Мерцающие врата - Дженна Блэк

Глава одиннадцатая

Я была не в лучшем настроении, когда Кимбер вернулась, чтобы вытащить меня из шкафа. Мои нервы были на пределе, я была мокрой как мышь и в таком бешенстве, что хотела вцепиться Кимбер в ее прекрасное личико. (И ничего, что пару минут назад я готова была рисковать жизнью, чтобы защитить ее.)

— Да о чем ты вообще думала?! — заорала я, вываливаясь из шкафа и едва не спотыкаясь о теннисную ракетку. Кто бы мог подумать, что Волшебница играет в теннис? Как прозаично.

Кимбер схватила меня за плечо прежде, чем я успела расквасить нос, но тут я подвернула ногу о туфлю, валявшуюся на полу, и плюхнулась на задницу. А я еще думала, что я была в плохом настроении, пока сидела в шкафу!

Я откинула прилипшие волосы с мокрого лица и уставилась на красную босоножку на неимоверно высоком каблуке, о которую я споткнулась. Потом я перевела взгляд на Кимбер. Она давилась от смеха. Я лично не видела в этом ничего смешного.

Я поднялась на ноги, всеми силами пытаясь изобразить негодование, — но сил-то было по нулям — и я пожалела, что Кимбер выше меня ростом, и мне приходится смотреть на нее снизу вверх.

— «Хотите обшарить шкаф»?! — передразнила я ее, кривляясь. — Ты что, Ким, хотела, чтобы она меня нашла?

Кимбер закатила глаза — похоже, она часто это делала — и посмотрела на меня с кривой снисходительной улыбкой.

— Если бы я вела себя так, будто мне есть что скрывать, Грейс перевернула бы тут все вверх дном! А так она не надеялась что-то найти, так что и не искала слишком уж тщательно.

Я с неохотой признала, что логика в ее рассуждениях есть. Но признавать это не спешила.

— У меня чуть сердце не выпрыгнуло, когда она открыла дверь. Могла бы по крайней мере предупредить меня, что ты собираешься делать.

— Извини, — сказала она, хотя виноватой не выглядела.

Не глядя больше на меня, она принялась засовывать вещи обратно в шкаф. Наверное, надо было ей помочь, но я была не в настроении.

— Ты в порядке? — спросила я хмуро.

Кимбер потерла красную щеку.

— Да. Нормально. — Она грустно улыбнулась. — Я сама виновата; таким, как Грейс, лучше не хамить. Мы должны найти тебе более укромное местечко, — продолжала она, — Грейс может явиться с повторным обыском, а я не уверена, что нам повезет два раза подряд.

— У меня уже есть где остановиться, — сказала я, — я буду жить в доме моего отца.

— Ты хочешь сказать, будешь там жить, когда он выйдет из тюрьмы. Пока ты пряталась в ванной, я узнала, как у него дела. Согласно расписанию, он предстанет перед Консулом завтра. Но сегодня он еще в тюрьме.

Я выругалась. Сердце у меня упало, когда я поняла, насколько крупно я попала. Я одна, у меня нет ни денег, ни смены одежды; я в чужой стране, для которой надо бы изобрести новое слово, а пойти мне совершенно некуда. И домой хочется… Кто бы мог предвидеть такой поворот событий позавчера?

— Мне надо выбираться из Авалона, — сказала я скорее самой себе, чем Кимбер.

Грейс говорила, что даже вне стен Авалона я не буду в безопасности, но я не очень-то ей верила. Мы с мамой за долгие годы приноровились скрываться, и так как она хотела быть уверенной, что отец нас не найдет, мы научились заметать следы. Конечно, я хотела познакомиться с отцом, но не такой ценой, как сейчас.

— Теоретически это звучит верно, — сказала Кимбер, закрывая шкаф и поворачиваясь ко мне. На лице ее было сочувствие. — Но твоя тетя Грейс — капитан таможенной службы, и она поставит усиленную охрану на выезде из города, чтобы только тебя не выпустили.

— Я — американская гражданка, — взвизгнула я. — Меня не имеют права удерживать здесь против моей воли!

Может, мне позвонить в американское посольство в Лондоне и меня вытащат отсюда?

Кимбер положила руки мне на плечи и слегка сжала.

— Ты — Мерцающая. Правительству Авалона плевать, если для того, чтобы удержать тебя здесь, потребуется международный скандал. Ты того стоишь.

Круто. Просто круто. Я в ловушке, моя тетя охотится за мной, мой отец в тюрьме, а единственные люди, которые, кажется, на моей стороне — это пара тинейджеров-Волшебников, которых я едва знаю.

Кимбер еще раз сжала мое плечо и отпустила.

— Все будет хорошо. Вместе — Итан и я — мы обеспечим твою безопасность до тех пор, пока твоего отца не освободят.

— Спасибо, — сказала я, и горло у меня сжалось. Кимбер и Итан — лучшее, что произошло со мной в Авалоне с момента приезда. Если бы не они, я бы все еще сидела под замком у тети Грейс, а то и того хуже.

— Я очень рада, что вы, ребята, спасли меня вчера.

Кимбер улыбнулась мне, но за улыбкой притаилась необъяснимая грусть. Что это она?

— Днем мы должны залечь на дно, но с наступлением темноты мы с Итаном переведем тебя туда, где безопасно.

— Безопасно — как в пещере вчера? — буркнула я.

Уверена, Кимбер расслышала то, что я сказала, но почему-то ничего не ответила.

— Грейс наверняка приставила кого-то следить за моей квартирой и квартирой Итана, так что тебе нельзя выходить на улицу и лучше держаться подальше от окон.

Вот это будет веселый денек!

— Если уж мне суждено прятаться в тени в ожидании ночи, — сказала я, — то я хотела бы потратить время с умом. Мне не помешал бы вводный курс магии. Что она может делать, как это все работает — ну, ты понимаешь. Я же ничего в этом не понимаю.

Похоже, Кимбер не слишком понравилась эта идея.

— У нас в семье Итан — эксперт в области магии, не я.

Я пожала плечами.

— Я же не прошу тебя колдовать при мне. Я прошу рассказать об этом. Рассказать-то ты можешь?

Она вздохнула.

— Могу. Но сперва будет не лишним выпить еще по поссету.

А так легко и привыкнуть попивать горяченькие поссеты, подумала я, делая глоток из дымящейся кружки. В детстве мама пару раз пыталась напоить меня горячим молоком, когда мне было не уснуть, но то была страшная гадость. Не то, что такой вот напиток. Ммм, поссет был куда вкуснее.

На этот раз Кимбер налила в мою кружку совсем немного виски, а вот в свою плеснула щедрую порцию.

— А твои родители знают, что ты наливаешь виски в поссет? — спросила я.

Кимбер хмыкнула с напускным пренебрежением.

— Даже если бы знали — им плевать.

Когда мы прокрадывались из кухни в спальню, Кимбер специально загородила меня собой, проходя мимо окна. При этом шторы были плотно задернуты, чтобы уж точно никто не увидел меня.

Кимбер села на край кровати, а я опустилась в низкое кресло в углу, под торшером. На журнальном столике рядом лежала книга размером с кирпич и маленький затертый покетбук с загнутыми уголками страниц. Я не удержалась и посмотрела на названия. «Кирпич» назывался «Исчисления с одной переменной: трансцендентные функции на начальной стадии», а покетбук был… «Таинственным садом» Френсис Бернетт, который я читала в восьмилетием возрасте. Я переводила взгляд с книг на Кимбер и обратно. Ее щеки стали нежно-розовыми.