Ангел Смерти (СИ) - Шевченко Юлия

– Солнышко моё, копчиком чувствую, что ты знаешь нечто интересное, поэтому выкладывай всё или нафиг мне не нужен такой никчёмный фамильяр!

– Ещё когда я был в Преисподней, у Сатаны была фаворитка – Кро...

Только Асука хотел назвать имя предполагаемого убийцы, как на улице непоседливая ребятня подняла истошный гвалт, играя в салочки, потому что слышались истеричные вопли: «Ты водишь!», а мой несчастный и, как оказалось, жутко трусливый демонёнок поспешно сполз под стол и прикрыл голову дрожащими руками.

– Если боишься произнести её имя вслух, напиши на бумажке, – наклонившись к «домику», протянула побледневшему фамильяру блокнот и карандаш.

Пока демон трясущимися от ужаса руками пытался вывести имя фаворитки своего бывшего хозяина, поспешно сгоняла к себе в комнату за ноутбуком и, вернувшись на кухню, сразу же залезла в интернет. Чтобы я там раньше про Всемирную Паутину не говорила, но инет всё-таки хорошая штука – два клика и ты узнал уйму полезной информации!

Итак, что мы имеем? «Кровавая Мери».

– А я всегда думала, что это просто страшилка для детей, – щёлкая «Enter» и загружая первую в списке ответов страничку, попыталась хоть как-то расшевелить своего хозяйственного фамильяра.

Услужливый «Яндекс» выдал довольно-таки исчерпывающий ответ, который я не преминула прочитать Асуке, сведущему в биографии нашей предполагаемой мистической подозреваемой, так сказать, из первоисточника (читай: говорившего тет-а-тет с самой чёрной ведьмой Мери).

– В глубине леса в крошечной избушке обитала старуха, собиравшая на продажу лечебные травы. Люди, живущие в ближайшем поселке, называли ее Мери и считали ведьмой. Никто не смел перечить старой карге, опасаясь, что она нашлет мор на скот, гниль – на припасы, лихорадку – на детей, либо сотворит еще какое-нибудь ужасное зло, на которое способны ведьмы, обозлившись на соседей.

Как-то однажды в округе начали одна за другой исчезать маленькие девочки. Убитые горем родители обыскали лес, окрестные здания и фермы, но нигде не смогли найти следов пропавших детей. Несколько храбрецов даже пошли в лес к Мери, но она отрицала свою причастность к пропаже девочек.

Подозрения она не развеяла, однако и доказательств против нее не было. Впрочем, соседи обратили внимание, что старая карга заметно изменилась: она стала выглядеть гораздо моложе и привлекательней.

Однажды ночью дочь мельника встала с кровати и вышла из дома, очарованная звуком, который кроме нее никто не слышал.

Той же ночью у жены хозяина мельницы разболелся зуб и она, сидя на кухне, готовила отвар, чтобы снять боль. Увидев, как дочь выходит из дому, она позвала мужа и выбежала следом за девочкой. Супруги пытались остановить девочку, но тщетно.

Отчаянные крики мельника и его жены разбудили соседей; многие выскочили на улицу, чтобы помочь обезумевшим родителям. Внезапно мельник вскрикнул и указал соседям на странный свет на краю леса. Там, около старого большого дуба стояла Кровавая Мери и указывала волшебной палочкой на его дом. Ведьма светилась изнутри голубым, неземным светом, и насылала злые чары на дочь четы.

Селяне вооружились кто чем – палками, вилами – и бросились к ведьме.

Услышав их приближение, ведьма прервала колдовство и попыталась скрыться в лесу. Но один предусмотрительный фермер, прихвативший ружье, заряженное серебряными пулями, выстрелил в нее. Он попал ведьме в ногу и старуха упала. Разъяренные люди схватили ведьму, притащили на площадь, где соорудили огромный костер и сожгли Кровавую Мери.

Вскоре после ее смерти жители поселка отправились к ее дому в лесу, и нашли могилы пропавших девочек. Ведьма убивала их, а их кровь использовала, чтобы омолодиться.

