— Успокоиться немного было бы...

Изуми нежно погладила Касуми.

— Моя интуиция просто кричит. Этот парень — он необычен.

Тем не менее Касуми не прислушалась к её совету. Она яростно смотрела на Тацую с колен, передернув руку к левому рукаву и обнажив CAD.

— Изуми, давай сделаем это, — сказала Касуми и пальцами пробежалась по клавиатуре CAD. Она использовала магию без права на это. Абсолютно незаконное действие. К тому же во второй раз. Даже понимая, что это направленно только против него, он не мог просто закрыть на это глаза. Она была новенькой ученицей, идущей на церемонию поступления, но уже было множество поводов для её ареста.

Тацуя вмиг принял решение, и начал было действовать. Но, к счастью, незаконное применение магии осталось простой попыткой.

— А ну успокойся! — Маюми, которая до этого была будто парализована, ударила кулаком по макушке Касуми.

— ... — Касуми не вскрикнула, но судя по тому, что она сразу же схватилась за голову, ей, вероятно, было и вправду больно, хоть она и пыталась это скрыть.

— ...Онээ-тян, почему ты сделала это?

— Это мои слова! Касуми-тян, почему ТЫ сделала это?!

Маюми уперлась руками в бока и посмотрела сверху вниз на Касуми, которая со слезами на глазах глядела сестре в лицо. Она была в ярости. Возбужденный разум Касуми был мигом остужен угрожающим видом сестры так, что цвет её лица мигом сменился от красного к белому.

— Я говорила тебе много раз: «несанкционированное использование магии — преступление!» И использовать её прямо в день поступления... О чем, черт возьми, ты думала?!

Тацуя смотрел на это с ошеломленным видом, так как Маюми говорила голосом на пол тона выше, чем обычно. Он не раз видел её взволнованной. Тем не менее это первый раз, когда он видел её в гневе. Такую честную прямолинейность он совсем от неё не ждал, это так сильно разнилось с её обычной загадочной улыбчивой маской, которой она скрывала свои истинные чувства.

С другой стороны, Касуми несколько поубавила пыл, но вовсе не прекратила сопротивление, пусть и немного сжалась. Всё из-за того, что они семья? Или потому что она уже привыкла к этому?

— Н-но этот парень делал нечто неприличное с Онээ-тян...

Контратака явно оказалась успешной.

— Что... не-неприличное?!

Она несколько ударила по мыслям своего оппонента.

— Мы ничего такого не делали! О чём ты подумала?!

Если посмотреть на картину в целом, то окажется, что она лишь подлила масла в огонь.

— Ты так долго меня уверяла, что, пока не начнется церемония, вы двое спокойно погуляете, что мне не придется вести вас за ручку, как малых детей, а ты, Касуми-тян, как только меня нет рядом, сразу делаешь это?! Вы ведь никому больше не создавали подобных проблем?!

Ясно, вот в чём причина, подумал Тацуя. Маюми пришла, чтобы присмотреть за сестрами на церемонии поступления, вместо занятых родителей.

— Онээ-сама, это абсурд. — Возразила не Касуми, начавшая слегка дрожать, а Изуми, которая к ней прижалась. — Кроме ошибки Касуми только что, мы никому не доставили проблем.

— Ясно... Изуми-тян, могу я тебе верить?

— Клянусь, я говорю правду, — вежливо заявила об их невинности Изуми. Чересчур вежливо. Но это, похоже, восстановило душевное равновесие Маюми.

— Понятно... Тацуя-кун, пожалуйста, прости нас! — Видя одобрение в глазах Изуми, Маюми развернулась к Тацуе и низко поклонилась. — Моя младшая сестра сделала нечто возмутительное. Касуми-тян, ты тоже извинись перед Тацуей-куном.

Видно, она поняла, насколько сестра серьезна; что бы Касуми ни чувствовала в своём сердце, она больше не казалась дерзкой.

— Я извиняюсь за свои действия. — Она поравнялась с Маюми и смело опустила голову.

— Я тоже приношу свои извинения. Шиба-сэмпай, прошу, прости грубость Касуми-тян.

Касуми была не единственной заинтересованной в этом стороной; Изуми также повторила действие старшей сестры.

Приняв одновременные извинения от трех красивых девушек — нет, не так: от одной красивой женщины и двух красивых девушек — он почувствовал себя очень неловко. Чудо, что никто не лицезрел их схватку несколько секунд назад, но почему-то сейчас он чувствовал много подозрительных взглядов, направленных на него со всех сторон. Если люди неправильно поймут, будто бы он запугивает девушек или что-то подобное, то последующий урон будет намного выше, нежели удар коленом в полете Касуми.

— Пожалуйста, поднимите голову. Никакого вреда нанесено не было, так что не о чём волноваться.

Вот что сказал Тацуя, но «пожалуйста, ради меня, не делайте это» было намного ближе к тому, что он чувствовал. Прохожих становилось всё больше, он хотел уйти отсюда так быстро, как это возможно. Однако слова «не о чём волноваться» не были каким-то притворством.

Это, скорее всего, поняла и Маюми. Когда она подняла голову, то смотрела уже взглядом, полным облегчения. Однако вскоре этот взгляд заменился на несколько виноватый.

— Ах, умм, Тацуя-кун.

— Да, что?

У неё как-то странно сменилось настроение. Тацуя насторожился.

— Я знаю что... об этом инциденте надо докладывать в учительскую, но... — Повернувшись к Тацуе лицом, Маюми закрыла глаза и сложила руки. — Пожалуйста! Ради меня, не мог бы ты закрыть на это глаза? Прошу!

Ах, вот в чём дело, но Тацуя не произнес это вслух.

— Я не хочу делать из мухи слона.

По правде, если бы такая «муха» была проблемой, он и Миюки должны были бесчисленное количество раз попадать в изолятор. «Впрочем, я не хочу говорить об этом», — вот что на самом деле чувствовал Тацуя.