В оковах пропасти (СИ) - "Server"

Регенерация — 3 (59:59)

Метаболизм — 9

Моторика — 2 (59:59)

Свободные очки — 0

Постепенно общая картина становилась намного лучше. И всё же, чтобы в полной мере почувствовать, как именно повлияли новые изменения на организм, требовалось подождать окончания усиления. На всех таймерах числился один час, а значит, уже скоро я мог освободиться от ещё одной доли своих телесных тягот, и стать сильней.

Глава 12

Пока я ждал окончания повышения параметров, мой разум погрузился в лёгкую фазу сна, где перед глазами опять замелькала бессвязная череда картинок. Теперь они выглядели чуть чётче, а некоторые даже двигались, как при видеосъёмке. В одном из них я ехал в пустом поезде и глядел в окно, однако звуки отсутствовали, словно их полностью вырезали из этого фильма воспоминаний. Снаружи валил снег, хлопьями засыпая белый настил земли, отчего казалось неестественно светло, хотя на улице стояла глубокая ночь.

Меня не интересовало, куда направляется состав и где остальные пассажиры. Я был готов пусть целую вечность смотреть на то, как танцует вьюга, и странное виденье услужливо продолжалось. Наверное, мне до сих пор не попадались воспоминания, которые длились бы дольше этого, но всему приходил конец. Ещё миг и в небе ярко сверкнуло, будто начался день, а на горизонте расцвела ядерная стяжка.

*Блык* — На секунду, в реальности, погасло комнатное освещение и тем самым прервало моё сновиденье.

В голове всё сразу перемешалось. Остался только снегопад и ощущение чего-то необратимого, всепожирающего и страшного. Забавно, на что был способен разум человека, не говоря уже о больном сознании зомби.

“Хрен поймёшь эти сны…” — Подумал я, и тут же заметил, что стал чувствовать себя по-другому.

Улучшение организма закончилось, а вместе с ним немного укрепилась моя личность. Я всё также не помнил большую часть своей жизни до заражения, касательно друзей, семьи, либо важных для меня моментов, но в то же время, ментальная преграда практически истончилась. Я мог свободно мыслить, считать от одного до ста и делать подобные умственные манипуляции, которые раньше являлись недоступными. Можно было сказать, что сегодня мне довелось забраться на одну из главных ступеней, и вернуть себе тот самый утраченный интеллект, коим я обладал, будучи человеком.

“Значит ли это, что девять-десять единиц параметров приравниваются к средним возможностям людей? Тогда надо ещё четыре ловкости, чтобы полностью вернуть себе подвижность? И применимо ли это к особенностям организма?” — Стал я задаваться более сложными вопросами, не испытывая затруднений.

Следовало предположить, что если метаболизм зомби превышал норму в несколько раз, то для моторики, восприятия и остальных особенностей организма, оптимальное значение находилось в пределах четырёх или пяти пунктов. Как всё обстояло на самом деле, я мог выяснить лишь со временем, когда появится наглядный пример.

Разумеется, за повышением параметров шёл сильный голод, так как ресурсы тела истощались. Поэтому я перекусил ветчиной и стал думать, чем же себя занять в остаток ночи. В итоге, мною было принято решение в кое-то веке искупаться. Набрать ванную не составило большого труда, но температура воды осталась неизвестной. Определять её на ощупь я не мог, да и не видел в этом особого смысла. Что горячее, что холодное, вряд ли сейчас принесло бы неудобство телу зомби.

Когда же я начал раздеваться, то по случайности нашёл в своём кармане мобильный телефон, о котором уже успел забыть.

“Он всё это время был у меня? Удивительно…” — Посетила меня мысль.

Тёмный, местами треснутый экран устройства казался мне очень узнаваемым. Теперь я имел возможность догадаться, что это именно «Телефон», а также помнил то, для чего он вообще предназначался и как им следовало пользоваться. И всё равно связанные с ним воспоминания давались слишком тяжело. Например, кому я когда-то мог звонить, полностью вылетело из моей головы. Подобная умственная реакция выглядела странно, словно первостепенное действие амнезии было направленно только на то, чтобы лишить человека привязанности к обществу. Там же закралась причина, почему я не помнил свою семью, даже вернув себе разум.

