Голубые Крылья (СИ) - Алексеев Владислав Владимирович "Radical"

Как оказалось, мимо нашего города проходили странствующие отшельники, которые решили ненадолго остановиться у нас, чтобы пополнить припасы. Подобные гости являлись довольно редким явлением, что вполне объяснимо, ведь общая численность населения на планете все еще была довольно низкой, и далеко не каждый предпочитал постоянно перемещаться, особенно такими группами. Со времен моего прибытия разного рода путешественники появлялись лишь пару раз, и задерживались совсем ненадолго, исчезая в закате через пару дней. Чаще к нам приходили торговцы из небольших селений или племен неподалеку, до ближайшего из которых около недели пути. Тем не менее, откуда столько внимания к гостям? Просочившись сквозь толпу, моему взору представилось необычное зрелище. На деревянных столах разложены диковинные товары: шкуры редких зверей, драгоценные камни, остро заточенные кремешки неизвестной мне черной породы, а также изделия ручной работы. Цена за подобные вещички довольно высокая, но и купить их можно за вполне распространенные ресурсы. Так, кочевники принимали шкуры мелких зверей, вяленое мясо, крупу хорошего качества и тому подобное, складывая свой навар в сумки здоровенных вьючных коней. Но мое внимание привлекло не это, ведь подобная роскошь никогда не вызывала у меня интереса. В глаза мне бросился необычный цветок, переливающийся ярким бирюзовым цветом, словно он был соткан из сияющих лунных бликов. Несмотря на то, что он вырван из земли, ему удавалось выглядеть на удивление свежо, будто его только что взяли с местного сада. Он лежал прямо и гордо, одаривая своим слабым мерцанием взоры очарованных им детишек, столпившихся вокруг растения.

— Сколько это стоит? — спросила я, указывая на цветок.

Один из кочевников слегка завис, а мои сожители по городу, стоявшие рядом, быстро повернулись ко мне. Поначалу мне было не совсем понятна причина удивления, но оглядевшись вокруг, я заметила, что все общаются с кочевниками либо жестами, либо безуспешно пытаются использовать простые слова, смысл которых, скорее всего, доходил постепенно. Моя же речь подсознательно перешла на тот язык, который является родным для этих странствующих торговцев.

— Поразительно, здесь девушка из наших южных краев!

Остальные кочевники начали подтягиваться ко мне.

— Нет-нет, вы не так поняли, я просто… Впрочем, ладно, забудьте…

Действительно, не так легко объяснить им почему я могу говорить на любом языке, это будет звучать немного нелепо, а желание что-то доказывать, демонстрируя свое бессмертие, у меня начисто отсутствовало.

— Так сколько стоит этот цветок?

— У вас хороший вкус! Этот цветок волшебный и невероятно редкий! Его лепестки состоят из чистой энергии, которая продлевает существование даже вне земной почвы. Честно говоря, мы сами не знаем, сколько он будет жить, но с нами это чудо уже несколько лун, и, как видите, прекрасно сохранилось.

— Волшебный? Впервые такое вижу, — недоумевала я.

— Именно! Нам его подарили представители одной необычной человекоподобной расы, которую мы встретили в ходе наших странствий. Эти удивительные существа способны творить чудеса прямо из воздуха, а в их городе подобные растения на каждом шагу.

Честно говоря, после встречи с местным богом шесть лет назад, мне слабо верилось в подобные рассказы, но я не могла не спросить, хотя бы из интереса:

— А где находится этот город?

— Хороший вопрос. Мы нашли его совершенно случайно, и можем заверить, что спрятан он очень хорошо. У нас имеются карты, которые мы составляли в ходе наших странствий, но даже с ними путь будет очень долгий и трудный. Купите лучше наш цветок! Такой прекрасной девушке мы отдадим его всего за несколько хороших оленьих шкурок.

— Ты чего, — пихнул его другой кочевник. — Отдавать такую ценную вещь почти задаром? Бери минимум десяток!

Естественно, исчислений на тот момент не было, и продавец просто показал десять пальцев на своих здоровенных руках.

— Я дам полтора десятка шкур за цветок и карты.

— Наши карты не продаются, они…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Но моего привычного собеседника опять прервал его товарищ.

— Идет, мы сделаем копии, но придется подождать до вечера.

Я кивнула, и уже хотела бы пойти до своего дома в третьем округе, но меня мигом остановили жители моего города. Как оказалось, языковой барьер сильно мешал торгам, и многие хотели воспользоваться моими услугами переводчика. Пришлось ненадолго задержаться, чтобы оказать помощь.

