Любовница короля - Роз Медоуз

Спина оказалась цела, но вся — сплошной ушиб. Больному требовался постельный режим. Жюли стала самой старательной и заботливой сиделкой. Но когда спустя несколько недель больной так и не проявил желания выбраться из постели, она встревожилась и начала поддразнивать его за то, что он не хочет помочь доктору.

Она удивилась, когда ее слова вызвали у принца слабую улыбку.

— Лежа здесь, я располагал большим количеством времени, чтобы хорошенько подумать.

— И о чем же ты думал?

— О том, насколько я хочу в Англию. Может быть, ты поможешь мне, Жюли?

— Как?

— Завтра, когда придет доктор, заведи с ним разговор о разных европейских курортах и перечисли те, которые, насколько тебе известно, оказывают наиболее целебное воздействие. Меня интересует только одно место — Бат. Это в Англии. Но мы не должны упоминать это слово сами. Нужно вести разговор аккуратно. — Он взял ее за руку. — По-моему, стоит попробовать. Как ты считаешь, ma petite?

Она весело рассмеялась:

— Да ты интриган, Эдуард! А я-то уж представила, как ты пролежишь остаток жизни на спине. Могу ли я помочь?! Да я сделаю для тебя все, что ты захочешь!

Уловка сработала. После многочисленных консультаций и бесконечных медицинских докладов в Англию, когда все доктора в один голос посоветовали восстановление на водах Бата, его величество король Георг III наконец милостиво соизволил пригласить своего сына Эдуарда вернуться в Англию. Эдуард и Жюли сияли от счастья.

Они не стали терять время на паковку вещей, поскольку британский военный корабль уже стоял на рейде, готовый везти их через Атлантику. Путешествие длилось четыре недели, но они были так увлечены планами на будущее и разговорами о предстоящей жизни, что время пролетело для них незаметно. Как хорошо было бы успеть попасть в Англию к Рождеству! Но Эдуард понимал, что должен предупредить Жюли кое о чем. Возможно, он успеет получить многочисленные приглашения от разных членов своей семьи, и, хотя ему это будет больно и обидно, он не сможет пригласить ее с собой, нанося эти визиты.

Жюли ответила ему мужественной улыбкой:

— Пожалуйста, сэр, не беспокойтесь понапрасну. Я ни за что на свете не захотела бы поставить вас в неловкое положение. Вы целых четырнадцать лет не виделись с матерью и сестрами, между тем как я имела удовольствие разделять ваше общество все эти годы…

— Нет, милая, ты неправильно поняла меня, — торопливо перебил ее принц. — Мы будем вместе при каждом удобном случае. Если меня не будет рядом, можешь считать, что я нахожусь на службе. Мне дадут апартаменты в одном из дворцов, но мы с тобой найдем себе дом, где сможем жить частной жизнью, — так, как мы делали все эти годы.

Жюли поняла, что их жизнь претерпит серьезные изменения. Отныне больше, чем когда-либо, она должна держаться на заднем плане. Но пока любовь не покинет их, она будет счастлива.

Глава 5

Эдуард был поражен приему, устроенному в его честь в Портсмуте. Собственная семья столько лет отвергала его, что теперь он даже не надеялся на торжественную встречу ни со стороны близких, ни со стороны горожан.

Однако в порту его ждали флаги и праздничные гирлянды, оркестр, многолюдная толпа, до хрипоты выкрикивающая приветствия, и пушечные залпы. Жюли благоразумно отошла в сторону, когда сам мэр и члены городского совета торжественно вручали Эдуарду ключи от города. Тогда-то он и заметил даму, стоящую рядом с мэром. Фрэнсис, леди Уэнтворт! Когда церемония вручения закончилась, она подошла к принцу, коротко поприветствовала его и направилась к длинной веренице экипажей, украшенных королевскими гербами. Жюли приблизилась к Эдуарду, брови ее были в удивлении приподняты. Они оба знали, что леди опередила их, первой примчавшись в Англию под предлогом, что якобы должна определить сына в школу. Но ни Жюли, ни Эдуард не ожидали, что его величество с супругой поручат именно ей встречать их сына после четырнадцатилетнего пребывания на чужбине.

Леди Уэнтворт суетилась и хлопотала, проявляя недюжинную энергичность. Она села в первую карету вместе с Эдуардом и Жюли, во вторую посадила слугу Эдуарда и горничную Жюли и сама руководила погрузкой багажа в грузовую повозку.

— Знаю я этих корабельных носильщиков, — ядовито заметила Фрэнсис, занимая место в карете. — Ничего не стоит лишиться по их милости мелкой поклажи при таком количестве багажа. — Она посмотрела сначала на Жюли, потом на Эдуарда, одарив их медоточивой улыбкой. — Добро пожаловать домой, в Англию. Как я вас понимаю, сэр! Должно быть, это так приятно!

Эдуард покачал головой и не сразу нашелся что ответить.

— Да, это восхитительное ощущение, мадам, и я не могу передать его словами.

— Тогда и не пытайтесь, сэр. Давайте я лучше обрисую вам ситуацию. Их величества и принцессы сейчас в Виндзоре, и вам, сэр, надлежит завтра нанести им визит.

— Что отец? Как его здоровье?

— Гораздо лучше. Конечно, он по-прежнему очень слаб, и рассудок порой покидает его, тем не менее все не так плачевно. Король изъясняется вполне здраво и отдает себе отчет во всем, что происходит.

— А мои сестры? Из газет я узнал, что принцесса Шарлотта в прошлом году вышла замуж за короля Вортемберга, но никто не написал мне об этом. И другие сестры… Как они? Неужели ни одна из них до сих пор ни с кем не помолвлена? Аугусте, по-моему, скоро будет тридцать…

— Видите ли, сэр, это одна из странностей его величества. Он боготворит своих дочерей и считает всех претендентов на их руку недостойными…

— Стало быть, принцессе Шарлотте повезло? А как самая младшая сестра, Амелия? Когда я уезжал из Англии, ей было всего двенадцать месяцев от роду…

— Она теперь красавица, ваше высочество, как, впрочем, и все они. Вы будете любоваться ими. — Леди Уэнтворт вдруг посмотрела на Жюли: — А вы что-то молчите, мадам…

— Я слушаю. Слушаю и учусь… заочно знакомлюсь с семьей принца.

— Я много рассказывала их величествам и принцессам о вас…

— Рассказывали?! — в голос изумленно воскликнули Эдуард и Жюли.

— Да вы не волнуйтесь так, — со смехом ответила Фрэнсис. — Я рассказывала им только хорошее — о достоинствах и добродетелях мадам и о том, с какой нежностью и любовью она заботилась об их сыне.

Жюли так и не смогла понять, говорила дама с сарказмом или искренне, и потому предпочла перевести разговор на другую тему:

— Не могли бы вы просветить нас, где мы будем жить, пока не найдем себе дом?

— Конечно. Вы будете жить у меня. В распоряжение принца отданы апартаменты в Кенсингтон-Пэлэс. Но там он будет вести свои дела, и я уверена, что ему вовсе не захочется проводить ночи одному. — Она недвусмысленно подмигнула Эдуарду, прежде чем продолжить: — А завтра, пока его высочество будет наносить визит в Виндзор, я познакомлю вас кое с кем из моих друзей. Что же касается поисков дома, думаю, этот вопрос может подождать до окончания рождественских празднеств.