Малышка для мажора - Аделина Дэвис

Она спрашивает, сколько у меня ещё пар. Отвечаю, что последняя, но с нее не слинять. От присутствия зависит допуск к экзамену. Это единственный предмет, по которому должна быть стопроцентная посещаемость.

Около аудитории стоит… Кристина.

Мляяя!

Она меня так конкретно начинает напрягать своим сталкерством.

Походу, надо объяснить, но доходчиво, чтобы усекла, и больше не лезла.

Хватаю за локоть, подталкивая к подоконнику.

- Пока ты не начал психовать, хочу сказать, что верных девушек среди таких деревенщин тоже не особо.

- Чего? Чё мелишь?

- Твоя тоже недолго продержалась и уже мило обжимается на стоянке с нашим ректором. Причем ее не первый раз видят с ним. И утром он высаживает ее недалеко от универа. Ни о чем тебе это не говорит?

Лицо у нее, сука, прям такое серьезное.

Не врёт.

- Глянь сам, если не веришь мне. - Тычет пальцем на стекло в сторону стоянки.

Не хочу ей верить. В груди все сжимается ещё до того, как кидаю взгляд в направлении, куда она указала.

Весь воздух выкачивается из легких, не позволяя полноценно вздохнуть.

Это же не она?

Машину ректора знают все. Его дорогую тачку ни с какой другой не спутаешь. Он сам стоит возле нее, разговаривая с …моей лялькой.

Это она.

Сука!

ЭТО ОНА!

Так, ладно. Это же не обязательно встреча с каким-то интимным подтекстом. Может, просто разговор ректора со студенткой.

Луплюсь в окно, не слушая, что там вещает Кристина. Срать на нее.

Меня моя Малышка только сейчас напрягает.

Дэн сзади:

- Чё такое, Костер? Чего застыл? А ты что здесь опять ошиваешься? Свободна!

- Пффф. Да пошли вы! – от моей бывшей.

Я в диком напряжении наблюдаю за развитием. Сердце бьётся бешенным темпом, норовя выпрыгнуть из груди. Там что-то щемит болезненно, поднимая спазм прямо к горлу.

Они не обжимаются, нет. Просто разговаривают. Но потом он открывает капот, держа в руке бутылку с омывателем, а она…садится к нему в машину.

К нему, мля, в машину!!!

Аааа! Сука!

Все! Тумблер переключен!

Кидаюсь к выходу, ничего не объясняя Багиру.

Не понимаю даже, как добегаю до его тачки, перепрыгивая через пролеты и турникет.

Он как раз садится и начинает медленно выруливать со стоянки.

Практически прыгаю к нему на капот, блокируя дальнейшее движение. Он открывает дверь и орет:

- Костров, ты совсем с головой не дружишь?! Что под колеса лезешь?!

Смотрю только на свою девочку, а внутри такая боль. Она ломает мне кости, выворачивая наизнанку.

Ну как? Как ты могла так со мной?

Беру себя в руки.

- Выходи! На хуй! Из его тачки! – цежу сквозь зубы.

Мне как никогда хочется размазать этого старика по асфальту!

Вот прям молотить до крови, чтоб также больно, как мне сейчас! Чтоб неповадно было со студентками шашни водить!

Про него ходили слухи, что он офигенный семьянин. Хотя и детей у них нет.

Оно и видно!

- Костров, ты ничего не попутал? Дарьяна, сиди, если не хочешь никуда идти.

У нее такое растерянное лицо. Но ни капли раскаяния. Просто удивление.

- Я с ним пойду. Все хорошо. Все равно объясниться надо, раз уж так получилось.

- Ты что, его знаешь? – не врубаясь, вопросительно смотрит на нее ректор.

Она только кивает.

Поднимаю руку, указывая на него.

- Я прям на последней силе воли держу себя в руках, чтобы не вмазать вам!

- Думай, что городишь, Костров! А то могу и не посмотреть, кто твой брат, и отчислить тебя!

- Отчисляйте на х*й! Мне срать!

Поворачиваюсь к Яне и рычу:

- Села в мою тачку! Живо!

Разблокировываю дверь и сажусь на водительское. Она на пассажирское.

Резко давлю на газ, выворачивая руль, и со свистом выезжаю со стоянки.

- Егор… - начинает она, но я перебиваю ее:

- Заткнись сейчас! Вот просто заткнись!

В ней ни капли раскаяния, отчаяния.

Она на хрен зла!

У меня в уме не укладывается. Как так-то?!

Я пытаюсь переварить то, что сейчас произошло! И не могу!

Ну как она могла? Как?

Я даже допускаю мысль, что ей нужны деньги, и она пошла на это от отчаяния.