На тот момент мне самой еще не до конца было понятно, что происходило в моей голове. Разумеется, я не верила в необычное происхождение этого цветка и существование подобной расы, но, когда мой мозг услышал эту историю, он тут же был полностью ей поглощен. Что, если этот город и правда существует? Вдруг, это мой новый шанс прорвать пучину тьмы внутри своей души и, наконец-то, найти ответы? Если честно, меня итак посещало желание покинуть это место. Я знала, что сильно об этом пожалею, а также разочарую свою близкую подругу, но проводя свою жизнь здесь мне придется потерять всякую надежду на спокойствие. Это клетка, в которую я сама себя посадила. Тем не менее, ради себя самой и других мне приходилось вынуждать себя оставаться, в надежде что однажды у меня получится свыкнуться со своим положением и просто продолжать размеренное существование.

Истерзанная душа всегда отчаянно ищет свет.

Я сидела в своем домике в полном одиночестве. В моей левой руке красовался переливающийся бирюзовый цветок, и меня не отпускало странное ощущение, что внутри него что-то пульсировало, словно он живой. Передо мной на каменном столике лежала копия карты, которую сделали для меня кочевники. Она была сильно сжатой, но показывала много различных природных объектов, от гор и больших водоемов до других человеческих городов, которых здесь присутствовало несколько штук. Раса, о которой рассказывали путешественники, именуется де́фиксами, и живут они в городе со звучным названием "Бри́нбург"». Решение уже принято, завтра я собиралась отправиться в путь, осталось лишь придумать, как это сделать. Если скажу Мие, она меня не простит, но уйти, не попрощавшись, тоже не вариант, ведь кто знает, с чем мне доведется столкнуться.

Дверь в мой дом открылась. Я мгновенно спрятала карту, оставив в руках лишь цветок. Такой мерцающий атрибут все равно быстро не укрыть от чужих глаз. Моим гостем, естественно, оказалась Мия.

— Рэвери, ты здесь?

— Да, я тут, — ответила я.

— Я тебя уже давно жду…

И правда, несмотря на то, что я думала о своей подруге, как-то совсем вылетело из головы, что сегодня она у нее очень важный день.

— Прости, немного задумалась о своем, пойдем посмотрим, что у тебя получилось.

— Что с тобой? Все хорошо?

Видимо, мои эмоции были написаны на моем лице, потому что Мия смотрела на меня с тревогой и беспокойством.

— Не бери в голову, со мной все в порядке.

— Что это такое? — внезапно спросила она, показывая рукой на цветок.

— Выменяла на шкуры у странствующих кочевников.

Я рассказала ей о наших гостях, не упоминая при этом, откуда этот цветок, и, соответственно, о наличии у меня карты. Мия пыталась спрашивать меня где отшельники взяли столь чудесное растение, на что мне пришлось соврать, рассказав, как они нашли его на вершине какой-нибудь небольшой горы. Кажется, она мне поверила.

В хижину знахаря мы прибыли достаточно быстро. Находилась она во втором округе, прямо между нашими домами. Я принялась осматривать пациентов, опрашивая их о текущем состоянии, и задавая вопросы Мие о том, в каком виде они были и что она предприняла для их лечения. Девушка отвечала на все уверенно и без запинки, порой выдавая длиннющие тирады о том, как она внезапно вспомнила или догадалась сама до какого-то сложного решения. Будучи поглощенная описанием своих действий, Мия восторженно, словно восхваляя саму себя, детально рассказывала о всех тонкостях своей работы знахаря. Слушая ее, я все больше убеждалась в том, что она действительно готова стать тем, кем мечтает, и, скорее всего, эта готовность имелась у нее уже достаточно давно. Ни единой ошибки даже в самых сложных, на мой взгляд, случаях. Конечно, некоторые решения расходились с моим представлением о том, как следовало бы поступить с больным, но на качество результата это не влияло. Моя подруга прошла испытание идеально. Единственный минус, пожалуй, заключался в том, что иногда она слишком усложняла процесс. В некоторых довольно простых случаях, в том числе и тех, где пациент вряд ли был болен в принципе, она назначала более сложные лечения, требующие больших расходов ресурсов. Я подметила этот факт, но не стала винить ее за подобное, похвалив за то, что она действует более надежно во благо страждущих. Сейчас мне хотелось приподнять ей настроение как можно выше, ибо это, возможно, мой единственный шанс искупить свою будущую вину за предстоящий побег. Со временем, она быстро научится отличать настоящих больных от симулирующих свои страдания, а когда ей придется возглавить хижину знахарей и самолично следить за всеми средствами и ресурсами, девушка в полной мере поймет, где и как их следует расходовать.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})