Одинокий тролль. Дорога ярости. Путь Эскалибура - Дэвид Вебер

По сигналу горна небольшой отряд английской кавалерии повернул налево, и колонна на ходу развернулась в цепь. Маневр был выполнен так быстро и безупречно, как только мог желать командир. Река осталась в двух милях позади, деревня лежала в трех милях впереди. Между деревней и отрядом кавалеристов оказалась толпа воинов тулаа — сотни четыре, прикинул на глаз сэр Джордж. То, что четырехруких было в два раза больше, чем кавалеристов, не очень его смущало, но вид двух десятков копьеметателей, стоящих за спинами вооруженных копьями и секирами воинов, породил в его душе скверное предчувствие.

Завидев кавалеристов, тулаа испустили яростный вой и изготовились к бою.

Барону вовсе не улыбалось сталкиваться лицом к лицу с таким количеством бойцов, являвшихся третью вражеских сил, которые, по подсчетам Компьютера, спаслись от смертоносных стрел английских лучников. С другой стороны, если ему удастся их разгромить, пока не подтянутся остальные, победу над тулаа можно будет считать окончательной.

Проблема только в том, чтобы разгромить четырехруких, а не потерпеть поражение самим.

Барон оглядел своих кавалеристов и удовлетворенно хмыкнул. Затем кивнул горнисту и опустил забрало бацинета.

— Готов! — крикнул он сквозь прорези, и горн запел.

Он мог бы передать приказ с помощью Компьютера каждому из своих людей даже здесь, вне корабля, но отказался от этой мысли. Его солдаты привыкли к сигналам горна, и не стоило сбивать их с толку новшествами в первой же битве, которую они начали на новом месте. Время для усовершенствований еще будет, если они, конечно, победят.

Следуя примеру сэра Джорджа, кавалеристы сгорбились в седлах, опустив копья для атаки. Сатана нетерпеливо переступал ногами.

— Шагом! — приказал барон, и горн пропел снова.

Кавалерия тронулась шагом, направляя коней к размахивавшей оружием толпе тулаа.

Выждав несколько мгновений, сэр Джордж выкрикнул новый приказ:

— Рысью!

Цепь всадников перешла на рысь, копыта гулко барабанили по земле, лошади набирали скорость, тулаа разразились боевыми криками и бросились навстречу.

— Атака!

Горн пропел в последний раз, и всадники ответили хриплым криком, посылая коней в галоп.

Обзор сэра Джорджа был ограничен прорезями шлема, но он хорошо видел, как вперед выбежали копьеметатели и дротики слетели с копьеметалок. Ощутил запах пыли, своего и конского пота, тепло нагревавшего доспех тусклого солнца. Грохот конских копыт превратился в знакомую музыку боя, барона охватил азарт атаки. Дротики посыпались на всадников, один из них молотом ударил в его щит. Он услышал пронзительный визг лошади, крики людей, рев четырехруких. Еще мгновение — и начнется сеча.

Противником сэра Джорджа оказался огромный тулаа — настоящий великан даже среди своих соплеменников — с чудовищными боевыми топорами, по одному на каждую пару рук. Ростом он был вровень с сидящим на коне сэром Джорджем: лицо искажено в яростной гримасе, а из груди рвется оглушительный боевой клич. Бесспорно, он был ужасен, особенно его длинные руки, оказавшиеся, впрочем, короче десятифутового копья барона. Гигант замер и захлебнулся собственным криком, когда смертоносное стальное жало пронзило ему грудь.

Тулаа рухнул наземь, и в тот же миг копье вывернулось из рук сэра Джорджа. Он был слишком опытен, чтобы пытаться удержать его, и, не мешкая ни мгновения, вырвал из ножен меч.

Заржав от ярости, Сатана рванулся вперед, но, повинуясь руке сэра Джорджа, свернул в сторону, и барон привстал в стременах навстречу новому врагу. Секира и чудовищный цеп обрушились на него с двух сторон, словно лезвия чудовищных ножниц. Невероятной силы удар цепа по щиту чуть не выбил его из седла, но противоположно направленный удар секиры неожиданным образом помог ему удержаться в седле. Удар секиры пришелся по новой цельностальной кирасе и толкнул его вперед и вбок, погасив движение, полученное им от удара цепа. Он словно попал между молотом и наковальней, в глазах у него потемнело, но лишь на миг, и меч его опустился со смертоносной точностью.

Второй тулаа пошатнулся, попятился, из рассеченной глотки хлынула кровь, и он рухнул под копыта Сатаны. Сэр Джордж осмотрелся и понял, что оказался в тылу врага. Сатана нес его прямо на спрятавшихся за спины товарищей копьеметателей, и барон кровожадно усмехнулся.

Четырехрукие копьеметатели не имели оружия для рукопашной схватки. Два посланных ими дротика попали в барона — один отскочил от кирасы, второй скользнул по левому набедреннику. Третий отскочил от брони Сатаны, и сэр Джордж набросился на копьеметателей. Он поднялся в стременах, пролетая между двумя из них, и ударом сверху отсек руку одному. Стремительно развернувшись, раскроил голову другому и отшатнулся от третьего, попытавшегося стащить его с коня одной парой рук и проткнуть дротиками с бронзовыми наконечниками двумя другими руками. Доспех выдержал удар, и барон двинул своего противника щитом в лоб. Четырехрукий попятился, и в этот момент один из подоспевших кавалеристов, сумевший каким-то чудом сохранить копье, вонзил его в живот противнику сэра Джорджа.

Поворотив Сатану, вынесшего его из толпы четырехруких, сэр Джордж окинул взглядом поле битвы.

Отряд тулаа раскололся как стекло под ударом его кавалерии. Каждый из чужаков был огромен и могуч, но даже умения драться всеми четырьмя руками одновременно было недостаточно, чтобы справиться с прекрасно обученными и защищенными доспехами англичанами. Не менее половины тулаа было перебито, и пока Снеллгрэйв подъезжал к сэру Джорджу с его штандартом, кавалеристы добили последнюю группу отчаянно сопротивлявшихся четырехруких. Остальные тулаа обратились в бегство, и англичане преследовали их, беспощадно рубя сзади, как испокон веков рубила кавалерия бежавшую с поля боя пехоту. Четырехрукие, однако, развили такую скорость, что настичь их было не так-то легко.

— Труби сбор! — скомандовал сэр Джордж, обернувшись к трубачу.

Пропел горн, перекрывая звон и грохот битвы, и всадники устремились к барону. Быть может, кто-то и помедлил, приканчивая четырехрукого, но таких было немного. Отряд барона состоял в основном из ветеранов, многое повидавших на своем веку. Молодых воинов обучали сам сэр Джордж и Уолтер Скиннет, а вовсе не французы, ни во что не ставящие воинскую дисциплину. Словом, это были профессионалы, у которых азарт и стремление к славе не могли пересилить здравый смысл, и потому они быстро прекратили преследование и собрались под штандартом барона.

Сэр Джордж с тревогой пересчитал уцелевших. По крайней мере десяток его людей остались лежать среди тулаа ранеными или убитыми, и еще несколько человек потеряли лошадей. Прекрасно сознавая, что может случиться с ранеными, если тулаа вздумают вернуться, сэр Джордж поднял забрало и повернулся к Скиннету.