Петля для мага - Вячеслав Лавров

— Скажи мне, почему ты из двух братьев именно этого выбрала, — ехидно сморщив нос, спросил маг.

— Не могу объяснить, — замялась девушка, — но ведь это совсем другое.

— Всё едино, — прервал её Аристарх. — Знаки тому есть. Вы их иногда, не замечая, читаете, а я вижу.

Они вошли в дом, гонимые порывами свежего ветерка — предвестника ненастья. Почти сразу во дворе зашуршало. Через нарочно оставленную открытой дверь было видно, как под частыми струями дождя примялась трава, а кусты на краю леса зашевелились, как живые.

— Как по расписанию! — воскликнула Варя. — Вчера в это же время дождь начался.

— Почему «как»? — остудил её восторг Аристарх. — Вполне возможно, что кто-то для нас погоду подстраивает. Наступило время перекусить, а дождик пока травку польёт и другую зелень освежит.

— Что и такое возможно? — Костя недоверчиво поглядел на мага.

— В этом как раз ничего сложного нет, — ответил Аристарх и тут же повернулся к оживившейся Варе. — Вот только дилетантам экспериментировать с погодой не советовал бы, можно такого натворить, что потом и опытные люди исправить не смогут.

Маг встал перед дверью и начал бормотать что-то нечленораздельной.

— Всё, — удовлетворённо сказал он, закончив, заклинание, — не сможете вы с погодой играть. Я кое-что в защиту, поставленную вокруг двора, добавил.

— Мы что дети, что ли? — явно обидевшись, сказала Варя.

— Хуже, — Аристарх не собирался дипломатничать. — Костя, может, и не стал бы, а ты наверняка. Видел я, как глазки у тебя загорелись.

Дальнейшее обсуждение этой темы прервалось из-за появления Романа. Он вышел из лесу, раздвинув кусты, и не спеша направился к дому. Дождевые струи сантиметров за тридцать до его головы сворачивали в сторону, именно сворачивали, а не разбивались, рассыпаясь брызгами, как если бы натыкались на препятствие. Казалось, что картинка с Романом врезана в пейзаж искусственно.

— Надеюсь, без меня не начинали? — спросил он, появляясь на пороге.

— И мысли такой не было, — успокоила его Варя.

— Некоторые намекали, что дождь запущен для поддержания режима, — Костя скосил глаза на мага, — но братская любовь сильнее чувства голода.

Так с шуточками и прибаутками молодёжь стала готовиться к обеду. Роман, продемонстрировав ещё раз свой зонтик, сходил в амбар, Варя разожгла в печи огонь, а Костя, разложив продукты на единственном столе, занялся готовкой. Аристарх, прихватив одну из лавок, переместился к окну.

— А на чьей стороне мы: хороших или плохих, — невинно спросила Варя, помогая Косте нарезать овощи, стараясь этим провокативным вопросом втянуть Аристарха в философскую дискуссию.

— Надоели мне все эти истории типа: две девочки хорошая и плохая сидели на балконе…, - сказал Аристарх, двигаясь на лавке и освобождая место Роману, посчитавшему после возвращения из амбара свой долг по участию в приготовлении обеда выполненным.

— Не знаю такой истории, — попалась на удочку любопытная журналистка.

— Ну, как же, — маг, явно, был доволен. — Сидят они, значит, на балконе и плюют на голову прохожим. Плохая попала два раза, а хорошая — пять. Вот так всегда — добро побеждает зло.

Роман заржал, а Варя, сообразив, что её разыграли, скептически поджала губы. Костя не рассмеялся только из чувства солидарности к подруге, но и он не смог сдержать невольной улыбки.

— Любой серьёзный вопрос можно свести к шутке, — девушка не хотела сдаваться. — Мне просто хочется знать, что нам предстоит.

— Насчёт плохих и хороших, — Аристарх выглядел уже серьёзным и даже немного разозлённым, — я тебе отвечу, когда ты объяснишь мне: хорошо это или плохо принести в жертву ребёнка, чтобы спасти несколько тысяч людей от голодной смерти, которой грозит им не прекращающаяся засуха?

— Почему именно ребёнка? — голос Варвары бал глухой и немного растерянный.

— Не обязательно, конечно, — маг пожал плечами, — можно человек сто взрослых под нож пустить. Жизненной энергии освободится примерно столько же. Но дело-то не в этом.

— Похоже, мы другую сторону магии увидели, — вставил слово Костя. — Может технологии не так уж и плохи.

— Это ты детям Хиросимы скажи или жителям Припяти, — проворчал Аристарх. — Можно и пострадавших в Бхопале вспомнить. Да ни один самый ужасный демон не может похвастаться такими достижениями.

