Огненные сердца - Линда Сэндифер

Дженна наблюдала за рабочими, испытывая смешанное чувство изумления и восхищения. Здесь она представляла всесильного Соломона Ли, но постоянно опасалась, что ее приказам могут не подчиниться. С Ченсом Кайлином никто не осмелился бы спорить. Одного взгляда его холодных зеленых глаз было достаточно, чтобы любой человек задумался, прежде чем возражать ему. Пусть втайне Ченс и Дженна оставались врагами, при посторонних он играл роль ее партнера. Дженна уже не раз порадовалась его помощи. За эту дорогу Ченс готов был отдать свою жизнь, а Дженна понимала, чего стоит такая преданность.

Палатки были раскинуты на лугу, в стороне от дороги. Дженна и Ченс молча въехали в лагерь, разыскивая Айвса и Генри, поскольку с рабочими их не оказалось.

Дженна уже рассказала Ченсу, что его назначение вряд ли будет воспринято с радостью Айвсом, Лиманом и Генри, которые считали, что компания может обойтись без инженера. Поскольку это решение было принято без их одобрения, Дженна готовилась ко всяческим неожиданностям.

Патерсона они нашли нежащимся под холщовым тентом. Он взглянул на Ченса, явно удивленный его присутствием, но еще больше изумился, увидев Дженну. Он помог ей спешиться и поцеловал в щеку. Дженна приветствовала Генри такой улыбкой, которую Ченсу еще не доводилось видеть. Оба они обменялись любезностями, главным образом касающимися здоровья, и, конечно, Патерсон не преминул заметить, указывая на кобуру на бедре Дженны:

— Вот уж не думал, что когда-нибудь увижу тебя с оружием, Дженна. Или ты просто решила насладиться красотами Дикого Запада?

Она усмехнулась.

— Как это ты догадался, Генри?

— Давай поговорим серьезно, Дженна. Зачем тебе оружие?

— Так, на всякий случай. Я решила, что на этот раз кольт подойдет мне больше, чем дерринджер.

— По-моему, твой спутник мог бы защитить тебя, — возразил Патерсон и обратился к Ченсу: — Если не ошибаюсь, вы вытащили Соломона из реки. Кажется, ваша фамилия Кайлин?

Ченс кивнул:

— Вы правы. Я Ченс Кайлин.

— Должно быть, направляетесь к своему руднику и решили проводить Дженну? Я благодарен вам. Женщинам ни к чему путешествовать в одиночестве в таких местах.

Генри обернулся к Дженне.

— Сколько ты намерена пробыть здесь?

Дженне было нелегко сказать давнему другу, что ему предстоит лишиться всей полноты власти. Ей не хотелось уязвлять гордость Генри, но она была согласна с дедом: компании был необходим опытный инженер, чтобы закончить постройку дороги.

— Я приехала не в гости, Генри, — произнесла она. — И с мистером Кайлином встретилась не случайно. Мы оба останемся здесь.

Изумление Генри немедленно сменилось настороженностью. Дженна поспешила объяснить:

— Как тебе известно, мистеру Кайлину принадлежит рудник Вапити. Но ты не знаешь, что он опытный инженер-строитель. Разумеется, когда дедушка выяснил это, он нанял мистера Кайлина на место Уэстбрука. А меня дедушка попросил на время заменить его самого.

Дженна знала: ей следует сообщить, что Ченсу также принадлежит половина дороги, но последствия этих слов могли стать подобными взрыву. С этим следовало разобраться позднее.

За все годы знакомства с Генри Дженна заметила в нем всего один недостаток: он моментально выходил из себя. Сейчас могло произойти то же самое.

Голубые глаза Генри блеснули.

— Приятно слышать, что Соломон не сидит без дела. Полагаю, именно из-за Кайлина ты уезжала в горы, Дженна.

Дженна предпочла не обращать внимание на его язвительный тон.

— Да, ты прав.

— Но почему мне никто не сказал об этом?

— Потому, что дедушка понимал — ты ни за что не согласишься с его решением. А он сейчас не в состоянии спорить.

Генри устремил взгляд на Ченса — на этот раз в его глазах не было и тени дружелюбия.

— Полагаю, будет любопытно посмотреть, как рудокоп справляется со строительством железной дороги. Надеюсь, Кайлин, что вы действительно инженер. Заходите, я познакомлю вас с нашим мастером.

Дженна с Ченсом прошли в палатку. Она оказалась скудно обставленной: посредине стоял старый узкий стол и несколько деревянных стульев, в углах виднелись три кровати, накрытые шерстяными одеялами, и несколько ящиков, наполненных всевозможными вещами — начиная с одежды и кончая оружием. На столе были расстелены карты, прижатые по углам кружками и пепельницами. Поверх карт лежал ворох бумаг с колонками цифр.

Лимана не было, а Айвс сидел у стола, попивая кофе. Услышав объяснения Генри о цели прибытия Дженны и Ченса, он удивленно изогнул брови и слегка прищурил черные глаза.

Ни один из мужчин не поздоровался с Ченсом, не подал ему руки. Дженна не ожидала теплого приема, но надеялась, что, по крайней мере, Генри отнесется к Ченсу достаточно любезно. Должно быть, вопрос о месте инженера на строительстве дороги волновал Генри сильнее, чем казалось Соломону. Дженна ощутила вину за то, что позабыла о чувствах друга. В конце концов, друзьям полагается помнить об этом.

Чувствуя, что пора нарушить неловкое молчание, Дженна прошла к столу и с деланным интересом посмотрела на карты.

Генри подошел к ней, внезапно утратив всю сдержанность.

— Черт побери, Дженна, что за нелепость! Прости, но я не могу согласиться с решением Соломона, не могу допустить, чтобы ты осталась здесь. Это же лагерь рабочих! Женщине здесь не место. Здесь неуютно, грязно, полно мужчин. Он совершенно напрасно подвергает тебя опасности. В конце концов, мы наймем курьера, чтобы быстрее доставлять сюда распоряжения Соломона! — Генри бросил на Ченса злобный взгляд. — Тем более, что с новым инженером Соломону останется только сидеть и ждать, пока мы достроим дорогу. Неужели он не доверяет нам? Или он прислал тебя, чтобы следить за нами… чтобы убедиться, что мы выполняем его приказы?

Как обычно, Айвс оставил свое мнение при себе, но, судя по виду, был согласен с Генри. Дженна всегда недолюбливала Айвса за его холодное пренебрежение ко всем и всему. Соломону тоже не нравился этот человек, но пока Айвс оставался исполнительным служащим, Соломона он устраивал.

Дженна совершенно растерялась и с облегчением вздохнула, когда на помощь ей пришел Ченс.

— Нет, она прибыла сюда не за тем, чтобы следить, — спокойно ответил он, пряча угрожающий блеск в глазах. — Она всего лишь доверенное лицо Соломона Ли, владельца половины железной дороги. Вторая половина принадлежит мне. Контракт был подписан не далее как вчера. Мне все равно, как вы к этому отнесетесь. А теперь приступим к делу. Начнем с чертежей Уэстбрука.

Очевидно, последний довод оказался не в пользу Ченса.