Падение - Джейн Рейб

Грозный Волк закричал от неожиданности и инстинктивно схватился за черенок болта.

– Попробуй избавиться от чешуйки – и ты умрешь прозвучал над ним голос давно умершего Рыцаря Тьмы.

Рыцарь исчез, оставив Дамона корчиться на склоне горы в Долине Кристаллов. Горестный возглас донесся до слуха Грозного Волка словно издалека, и лишь через некоторое время он смог осознать, что это рыдает полуэльфийка.

Едва Дамон упал, Рикали бросилась к нему, обхватила тонкими пальчиками торчащий из раны болт и принялась осторожно вытаскивать его.

– Мэлдред! Мэл! Помоги! – крикнула она и продолжала возиться с болтом, не обращая внимания на дюжину гномов, которые прекратили стрелять и теперь бежали по склону к лежащему мужчине и склонившейся над ним девушке.

Дамон очень хотел дышать и старался изо всех сил, но не мог. Чудовищный жар и мучительная боль охватили каждый дюйм его тела, сжигая, обугливая.

– Будь проклята эта чешуйка! – прохрипел он.

Через мгновение гномы уже были рядом и поднимали остро отточенные топоры, намереваясь расправиться с двумя чужеземцами. Рикали заслонила собой Дамона.

– Я говорила, что мы умрем здесь, дорогой, – пробормотала девушка, глядя, как медленно опускается топор ближайшего гнома. Раздался громкий лязг – лезвие топора ударилось о клинок Грозного Волка. Несмотря на боль, тот сумел подняться на ноги и успел отвести удар от полуэльфийки.

– Я не собираюсь сегодня умирать, – сказал он полуэльфийке, отодвигая ее в сторону.

Дамон коротко размахнулся, и его меч нашел первого противника, ударив того по рукам. В этот момент к ним подбежал Мэлдред, спешивший на помощь Рикали, и на этот раз он уже не тратил времени на предупреждения. Силач врезался в ряды врагов, раскручивая тяжелый двуручный меч.

– Всегда готов помочь, Рики! – крикнул он. – В любое время к твоим услугам!

Полуэльфийка выхватила волнистый кинжал и метнула его, так что лезвие глубоко вошло в горло гнома, заступившего ей путь и полагавшего, что с хрупкой девушкой справиться намного проще, чем с ее высокими, широкоплечими спутниками, вооруженными длинными мечами.

Все гномы, несмотря на летнюю жару, были в тяжелых доспехах. Полуэльфийка выдернула кинжал из горла противника и переключила внимание на следующего врага. Мгновенно оценив слабые места в его броне, девушка глубоко вонзила свое оружие между пластинами доспеха.

Три гнома уже рухнули мертвыми под ноги Дамона и Мэлдреда, но один из них сумел на излете задеть силача лезвием топора. Он был самым высоким из всех и, очевидно, более сильным, поэтому остро заточенное железо вошло глубоко в руку Мэлдреда, который от неожиданности не сумел сдержать крика боли. Раненая рука плетью повисла вдоль тела, и силач вынужден был опустить свой огромный меч, не в силах удерживать его одной рукой.

Два гнома бросились на него с занесенными топорами, уверенные, что раненый великан – легкая добыча. Однако они жестоко ошиблись – здоровая рука Мэлдреда взметнулась с быстротой молнии, и крепкие пальцы сомкнулись на рукояти топора одного из противников, вывернув оружие у того из рук. Гномы не успели опомниться, как он занес свежеприобретенный топор и опустил лезвие на голову второго врага. Отточенное железо развалило шлем гнома и засело у него в черепе. Мэлдред выдернул топор и обернулся ко второму врагу, владельцу топора. Тот закричал, но удар силача быстро оборвал его крик.

Дамон легко справился со своим противником, вонзив меч в бок гнома между пластинами доспеха. Клинок застрял в ране, и Дамон, не тратя времени на то, чтобы освободить лезвие, подхватил топор одного из мертвецов и круговым ударом снес голову еще одному врагу. Из обрубка шеи ударил фонтан крови, кропя всех вокруг алыми брызгами. Когда все его противники полегли, Грозный Волк сумел вытащить свой палаш и всадил топор в грудь мертвеца, словно брезгуя дольше держать чужое оружие в руках.

Несмотря на то, что удача явно повернулась к ним спиной, оставшиеся гномы отступать не собирались. Внезапно один из них принялся судорожно сбивать пламя с загоревшейся бороды. Это был подарочек от Несуна, который только сейчас на своих коротких ножках смог добраться до друзей. Кобольд злобно оскалился и завопил, обращаясь к Рикали:

– Ну вот, а ты говорила! Да мое огненное заклинание – вещь незаменимая!

Но полуэльфийка не обратила на его крик никакого внимания, сосредоточившись на том, чтобы отражать атаки особенно коренастого гнома, на доспехе которого виднелись знаки отличия.

Мэлдред сразил одного гнома и как раз заносил оружие над головой другого, когда земля под его ногами вздрогнула. Сначала толчки были слабыми, но постепенно землетрясение усилилось, и даже маленькая, ловкая Рикали с трудом оставалась на ногах.

Дамон ударил мечом в бедро одного из своих противников и вдруг почувствовал, что рукоять палаша выскальзывает из его влажной от жары и усталости ладони. Грозный Волк приложил все силы, чтобы удержать оружие, с трудом выдернул меч из раны гнома, вложил в ножны, и тут резкий толчок выбил опору из-под его ног. Мгновение спустя Дамон уже катился по склону горы, не в силах остановить падение, сбивая собственным телом островерхие глыбы кварца, попадавшиеся на пути. Несун приник к земле, одной рукой вцепившись в большой камень, показавшийся кобольду надежным, а второй рукой крепко прижимая к груди мешок с кристаллами. Оставшиеся гномы и Мэлдред тоже не удержались на ногах и присоединились к Дамону, градом посыпавшись вниз, в долину.

– Дамон! – закричала Рикали. Она скользила по склону чуть позади Грозного Волка, стараясь увертываться от камней, усыпавших склон, и вскрикивая, когда особо острые осколки кристаллов впивались в ее тело.

Гора грохотала и тряслась. По склонам поползли трещины. Сначала они были тонкими, похожими на паутину вен, просвечивающих сквозь бледную кожу, потом начали расширяться, пока не стали напоминать разинутые зубастые пасти чудовищ. Раздались дикие крики – это двух гномов поглотил растущий разлом.

Рикали почувствовала, что под ногами у нее разверзлась пустота, и начала соскальзывать в пропасть. Ее тонкие руки метались, ища, за что можно ухватиться, пока не нащупали острый скальный выступ. Девушка держалась из последних сил под частыми ударами мелких камней, водопадом сыплющихся по склону, дыхание с хрипом вырывалось из легких. Из пропасти выметнулось облако горячей пыли, грозя задушить полуэльфийку. Она закашлялась и долго пыталась проморгаться, а когда увидела, что творится вокруг, – задохнулась от ужаса. Трещины начали сходиться. Рикали судорожно дернулась и зашарила ногами по скале в поисках опоры. Мужчине-человеку, возможно, и не удалось бы выйти из этого положения, но Рикали была девушкой, в чьих жилах текла часть эльфийской крови. Маленькие чувствительные ступни нащупывали в камне такие крошечные выбоины, что никого другого они бы не выдержали, и начали подталкивать хозяйку вверх. Упав грудью на край выступа, девушка подтянулась и, буквально выдернув себя на поверхность, откатилась подальше от жуткой пропасти. Едва она успела это сделать, как трещина со страшным грохотом закрылась.