Наследник рода Раджат – 16 - Игорь Кольцов

class="p1">Тикту скрылся за дверью, а мы с Аргусом перевели взгляды на Диотале.

Новый чужак, за это время так и не произнесший ни слова, все еще мялся в дверях.

— Господин Диотале, проходите, прошу, — жестом указал на свободные кресла около нас Аргус. — Позвольте представиться, Аргус Сидхарт, глава великого клана Сидхарт, возрожденный древний маг. Это мой друг, Шахар Раджат, глава великого клана Раджат, и он тоже древний маг.

— Приветствую, господа, — поклонился Диотале. — Меня зовут Гирташ Диотале, я последний представитель древнего рода Диотале. И я тоже пришелец из древних времен.

Договорив, он все-таки сдвинулся с места и подошел к свободным креслам. Вокруг столика с чаем их стояло пять штук. Мы с Аргусом сидели рядом, а Диотале выбрал место строго напротив. И от меня, и от Аргуса его отделало по одному пустому креслу.

При этом сел он с прямой спиной на самый краешек. Словно ему не удобное кресло предоставили, а жесткую табуретку.

Видя, что гость даже не смотрит на стол, Аргус взял пустую чашку и сам налил ему чая. Чужак вцепился в чашку так, словно это была величайшая драгоценность.

Возможно, кстати, для него так оно и было. Мы с Аргусом только по косвенным признакам сделали вывод, что Диотале был несвободен, но, судя по его поведению сейчас, Тикту не давали ему даже видимости гостевого статуса. Иначе сейчас он бы не воспринимал совершенно стандартное гостеприимство именно так.

— Расскажите о себе, — доброжелательно улыбнулся Аргус. — Кем вы были в прошлой жизни? Чем занимались?

Хитрый жук, мысленно хмыкнул я.

Вообще-то далеко не все пришельцы горели желанием выдавать такую информацию о себе. Тот же Лапанья так и не сказал до сих пор, на чем специализировался в прошлой жизни.

Не факт, что Диотале тоже захотел бы скрыть подробности. Однако вопрос довольно личный и, скажем так, на самой грани приличий. И то, как он ответит на этот вопрос, покажет многое.

Я и прежде понимал, что Аргус — довольно сильный политик, но наблюдать за ним в деле было вдвойне интересно. Так что я без зазрения совести отдал ведущую роль ему.

— Я занимался разработкой стационарного магического оружия, — ответил Диотале. — У меня было много разработок, но самая известная — это каскад накопителей.

— Разных рангов? — уточнил Аргус.

— Любых, — кивнул Диотале. — Каскады из накопителей одного ранга и до меня делали. Немного, до десяти штук, но делали. А я рассчитал каскад для произвольного числа накопителей произвольных рангов.

— Джутех Жакда, — произнес я.

— Да-да, это я, — робко улыбнулся он.

Я знал это имя и эту теорию. Именно она стала тем кусочком мозаики, которого мне в прошлой жизни отчаянно не хватало. Техно-магические доспехи у моей лаборатории выходили только среднеранговыми. Да, в них даже маг первого ранга мог выйти один на один против мага шестого-седьмого ранга и победить, но это был предел. Уже маг восьмого ранга размазал бы владельца доспехов, не напрягаясь.

Теория Жакда, которую он опубликовал буквально за год до моей смерти в том мире, стала прорывом для многих военных проектов, не только для моего.

Мощности что оружия, что защиты взлетели очень резко. Даже маги десятого ранга утратили свое ультимативное преимущество. Как минимум, взять с наскока новые укрепления, в которых был применен каскад Жакда, они уже не могли.

Гонка вооружений с появлением каскада Жакда вышла на новый виток.

И, кстати, вполне возможно, что, если бы не разработка Жакда, наш мир уцелел бы. На моей памяти оружия, способного расколоть континенты, еще не было, но технически уже ничего не мешало его создать. И разработки сверхмощного оружия велись во всех передовых странах.

Впрочем, сейчас все это уже неважно.

Здесь эта история не повторится в любом случае. Для каскада Жакда требовалось много технологичных устройств, которых в этом мире попросту не было. И их сложность была на уровне компьютерного интерфейса, который позволял оцифровывать трехмерные полноцветные плетения.

В общем, не дорос этот мир до такого уровня. И еще долго не дорастет.

— А как вы попали к Тикту? — спросил Аргус.

— Ну, они первыми меня нашли, — замялся Диотале. — И предложили покровительство. Великий клан, как ни как. Я согласился.

Даже так? Не понял.

Ошибки совершают все, это нормально. Но при этом все нормальные люди способны признавать свои ошибки и спокойно о них говорить. А чужак сформулировал свой ответ так, словно ничего особенного с ним у Тикту и не случилось.

— И вас устраивало это положение дел? — приподнял брови Аргус.

— Ну… со мной хорошо обращались.

Мы с Аргусом переглянулись. Не знаю, как он, а я едва сдержал желание поморщиться.

Сама формулировка выдавала раба. Не по статусу — по психологии. Этот человек внутренне признавал себя рабом, а кого-то другого, соответственно, своим хозяином.

— Тикту вас отпустили? — ровно уточнил Аргус. — После смерти молодого главы клана вы не приносили никаких других клятв?

— Нет, — помотал головой Диотале. — Я свободен и могу присягнуть вам.

Ну приехали. Он не просто признавал себя рабом, он еще и намеренно искал хозяина. Даже получив свободу, он не собирался распоряжаться ею самостоятельно.

Ничего не понимаю. То ли нам конкретно не повезло с личностью чужака, то ли слишком многое осталось за кадром, где-то в глубине резиденции Тикту. Сломать можно любого. Это вопрос средств, времени и навыков.

И все это у великого клана наверняка было.

— Давайте пока остановимся на статусе гостя, — произнес Аргус. — Слуги покажут вам ваши апартаменты. Отдыхайте и приходите в себя. А попозже мы вернемся к этой теме, если у вас будет такое желание.

— Конечно, господин Сидхарт, — склонил голову Диотале. — Благодарю за заботу обо мне.

* * *

Я проводил взглядом чужака и задумчиво уставился на закрывшуюся за ним дверь.

— Я так понимаю, ты не захочешь видеть его в своем клане? — хмыкнул Аргус.

Я перевел взгляд на него.

— Нет, — ответил я. — Раб мне не нужен.

Пока этот чужак был фактически в плену у Тикту, я мог предполагать многое. До сих пор дураков среди пришельцев не было, но одна-единственная ошибка, — например, данная не тому человеку клятва, — это еще не приговор.

Лапанья, помнится, тоже изрядно сглупил в самом начале своей новой жизни и оказался жестко привязан к Тикси