“Похоже, что он разряжен…” — Подумал я, предприняв пару попыток нажать на кнопку своими более-менее подвижными пальцами. — “Потом разберусь.”

Тем временем, после кофты подошла очередь снимать футболку. Однако ткань приклеилась к телу, как если бы я успел десяток раз пропотеть и высох. Наверное, так оно и случилось. Потребовалось постараться, дабы стянуть с себя футболку. С кроссовками я кое-как справился, ну и штаны уже умел расстёгивать.

Скорей всего, сейчас от меня ужасно пахло. Минувшая неделя нехило сказалась на гигиене. Мою кожу покрывал слой грязи, а волосы ещё больше слиплись и пожирнели. Само тело выглядело исхудалым, и что первое бросалось в глаза, так это неглубокий порез на плече. Оставалось неясным, где и когда мне удалось его получить, но я решил пока не задаваться этим вопросом. Главное, что гниение там не наблюдалось.

Осторожно забиравшись в ванную, я ощутил себя как-то непривычно. Давление стремилось вытеснить меня и поднять на поверхность воды, только вот её прикосновение к коже никак не чувствовалось. Как раз из-за этого я испытывал противоречивость. Мозг был обманут и требовалось время, дабы привыкнуть к новой среде. Тем не менее, когда я приступил к смыванию грязи, случилось кое-что ещё. Бело-серый контур, коим воспринималось моё тело, начал тускнеть и как будто исчезать.

“Что происходит? Неужели этот слой… Что-то вроде индивидуальной метки?” — Посетило меня предположение.

Вполне логично, что раз носители вируса могли по запаху отличать своих сородичей от живых людей, то существовал специальный фактор. Был ли это какой-то феромон, который выделялся вместе с потом, или же оно работало чуть иначе, я не знал. Впрочем, в противном случае, зомби нападали бы друг на друга и быстро самоликвидировались, если бы отсутствовала такая функция организма.

Пока я неспешно купался, мною также выявился ещё один момент. Погрузившись в воду с головой, я имел возможность просидеть без воздуха достаточно длительный промежуток времени. Узнать свой максимум не вышло, но сколько бы я не ждал, дискомфорт не наступал, а разум сохранял ясность. Значило ли это, что теперь наш мозг не зависел от кислорода? Тогда дыхание требовалось только для обоняния, на чём основывалось восприятие зомби. Вирус продолжал неведомым образом перестраивать органы, и всё же, следующий день показал мне, что увиденное ранее является сущим мизером.

После выхода из ванной, я приоделся в чистую одежду. На улице уже светлело, и так как в квартире было особо нечем заняться, мне захотелось наведаться в торговый центр. Спортивные штаны оказались немного великоватыми, а кофта подошла в самый раз. Моей обувью остались те же самые кроссовки, запыленные и потёртые, с грязными шнурками. Старую одежду я положил отмокать под кран, хотя мог спокойно выкинуть. Ещё следовало заметить, что контур моего тела постепенно восстанавливался.

“Еды пока хватает… Надо поискать ещё одежды и зарядку для телефона.” — Поставил я сам себе цель, когда завтракал.

У меня оставался проблеск надежды на то, что с помощью смартфона получится вспомнить кем я был раньше и всё остальное. В противном случае, мне бы пришлось уживаться с этими пробелами в голове, из-за которых я постоянно чувствовал себя неполноценным. Особенно мучительным являлось то, что ты вроде ходишь рядом и уже многое знаешь, но продолжаешь упускать самое главное.

Перед выходом я не забыл проверить профиль, что с недавних пор стало моей основной рутиной. Требовалось точно знать, сколько единиц опыта разделяет меня и следующее повышения уровня, дабы второй раз не нарваться на эволюцию, будучи снаружи. Конечно же, за половину ветчины и свиные рёбрышки, включая ночной перекус, я не получил большого прироста, поэтому бояться было нечего.