Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

к версии о том, что они свернули с шоссе: перекресток уже охранялся, тогда как дорога на Милсвилль не была перекрыта.

Как только сыщик отъехал, исчез и Вилли Кейс, по крайней мере, в полдень он не откликнулся на многократно прозвучавший призыв к обеду.

Глава 7

На полпути между фермой Кейсов и Милсвиллем, детектив заметил, что чуть дальше по дороге через ограждение перелезли две фигуры и исчезли в буйно разросшихся кустах ежевики. Доехав до места, Бёртон приказал шоферу остановиться: несколько секунд он пристально смотрел на простиравшееся дальше поле, но никого не увидел.

— За кустами спрятались двое, — прошептал он коллегам. — Один из вас пусть пройдет на пятьдесят ярдов вперед, а второй на такое расстояние назад. Там перебирайтесь через ограду. Когда вы сделаете это, здесь перелезу я. Им от нас не скрыться. У тебя пистолет, — обратился он к водителю. — Если попытаются бежать, беги за ними. Если окликнешь, а они не захотят остановиться, стреляй.

Мужчины ушли в разных направлениях, а когда Бёртон увидел, что они готовы преодолеть ограждение, он сам перепрыгнул через заборчик напротив автомобиля. Сразу за изгородью его взгляд упал на разлегшихся на спинах оборванных бродяг, нарочито громко храпящих. Сыщик ухмыльнулся.

— Быстро же вы засыпаете, — сказал он. Один из оборванцев открыл глаза и сел. Когда он осознал, кто стоит перед ним, его лицо расплылось в подобострастной улыбке.

— Не дают парням соснуть малясь в кусточках, надо обязательно подойти и ущипнуть, — прокомментировал он. Дружок тоже привстал и разглядывал подошедшего. Тут с двух сторон подтянулись товарищи Бёртона.

— Чо за шум? — спросил второй бродяга, вертя головой то на одного нарушителя сна, то на другого. — Мы ничо не сделали.

— Конечно нет, Чарли, — весело заверил Бёртон. — Да разве кто посмеет подозревать тебя или Генерала? Но факт в том, что кто-то набедокурил в Окдейле, и я хочу отправиться туда с вами и основательно поговорить. Руки вверх!

— Мы…

— Вверх! — отрезал сыщик, и когда четыре грязных кулака были подняты, он дал знак напарникам обыскать задержанных.

Ничего хуже ножей, наркотиков и шприца не нашлось.

— Нуу, — загундосил Дурной Чарли. — Чо мы знам, то мы знам, но ей-же-ей, мы тута ни при чем. Видали парня, который это сотворил; ночь с ним да его дружками скоротали. Он меня даже поцарапал, — Чарли расстегнул одежду и показал кровавый след, оставленный на теле пулей Оскалузского Вора. — Зуб даем, Бёртон, мы тута ни при чем. Этот паренек был в доме Сквиббов, а мы туды от дождя спрятаться забежали. А у него карманы полны капусты с блестяшками и рыжьем. Я хотел уйти, а он в меня пальнул.

— Кто он? — спросил Бёртон.

— Зовет себя Оскалузским Вором, — сказал Чарли. — С ним парень по имени Бридж. Знашь такого?

— Слышал, но он чист, — ответил детектив. — Что с ними за юбка?

— Не знаю, — признался Чарли. — Но она чой-то бормотала о своих приятелях, порешивших кого-то и выкинувших тело на дорогу, а этот Оскалузский Вор пришил старикашку ночью в Окдейле. Мож, конечно, и не он.

— Где они сейчас? — задал вопрос Бёртон.

— Мы ушли из дома Сквиббов с утра, а они тама остались, — ответил бродяга.

— Поверю, — сказал сыщик. — Но вы, робяты, отправитесь со мной. Раз вы «тута ни при чем», получите трехразовое питание и место для ночлега на несколько дней. Надо подержать вас под присмотром, чтобы оказались под рукой, когда мне понадобятся свидетели, — и повел их в автомобиль. Когда залезал в него сам, неожиданно ощупал нагрудный карман.

— Что не так? — спросил напарник.

— Записная книжка пропала, — ответил Бёртон, — наверное, выпала, когда через изгородь перепрыгивал. Подождите немного, пока поищу, — и вернулся за ограждение, перескочив его и скрывшись в зарослях.

Вернулся детектив только через пять минут с удивительно довольным выражением лица.

— Нашел? — поинтересовался лейтенант.

— Угу, — промычал Бёртон. — И теперь точно не потеряю.

Глава 8

Бридж с товарищами все дальше заходили в лес. Вдруг мужчина остановился и попятился, пытаясь спрятаться за цветущий куст. Он поднес палец к губам, призывая всех помолчать, а потом указал вперед. Молодые люди, застыв от волнения, вгляделись в просвет между ветвями и увидели полянку и стоящую на ней обмазанную глиной деревянную хижину, но не это было центром их молчаливого внимания: рядом с домиком они увидели простоволосую босую девушку, что-то сосредоточенно копающую, ловко орудуя старой лопатой.

Форма получающейся канавы говорила сама за себя, и даже не надо было видеть бездыханное доказательство, лежащее возле ямы, чтобы понять, что человек в уединенности лесной чащи роет могилу. Нечто, завернутое в ветхое одеяло, тихо ожидало, когда будет готово последнее пристанище.

Трое смотрели на девушку, а еще одна пара глаз, расширенных от ужаса, но от этого не менее внимательных и хитрых, что, впрочем, свидетельствовало лишь об изворотливой тупости их обладателя, наблюдала за всеми ими.

Неожиданно раздавшийся из темной хижины мрачный лязг цепи заставил вздрогнуть и без того взвинченную аудиторию. Юноша, вцепившийся в рукав друга, попытался оттащить его назад.

— Пошли обратно, — шепот звучал прерывисто, мальчик не контролировал голос.

— Пожалуйста, пойдемте, — поддержала спутница. — Есть другая тропинка, на север. Она к дороге нас выведет. Уходим отсюда.

Девушка с лопатой прервала свои труды и подняла голову, прислушиваясь, словно уловила слабый шелест человеческих голосов. Она была темноволоса, на вид не больше двадцати, одета в пестрый наряд из шелка и ситца в цветочек, вокруг оливкой шеи — монисто из серебряных и золотых монет. Голые руки украшали браслеты: дешевые кричащие поделки соседствовали с изящными украшениями из драгоценных металлов. Тяжелые золотые серьги также были отлиты из монет. Она выглядела дикаркой, а ее печальное занятие лишь добавляло мрачности общему впечатлению, но глаза девушки, казалось, были созданы