Оргия за тридевять земель - Марина Серова

— Я его уже видел, — бормотал Максим. — Я его уже видел.

Бандита тем временем и след простыл.

Дома мы смогли поговорить в спокойной обстановке.

— Где-ты мог его видеть, Максим?

— У первого корпуса, где геофак крутится. С какими-то тамошними гоблинами. Нужно будет у ребят поспрашивать.

— Была бы тебе очень благодарна.

— Дело даже не в том. Если я не разберусь с этим человеком, в следующий раз он попробует устранить меня как свидетеля. Он ведь наверняка меня тоже разглядел и узнал. И теперь понимает, что я могу его найти. Так что теперь я ввязался в это дело по уши. Да-а…

Тетушка накормила нас ужином. Максим поблагодарил меня за все и собрался ехать домой. Перед расставанием я сказала ему:

— Максим, давай будем искать этого бандита вместе. Ты ведь не против?

Максим рассмеялся.

— Война закончилась? У меня такое чувство, что она продолжается. И не закончится никогда. И что я смерть я встречу тоже на войне, и не важно, как это будет выглядеть.

— Я серьезно.

— Конечно. Давай созвонимся. У тебя есть телефон?

Мы обменялись телефонами и попрощались. Максим обещал позвонить в восемь утра.

Двадцать четвертое апреля. Максим позвонил, как и обещал. Мы договорились о встрече возле главного корпуса Тарасовского госуниверситета в одиннадцать часов дня. Перед тем я решила навестить своего клиента. Пора было вернуться к исполнению основных обязанностей.

Виктор Владимирович был мрачен. Курамшов также пребывал не в лучшем настроении. Дома была и Светлана, и ей также было не весело.

— Что, были покушения? — озабоченно спросила я. Я уже знала ответ.

Все трое горестно кивнули.

— Тут во дворе какие-то типы околачивались, — сказал Курамшов. — Я долго не хотел позволять Виктору покидать дом, все ждал, когда подозрительные личности уедут. А они все никак не убирались. В конце концов Виктор меня уговорил. Я тщательно контролировал ситуацию, но эксцессов избежать не удалось.

— Открыли огонь?

— Не сразу. Они долгое время следили за нами, я так понял. А чтобы покинуть этот дворик, как ни крути, нужно миновать какой-нибудь закоулок с гаражами или тупичок. Вот там-то они и затаились.

— Ясно. Скоро Виктора Владимировича снова буду охранять я. Спасибо тебе, Володя. Мне осталось только кое-что сделать…

Курамшов кивнул.

— Я не могу больше сидеть дома, — твердо заявил Светин. — Пусть на меня покушаются. Но находиться в четырех стенах невыносимо. Все. Я хочу идти с вами, Евгения Максимовна, продолжать расследование. И на этом точка.

Я пожала плечами:

— Расследование так расследование. Кстати, у меня есть кое-какие разработки и соображения.

— Где теперь?

— Все в том же университете. Однако на этот раз, кажется, мы напали на след покушавшихся на вашу жизнь людей.

Светин вскинул брови.

— Я потом все объясню.

— А почему вы выразились во множественном числе? Вы сказали «мы напали на след».

— Дело в том, что кое-кто обещал мне помочь. И в одиннадцать у нас с этим человеком встреча возле университета. Подробности я изложу по дороге. Так что собирайтесь, Виктор Владимирович!

Мы покинули дом Светиных в половине одиннадцатого.

Максим ждал нас у десятого корпуса ТГУ, нервно крутя в пальцах сигарету и расхаживая взад и вперед. Я на сей раз была в полном обмундировании. Бронежилет, кобура с пистолетом и все такое. Хотя, конечно, кобура была надежно замаскирована от чужих глаз. Как и бронежилет.

— Привет, — сказала я Максиму.

От неожиданности тот выронил сигарету.

— А, это ты? — рассеянно пробормотал Максим. — А я тут размышляю, к кому с этим делом лучше обращаться — к Сухрычу или к Иванову…

— Ну это уж тебе виднее. Познакомься с моим клиентом.

Максим внимательно посмотрел на Виктора Владимировича, буквально пронзая его взглядом, потом вытянул вперед руку. Мужчины обменялись рукопожатием.

— Ладно, время не ждет, — сказал Максим и твердо зашагал вдоль ограды университетского городка. Мы поспешили за ним.

Когда мы вышли к первому корпусу, оказалось, что жизнь на его крыльце протекает столь же бурно, как и у других корпусов госуниверситета. Здесь было полно народу. Максим напряженно рыскал глазами в толпе, видимо, стараясь обнаружить нужных ему людей.