Сгорая на костре, Кровавая Мери выкрикнула проклятие. К любому, кто упомянет имя ведьмы перед зеркалом, придет ее мстительный дух и человек погибнет ужасной смертью. С тех пор любой, кто настолько глуп, что трижды произнесет «Кровавая Мери» перед зеркалом, вызывает дух озлобленной ведьмы. Этим несчастным уготована мучительная смерть, а их души, пойманные в зеркальную ловушку, будут вечно гореть в адском пламени, поскольку сама Кровавая Мери однажды тоже была сожжена.

Как тебе детская сказочка на ночь?

– Издеваешься? – гадюкой зашипел демон, и залпом выпил стакан, в котором, судя по запаху, плескалось полбутылочки валокордина. – И как только эта история просочилась мимо Велиала?

– Мимо кого? – переспросила, а потом поняла, что сия информация не имеет к делу никакого отношения. – Хотя, неважно. Так это что, правда?

– Если отбросить эмоции и шипение сожженной ведьмы, то да, это чистая правда!

Вот те раз... Где у меня там осиновый кол, распятие, Библия и бутыль со святой водой припрятаны?..

– Ты решил, что действовала Кровавая Мери, потому что и в ванной, и в прихожей были зеркала? – дождавшись утвердительного кивка, радостно заорала: – Тебе-то это откуда знать, ты же у тех школьников дома не был!

– Вспомни снимки, предоставленные Роговицким: ванные комнаты и прихожая имели большие, в полный рост зеркала. – Демон понюхал пустой стакан из-под успокоительного, словно решая, стоит ли ещё тяпнуть или пока хватит. – И вообще, можешь даже не спорить, я в состоянии узнать особый «почерк» Мери.

– Значит, нам нужно обезвредить дух ведьмы...

– И найти проводника между нашим миром и Преисподней, ведь сама Мери на такое волшебство не способна! Присказка о том, мол, трижды произнеси «Кровавая Мери» и ведьма появится, враки. Существует некий колдун или колдунья при помощи заклинания «вытягивающие» Мери из Преисподней в зеркало. Поймём мотив, ради которого не страшно и с поехавшей ведьмой связаться, найдём и колдуна или колдунью. – Асука, как всегда, выстроил строгую логическую цепочку. – С родителями и друзьями погибших ребят поговорить не хочешь?

– Не вижу смысла, – представив себе, что убитым горем родителям придётся повторно отвечать на уже ранее задаваемые Роговицким вопросы, нервно вздрогнула. – Асука, принеси-ка, пожалуйста, визитку следователя. Есть у меня одна бредовая идейка…

– Семён Петрович, вы уверенны, что это хорошая идея? – директриса школы номер 2137 даже не собиралась скрывать недовольства от предлагаемой авантюры, которую следователь одобрил с первых двух слов.

– Маргарита Ивановна, вам же нужно прекратить, а мне – раскрыть загадочные убийства или нет? – Получив энергичные и утвердительные кивки, мужчина продолжил раздавать приказы: – Девушку зачислите в класс, где совершилось одно из первых убийств... Ну, например, в одиннадцатый «Б». Документы о переводе, больничную карту и табель с оценками из якобы старой школы получите завтра.

– А учебники? – естественно я, которой больше всех надо.

– Получишь сразу же после зачисления, – Роговицкий подошёл со всей ответственностью к делу. – Ведь так, Маргарита Ивановна?

– Как скажите, Семён Петрович, – директрисе откровенно не нравилось моё вторжение в её обитель, но и против власть имущих не попрёшь, особенно при сложившихся печальных обстоятельствах. – Вот, заполни анкету и принесёшь заявление мне на подпись.

– Да фигня вопрос. Через час всё будет готово.

Схватив протянутые листочки, пулей вылетела в приёмную и, усевшись за временно свободный стол секретаря, принялась задумчиво грызть ручку, ознаменовав активную умственную деятельность.

Так, ну, допустим, с пунктами «Ф.И.О.», «Дата рождения», «Адрес», «Родители» и «Подпись» я справлюсь за считанные минуты, а вот графа «Коротко о себе» заставляет призадуматься. Что же лучше написать: «Я грандиозно умная, к тому же дико скромная, потому что такая нереально красивая» или «Неуравновешенное психическое состояние, склонна к агрессивно-импульсивному и неадекватному поведению... Одним словом – лапочка!»?..

Первый учебный день. Какая жуть кромешная, к которой, как когда-то искренне на это надеялась, я больше никогда не вернусь. Но жизнь, как всегда, всё решила по-своему.