Отпуск в Италии - Хелен Брукс

Дженни попробовала настоять, чтобы Блейн отвез Мэйзи, но она отказалась, объяснив, что уже заказала такси, а прощаться в аэропорту ей не хочется, потому что она боится расплакаться при людях. И никто не услышал, как в замке входной двери повернулся ключ.

— Блейн! Я не знала, что ты приедешь, — воскликнула Лилиана.

— Я приехал, чтобы отвезти Мэйзи в аэропорт.

Его голос был спокоен, лицо невозмутимо, и одет он был безупречно. Но выглядел он утомленным, и мешки под глазами были такими, будто он не спал несколько дней.

— Спасибо, но разве ты не получил моего сообщения? Я заказала такси, — сказала Мэйзи, прижимая к глазам носовой платок.

Как некстати! Он запомнит ее с пятнистым лицом и красным носом. Не такой хотелось ей остаться у него в памяти…

— Я отменил заказ.

Мэйзи смотрела на него, ничего не понимая. Ей захотелось рассердиться на него за такое своеволие и отказаться ехать с ним, но при его родителях и Лилиане она не могла так поступить. Да и не чувствовала она себя сердитой. Она чувствовала себя лишенной своего счастья и была готова сесть и завыть, как Хэмфри.

— Что это с ним? — спросил Джузеппе.

— Он не хочет, чтобы Мэйзи уехала. — Дженни отвечала ему, но смотрела на сына. — Он знает, что никто ему ее не заменит.

Блейн быстро взглянул на мать.

— Он скоро привыкнет.

— Я в этом сомневаюсь. — В голосе Дженни звучала грусть. — Он дарит свое сердце не каждой женщине.

Блейн отвернулся.

— Это твои вещи? — задал он ненужный вопрос, поднял чемодан и сумку Мэйзи и направился к машине.

Дженни крепко взяла Мэйзи за руки.

— Будьте счастливы, — сказала она тихим голосом. — И обещайте, что еще приедете навестить нас.

Мэйзи не могла этого обещать. Она попыталась улыбнуться, но губы ее дрожали.

— Надеюсь, с Хэмфри все будет в порядке.

— Я тоже. — Дженни еще сильнее сжала руки Мэйзи. — Я ведь ничего не знала. Мне так жаль.

Джузеппе стоял, озадаченно глядя на них. Он не понимал, о чем они говорят. Лилиана вдруг засуетилась, кинулась в кухню, сразу же вернулась и вручила Мэйзи пакет, в котором лежали бутерброды, фрукты, пироги и плитки шоколада.

Погладив Хэмфри в последний раз, Мэйзи пошла к машине следом за Блейном. Дождь все лил. Когда она скользнула в «феррари» и Блейн закрыл дверь, Мэйзи показалось, что она смотрит на родителей Блейна и Лилиану через завесу слез, бегущих вниз по окну машины.

Они молчали, пока не выехали на дорогу к аэропорту. Тогда Блейн передал ей свой белоснежный носовой платок, потому что ее платок уже промок.

— Ты же не думала, что я дам тебе уехать, не попрощавшись, mia piccola?

— Так было бы лучше, — прошептала она, когда смогла обрести дар речи.

— Нет, не лучше. Я не спал с того момента, как мы расстались, ты это знаешь?

— Что ты хочешь от меня услышать?

— Что ты передумала. Но на это нет никакой надежды. Невозможная женщина. Невозможная ситуация.

— Мы уже все обсудили.

Мэйзи не могла начинать разговор сначала. Он все равно не скажет, что не может жить без нее.

— Да, знаю. Я не мог не попрощаться с тобой. В последний раз, когда мы виделись, — он ударил кулаком по рулю, — все ужасно запуталось. Мэйзи постаралась унять дрожь в голосе.

— Да, мои чувства к тебе отличаются от твоих чувств ко мне, и о будущем у нас разные представления. Но мы оба честно и открыто сказали друг другу все. Я никогда не считала достойным заметать пыль под ковер.

— Милая, честная, храбрая Мэйзи.

Он проговорил это едва слышно, и в тоне его прозвучала скорее жалость, чем гнев.

Мэйзи отвернулась и стала смотреть в окно. У нее на сердце было невыносимо тяжело. Через несколько минут она призналась:

— Я буду скучать по Хэмфри. И по твоим родителям и Лилиане, конечно.

Он молча кивнул. Мэйзи про себя молилась, чтобы Господь дал ей силы спокойно попрощаться с Блейном. Она не будет плакать и цепляться за него.

В аэропорту она сказала:

— Ты не обязан идти со мной. Я прекрасно справлюсь сама.

— Не будь смешной.

Он взял ее чемодан и сумку. Дождь прекратился несколько минут назад, и в воздухе пахло мокрым бетоном, нагретым солнцем. Отныне этот запах всегда будет напоминать Мэйзи о самом горестном моменте ее жизни.

Когда багаж был сдан, Блейн настоял, что угостит Мэйзи кофе. Она не могла понять, какие чувства Блейн скрывает под бесстрастной маской, в которую превратилось его лицо. Но это помогало ей оставаться сильной, и это было главным. Если бы он начал убеждать ее остаться, говорил нежные слова или обнял ее, держать себя в руках ей было бы значительно труднее…

И затем пришло время пройти на посадку. Он шел с нею до двери и там передал ей пакет Лилианы. Мэйзи била дрожь, с которой она не могла справиться, но оцепенение мыслей позволило ей спокойно произнести:

— Я буду скучать без тебя. Береги себя.

И она вручила ему небольшой плоский пакет, завернутый в бумагу.

— Что это?

— Просто сувенир в благодарность за то, что ты так заботился обо мне. — Удалось! Удалось сказать и не разреветься! Осталось продержаться всего несколько секунд. — Только не открывай сейчас.

— Спасибо. — Его голос прозвучал хрипло. — В этом не было необходимости, но спасибо.

— До свидания.

Она поцеловала его в щеку и отшатнулась. Если бы она обняла его, ее пришлось бы силой оттаскивать от Блейна.

Наверное, он понял ее состояние, потому что не пытался ни поцеловать, ни обнять ее. Они секунду смотрели друг на друга, а потом она повернулась и пошла по коридору.

Перед поворотом она оглянулась и увидела, что он стоит и смотрит ей вслед. Пакет он держал, будто раненую птичку.

Глава двенадцатая

До того самого мгновения, когда самолет поднялся в воздух, Мэйзи надеялась на чудо. Вдруг Блейн окажется в самолете и скажет, что в последний момент купил билет, потому что наконец-то понял, что не может жить без нее? Или что по радио будет передано сообщение:

— Мэйзи Бернс, ты согласна выйти замуж за Блейна Морозини?

Конечно, ничего подобного не произойдет, грустно думала Мэйзи, пока самолет пробивал толщу облаков. Потому что жизнь — это реальность, а не сказка, не кинофильм и не роман, где обязательно будет счастливый конец.

Тень улыбки коснулась ее губ. Нет, на самом деле хорошо, что она будет жить одна. О, как она хотела бы приехать не к Сью, а в свой собственный дом! Дом, где она могла бы тайком зализывать раны и быть столь несчастной, какой должна была быть.

Сью встретила ее в аэропорту. Мэйзи было странно снова стоять на земле Англии. Нет, не странно. Ужасно. Она чувствовала себя так, будто была вырвана из своего настоящего дома и перенесена в незнакомое место.