В комнате воцарилось молчание. Варя с Костей, как автоматы, продолжали что-то делать, но настрой пропал. Дождь, тем временем, кончился, и Аристарх вышел во двор. За ним следом потянулся и Роман.

— Не слишком резко? — спросил он мага.

— Не бывает правды приятной для всех, — вместо ответа сказал Аристарх. — А если ты беспокоишься о настроении, то не забывай, что я маг.

Действительно, когда Варя позвала их к столу, в доме уже была прежняя лёгкая атмосфера. Роман поймал себя на том, что и он уже не думает о неудачной философской дискуссии, а мечтает пропустить рюмку — другую подо что-то очень аппетитно пахнущее, извлекаемое Варварой из печи.

Глава 15 Ритуал

Наутро к домику заявилась целая делегация во главе с Аксисом. Несколько другие пропорции конечностей, в остальном лемурийцы ничем не отличались от людей. Одежда из узла (там оказались три комплекта) оказалась всем впору. Но обуви не оказалось, пришлось идти босиком. Только Аристарху не достался балахон, но он не сильно переживал.

— Я сам отказался, — успокоил он Варю, возмущённую такой дискриминацией. — Церемонию видел, а молиться чужому богу как-то не к чему.

Гостей усадили в крытые носилки похожие на паланкины, но с окнами, открытыми во всех направления. Лемурийцы подхватили носилки за ручки, и караван плавно взмыл вверх. Далеко внизу еле заметная с такой высоты фигурка Аристарха махала им вслед рукой.

Лететь пришлось недолго. Вскоре вдали показалась отдельно стоящая гора, и по направлению полёта стало ясно, что они летят именно туда. Казавшаяся не очень большой вблизи она выросла до приличных размеров. Верхушка и бока были покрыты лесом, а перед взором путешественником предстала огромная скалистая стена с лестницей, ведущей от подножия к высоким дверям где-то на середине обрыва.

Вместо того чтобы продолжить полёт, лемурийцы спланировали к основанию лестницы и, продолжая держать на плечах носилки, стали по стойке смирно, глядя вверх.

Двери распахнулись, и шесть человек в развевающихся на ветру балахонах вышли из них и встали по обе стороны лестницы. Потом, как по команде, они достали из-за спины огромные витиеватые рога и поднесли их к губам.

Даже на таком расстоянии Роман заметил, что рога эти не могли принадлежать ни одному из земных животных. Монстр, обладавший таким вооружением, пожалуй, мог бы забодать слона.

В воздухе поплыли хриплые заунывные звуки, как будто само это животное жаловалось на свою печальную судьбу. Из дверей вышли несколько человек и расположились полукругом на площадке, лицом к гостям.

Носильщики двинулись вперёд. Как только передние достигли лестницы, то начали плавно с каждой ступенькой опускать носилки вниз, так чтобы те всё время находились в горизонтальном положении. Роман знал, что магией тут не пользовались, и можно было только удивляться их физической выносливости: лестница была далеко не короткой.

Когда шествие достигло площадки, встречающая делегация расступилась, пропуская его внутрь. Аксис отошёл в сторону и присоединился к десяти жрецам. Тут только до Кости и Вари дошло, что это и есть Совет одиннадцати, о котором они уже слышали.

Носилки пронесли через весь огромный зал, внутри которого вполне мог разместиться средних размеров стадион какого-нибудь областного города вместе с футбольным полем и трибунами. Наконец в конце зала носилки опустили на возвышение, похожее на сцену, и подоспевший Аксис лично помог гостям выбраться наружу.

Потом он деликатно расставил их на сцене, так что земляне образовали треугольник одной из вершин глядящий в зал. В этой точке на краю сцены Аксис поставил Романа и по ступенькам спустился вниз, чтобы присоединиться к остальным членам совета.

Снова взревели рога, и в закрытом помещении, хотя и огромном, рёв этот звучал оглушающе. Как оказалось, это было приглашением для остальных лемурийцев зайти в храм.

В том, что это храм не могло быть никаких сомнений. Даже Костя и Варя, не получившие предварительно, как Роман, никаких объяснений сразу поняли это. Разноцветные сталагнаты обработанные талантливым художником образовывали целые скульптурные композиции людей, богов и неведомых существ, которые в неверном освещении факелов, развешанных по всему залу, оживали и начинали шевелиться. Потолка не было видно, он терялся где-то в темноте.

Тем временем храм заполнился людьми, а справа от гостей, на другом возвышении служки развели огонь в огромном очаге и принесли животное похожее на барана, положив на невысокую прямоугольную площадку, расположенную метрах в трёх от очага. Животное не было связано. Оно смотрело прямо перед собой, периодически моргая, но не делало никаких попыток сбежать или хотя бы подняться.