Тут из здания университета вышел необъятных размеров молодой человек с короткой стрижкой и выпученными, словно у жабы, глазами.

— А вот и Иванов! — с облегчением вздохнул Максим. — Иванов все знает, что вокруг происходит. Что называется, «пацан с понятиями». Хорошо, что мы его застали. Быть может, он нам посодействует.

Иванов направлялся в нашу сторону походкой разжиревшего гуся. Нас он не замечал. Максим остановил его, положив руку толстяку на плечо.

— Здорово, Иванов!

Иванов насупился, сморщил нос и принялся внимательно нас разглядывать. Я догадалась, что он близорук. Наконец до Иванова дошло, в чем дело, и он хлопнул себя по лбу с такой силой, что я от звука вздрогнула.

— А, здоровеньки, здоровеньки!

Иванов хихикнул. Несмотря на свою странную внешность и очевидную связь, что называется, с не очень хорошими людьми, парень вызывал во мне симпатию.

— Ну что, — сказал Иванов, — пивком угостить меня хочешь?

— Можно. Но вообще-то я хотел с тобой серьезно поговорить.

— Какие серьезные разговоры могут быть без пивка? Пивка для рывка, водочки для разгоночки… Пойдемте, ребята!

Максим направился к выходу со двора госуниверситета, Иванов поспешил за ним. Комично тряслись проступающие сквозь рубашку его огромные жировые складки. Мы с Виктором Владимировичем устремились следом.

В ближайшем ларьке по настоянию Иванова Максим приобрел три полуторалитровые бутылки пива и пластиковые стаканчики. Мы отправились в скверик на улице Астраханской, где устроились на трех расположенных неполным квадратом лавках.

— Старые милые три лавки… — заявил Иванов, открывая пиво, и принялся разливать его по стаканчикам. Максим ждал.

Иванов завершил процедуру, сделал добрый глоток пива и обратился к Максиму:

— Ну, выкладывай, что у тебя там.

— С пацанами проблемы. Разобраться надо.

Иванов присвистнул:

— Бывает. Кто?

— Вот это мы хотели выяснить у тебя. А потом посоветоваться, что делать.

— Хм-м…

— Дело в том, что на нас вчера напали трое с огнестрельным оружием в руках. И я разглядел лицо одного из них.

— Любопытно.

— До того я видел его рядом с геофаком. Он с кем-то из ваших пацанов тусовался. Кажется, Светлый там был с четвертого курса. Но мы не в очень хороших отношениях, а потому сам я с ним говорить не могу. Рассчитывал на твою помощь по старой дружбе.

— Светлый, говоришь? Он же отморозок!

— Отморозок не отморозок, а что-то делать с этим надо. Иначе опять что-нибудь случиться может.

— Ясен перец.

— Ну так что, поможешь?

— Ладно, поговорим со Светлым. Сейчас я пивка еще попью и позову его сюда. Найдем тех чуваков, не боись! К ответу поставим. Главное в таких делах — всегда спокойствие сохранять. А пока ты лучше расскажи, как сам поживаешь.

В течение некоторого времени Иванов с Максимом вели беседы «за жизнь», вспоминали знакомых, какие-то прошлые вечеринки. Наконец Иванов сказал:

— Ладно, хватит. Вы сидите здесь, а я сбегаю, поищу Светлого. Подождете?

— Подождем.

Иванов удалился, и делал он это, словно персона первой важности в государстве. По всей видимости, в тот момент он и ощущал себя особо значимой фигурой.

Вернулся Иванов минут через пятнадцать в сопровождении огромного молодого человека с короткими светлыми волосами и с кислой миной на лице.

— Светлый, — представился верзила.

Я кивнула, Виктор Владимирович и Максим пожали парню руку.

— Так в чем проблемы? — грубо осведомился Светлый.

Максим принялся излагать суть дела. В конце концов Светлый совершенно бестактно его оборвал:

— Как он выглядел?

— Лысый такой, здоровый…

Светлый расхохотался:

— Ты знаешь, сколько у нас в Тарасове лысых и здоровых?

— Знаю, но…

Внезапно Максим осекся и устремил взгляд куда-то вдаль, на противоположную сторону улицы. Я посмотрела туда же. Долго не могла понять, что так привлекло внимание Максима, и вдруг увидела его…

Человек, который прошлым вечером покушался на нашу жизнь, преспокойно вышагивал по улице, время от времени оборачиваясь в ту или иную сторону.

— Вон он, — сказал Максим и указал пальцем.

Негодяй проходил как раз мимо того участка ограды студгородка, где располагался вход во дворик. И в этот момент он засек нас. Бандит, который сейчас казался обычным гражданином, резко отвернулся и вошел во дворик. Шагал он быстро.