Эра Лобановского - Дэви Аркадьев

Исходным пунктом этого замысла были становившиеся все более характерными для большого футбола 70-х годов симптомы качественных изменений: участие в наступательных и оборонительных действиях максимального числа игроков, ускорение темпов борьбы,— требующие в свою очередь и новых объемов, и новых, более интенсивных, форм тренировки. Значительно возрастали, следовательно, и объем работы, и общая занятость старших тренеров — на площадке, в учебных классах, да и во всевозможных хлопотах вне команды.

Впрочем, если честно разобраться, Лобановский и Базилевич ничего не ставили «с ног на голову». Когда создавалась нынешняя штатная структура футбольных команд мастеров, она предусматривала коллегиальное руководство старшего тренера и начальника команды. Но постепенно сложилась традиция, по которой главой команды стал старший тренер. Начальник, как правило, выступал в роли заместителя старшего тренера не по спортивным вопросам. Однако как бы он ни старался, все равно без помощи старшего тренера ему нельзя было обойтись. Многие важные вопросы приходилось решать в городских и республиканских организациях, руководители которых хотели говорить непременно с фактическим главой команды.

Вот почему некоторые старшие тренеры оставляли за собой и пост начальника команды. К примеру, в киевском «Динамо», начиная с 1960 года, все наставники, под руководством которых команда добивалась крупных успехов — В. Д. Соловьев, В. А. Маслов, А. А. Севидов,— были и старшими тренерами, и начальниками своего коллектива. Такое совмещение предлагали и Лобановскому. Но он поступил иначе. Почему он это сделал? Никогда об этом его не спрашивал. Но, думаю, скорее всего, потому, что Лобановский отлично знал, с кем именно он собирался работать тандемом, и был уверен в своем единомышленнике. Базилевич, выросший в интеллигентной киевской семье, отличный ученик, гордость школы, с юных лет не мыслил своей жизни без спорта. Как и Лобановский, он был одним из любимых болельщиками игроков киевского «Динамо» начала 60-х годов. Игру Базилевича отличала высокая скорость и острое тактическое чутье в выборе позиций. К тому же он великолепно играл головой и был одним из самых смелых форвардов в нашем футболе.

Закончив Киевский институт физкультуры, он выбрал тренерскую профессию. Пристрастие к чтению, неравнодушие к событиям культурной жизни, круг интересных друзей дома (жена Базилевича — Татьяна — в то время актриса театра имени Леси Украинки) способствовали формированию качеств, необходимых педагогу. Уже будучи футбольным тренером, он поступил в аспирантуру и весной 1975 года практически закончил работу над диссертацией. Аналитический ум, интерес ко всему новому в спортивной науке, дружба с тренерами по другим видам спорта и учеными-исследователями — все это помогло Базилевичу стать профессионально образованным специалистом высокого класса. Его тренерский почерк отразило выступление донецкого «Шахтера» в 1973 году. Звание заслуженного тренера УССР стало официальным признанием заслуг Олега Петровича.

Объединив творческие усилия именно на базе киевского «Динамо», Базилевич и Лобановский прекрасно понимали, что заняться реализацией общих идей лучше всего не где-нибудь, а в столице Украины, где их осуществление может опираться на потенциал республики.

С первых же дней деятельности новых старших тренеров в киевском «Динамо» с ними рука об руку работал еще один человек. Правда, его фамилия в штатном расписании команды не значилась. Это был консультант наставников «Динамо», кандидат педагогических наук, в то время доцент кафедры теории физического воспитания Киевского института физкультуры, А. М. Зеленцов, в прошлом одиннадцатикратный рекордсмен Советского Союза среди юниоров по прыжкам с шестом.

Любопытно, что первым с ним познакомился Базилевич. Было это еще в 1969 году, когда Олег пришел работать в Киевский институт физкультуры, на кафедру футбола. Свое знакомство и разговор о футболе будущего оба помнят в мельчайших деталях. Он состоялся сразу же после лекции, которую прочел в Киеве московский профессор Д. Д. Донской, известный специалист в области биомеханики движений.

Большое влияние на формирование взглядов и выбор направления научного поиска Анатолия Зеленцова оказал его научный руководитель В. В. Петровский, тренер двукратного чемпиона Олимпийских игр Валерия Борзова. Хотя спортивная биография нашего прославленного спринтера достаточно широко известна, вспомним все же о том, как проходило его становление. Тем более что это, думаю, имеет прямое отношение к теме данной главы. Вот лишь небольшой фрагмент моей беседы с ученым на кафедре легкой атлетики Киевского института физкультуры. Происходила она, когда до Олимпийских игр в Мюнхене, вознесших Борзова на вершину олимпийской славы, оставалось три года.

— С чего мы начали? Петровский задумывается, поправляет очки. Фундамент у Валерия уже был, так что для последующего строительства нам нужен был каркас. Начались поиски наисовершеннейшей модели спринтерского бега. Изучались кинограммы бега лучших спринтеров мира — прошлых лет и нынешних. Велись расчеты угла отталкивания при беге, наклона туловища при стартовом разгоне, тщательно выверялся еще целый ряд мелких деталей, что в совокупности открывало путь к скорости. Для того чтобы Валерий Борзов пробежал сто метров за десять секунд, целый коллектив вел поиски, похожие на работу, скажем, конструкторов автомобиля или самолета. Расчеты велись в лаборатории нашей кафедры легкой атлетики, в лабораториях других городов страны, в частности в Ленинграде и Омске... Ну а когда модель бегуна «Борзов-70» была математически рассчитана, научно обоснована, мы стали наши схемы и цифровые выкладки наполнять реальным содержанием,— продолжает Валентин Васильевич. Это была работа тонкая и филигранная, похожая на тренаж балерины, ищущей единственно верное и художественно законченное движение.

— Валентин Васильевич, вы считаете спорт наукой? — спросил я Петровского.

— Да! Времена сверхинтуиции тренера прошли. Спорт считаю точной наукой, а тренера — разносторонним ученым. Он должен быть математиком, биологом, врачом, педагогом, психологом, философом наконец. Смею утверждать, что в недалеком будущем состязаться будут не столько бегуны и тренеры, сколько научные лаборатории. Как в науке, как в промышленности...

Теперь вернемся к футболу. Зерна, брошенные Петровским, попали на благодатную почву. Зеленцова, как и некоторых других молодых ученых, давно занимала идея того, что науку не только можно поставить на службу в индивидуальных видах спорта (таких, как легкая атлетика, плавание, штанга), но и применить для тренировки спортсменов в командных видах, например, в футболе. Так вот, после лекции Донского Зеленцов поделился своими мыслями с Базилевичем и... сразу же нашел в нем запальчивого оппонента.