Книга Атруса - Робин Миллер

– Арка Керафа, – с гордостью сказал Ген, глядя на нее.

– Кераф… – прошептал Атр, ощущая трепет при одном упоминании имени героя сказок своего детства.

– Все монархи Д'ни проплывали под этой аркой, – продолжал Ген. – Их отсылали на южные острова учиться искусству властвовать, а потом, через год, привозили обратно, чтобы короновать прямо в гавани, перед Казначейством. Миллионы человек видели эту церемонию, а после нее празднества растягивались на целый месяц.

«Однако арку назвали в честь Керафа, – подумал Атр. – Потому что он был величайшим из властителей».

Пока лодка медленно проплывала под аркой, Атр видел, что каменные блоки, составляющие ее, покрылись пятнами и щербинами, постарели, но не так, как стареют пустынные камни от песка и ветра, а подобно коже, постепенно покрывающейся морщинами.

«Эта арка простояла здесь бесчисленное количество лет», – думал Атр, вспоминая легенду о Керафе, вернувшемся в Д'ни верхом на гигантском ящере. Теперь, разумеется, мысленный образ несколько изменился: Атр представлял себе Керафа возвращающимся не по пустыне, а по морю, и ящер, возможно, мирно сидел рядом с ним в лодке.

Эта мысль заставила его нахмуриться. В чем еще он мог ошибиться? К примеру, Тре'-Меркти, Земля ядовитых вод, – существует ли еще она? Он обернулся к отцу, но прежде, чем успел задать вопрос, Ген сам заговорил с ним:

– Первое время, Атр, ты должен держаться ко мне поближе и никуда не отходить. Сегодня нам надо завершить поиски только в одном из кварталов города.

Ген указал вправо, на кварталы города, ближайшие к гавани.

– Там мы и будем искать, в округе Й'Та-эри. Если повезет, мы найдем то, что ищем, в Публичной библиотеке.

Атр кивнул и пересел на нос, наблюдая, как медленно приближается город. Прямо перед ним массивные стены из потрескавшегося белого мрамора располагались тремя ярусами, похожими на гигантские ступени над гаванью.

На передней из них некогда помещалось несколько огромных статуй, каждая во много раз превышала человеческий рост. Из статуй уцелело всего две, но и они потрескались и могли обрушиться в любой момент. Остальные упали с пьедесталов и теперь либо лежали в виде горы мраморных обломков, либо покоились на дне гавани. Их простертые руки размером с колонну выступали над мерцающей поверхностью воды.

За статуями, на другом конце огромной площади, сохранилось нечто вроде храма с портиком – пятнадцать белых каменных колонн, поддерживающих остатки массивного купола. За храмом вверх взбирался террасами город – ярусы, здания, мощеные тротуары и изогнутые арки.

Издалека город выглядел беспорядочной грудой камня, но вблизи взгляду представало поразительное разнообразие и изящество строений. Даже цвет камня менялся – глаз отмечал это, путешествуя по мешанине стилей и форм: на нижних ярусах преобладалгрифельносерый, тускло-красный и бурый, а на верхних – черный с красными прожилками. Из такого же камня были выстроены особняки на островах и Внутренние Врата.

Но, помимо всего прочего, вблизи было отчетливо видно, какому опустошению подверглась столица Д'ни. Куда бы ни взглянул Атр, он замечал руины. Здесь и впрямь не оказалось ни одного уцелевшего здания.

Он отвел глаза, уставившись в прозрачную воду. Глубоко внизу он разглядел остатки целого флота купеческих судов, некогда стоящего в гавани. На такой глубине суда казались иллюзией, игрой воображения.

– Этот народ погиб от землетрясения? – спросил Атр у отца.

Ген не ответил ему, подводя лодку к одной из толстых каменных колонн, поддерживающих причал. Он остановил легкое суденышко у самой колонны. С причала свисала веревочная лестница.

Обернувшись к Атру, он подал знак подняться вверх по лестнице и взялся за нижнюю ступень, придерживая ее. Затем, когда Атр оказался на причале, отец привязал лодку и поднялся по лестнице сам.

Атр сделал несколько робких шагов по причалу, ошеломленный размерами окружающих его строений еще больше, чем когда разглядывал их, приближаясь к гавани. Он повернулся к арке Керафа, величественно возвышающейся над чашей гавани, а затем снова огляделся.

В эту минуту на причал выбрался Ген.

– Идем, Атр, не будем терять времени, – он указал через площадь в сторону полуразрушенного купола. – Нам вон туда.

Должно быть, когда-то эту площадь содержали в безукоризненной чистоте, но теперь ее усеивали обломки камня, упавшие с верхних ярусов. Местами мраморные плиты были прошиты зигзагообразными трещинами, кое-где попадались воронки.

Здание Казначейства было неопровержимым свидетельством запустения. Две трети гигантского купола исчезли, только три из пятнадцати пролетов крыши остались на месте, прочные двери сорвались с петель. Очевидно, комнаты и коридоры изнутри пострадали от пожара задолго до того, как обрушился купол. Над головой на фоне неба выделялись обугленные балки.

Атр повернулся к отцу, недоумевая, что им понадобилось среди этих руин, но Ген шагал вперед не оглядываясь, решительно пересек главный коридор и повернул направо, в небольшую заднюю комнату здания.

Комната напоминала кухню.

Атр наблюдал,Катраный предмет. Послышался негромкий скрежет, словно что-то раздвинулось внизу, под полом комнаты.

На миг улыбка осветила лицо Гена. Он пересек комнату и, встав рядом с длинной каменной скамьей, положил обе ладони на стену, двигая ими туда-сюда, словно что-то искал.

Наконец с возгласом удовлетворения он напрягся и толкнул стену, и сразу же целая плита подалась вглубь и отъехала в сторону, скрывшись в каменной нише.

На месте плиты открылся неосвещенный коридор, уходящий в каменную толщу.

Все это произошло так быстро, что некоторое время Атр стоял как вкопанный, недоверчиво покачивая головой.

Повернувшись, Ген поманил его.

– Иди же скорее, Атр! Чего ты ждешь? Атр шагнул в проем и тут же остановился в кромешной темноте.

– Вот. – Ген вложил ему в руки фонарь и огненный шарик.

Атр наклонился, пристроил фонарь на колене, поднес к нему огненный шарик и, дождавшись, когда фитиль разгорится, снова выпрямился. Повернувшись, он посмотрел, как отец разжигает свой фонарь.

В ядовито-синем отблеске глаза Гена казались огромными и зловещими. Глядя в них, Атр понял, каким чужим человеком остался для него отец даже после нескольких недель, проведенных вместе. Он до сих пор почти ничего не знал о Гене.

– Я пойду вперед, – заявил Ген, по-видимому не подозревая, какие мысли одолевают его сына. – А ты не отставай, Атр. Эти туннели – настоящий лабиринт. Если ты отстанешь и потеряешь меня из виду, тебе никогда не выбраться отсюда самому.

Атр беспокойно кивнул и, когда отец протиснулся мимо него и начал путь по наклонному изгибающемуся туннелю, торопливо последовал за ним.