Вечер потрясения - Андрей Завадский

Истребители-бомбардировщики уходили к целям, растворяясь в поднебесье. Где-то там впереди их уже ждали. Шарили по небу лучи радиолокационных станций, слепо щерились в зенит ракеты "земля-воздух", а пальцы операторов не покидали кнопок пуска. Предстояла еще одна схватка, быть может, еще более жестокая и кровавая, чем первая, уже выигранная. А на освободившиеся взлетные полосы уже выруливали штурмовики А-10А "Тандерболт", неуклюжие, казавшиеся откровенно уродливыми, но способные остановить любую танковую атаку залпами ракет "Мейверик". Пилоты в нетерпении ожидали, когда же диспетчер откроет им "зеленую улицу", отдав приказ на взлет. Третья волна готовилась к вылету.

Глава 10

Воздушный щит

Ставропольский край, Россия – Волгодонск, Россия

19 мая

Танки, вытянувшись многокилометровой змеей, мчались на юг, подпрыгивая на гребнях невысоких холмов. Мощные дизели В-92С2 работали на максимальных оборотах, и танковый полк Двадцать первой гвардейской мотострелковой дивизии неудержимо двигался к цели, пожирая километры и беспощадно расходуя моторесурс. Но сейчас настал именно тот миг, когда больше не было смысла беречь технику, несмотря на всю свою тяжеловесность, удивительно нежную, рассчитанную как раз на один такой стремительный рывок, на один бой, которому еще предстояло начаться.

– Противника не видно, – заметил полковник Белявский, трясшийся в десантном отделении командно-штабной машины БМП-1КШ, следовавшей в самой середине колонны. – Нас как будто приглашают идти вперед.

Действительно, уже больше полутора часов над головами танкистов и мотострелков, здесь, на равнине, лишенной каких-либо укрытий, чувствовавших себя живыми мишенями, не появлялись вездесущие американские истребители F-16C "Файтинг Фалкон", хотя, казалось бы, интенсивность ударов по мере сближения противников, должна была лишь нарастать. Зенитчики прежде, отражая следовавшие одна за другой атаки, сумели сбить один самолет, повредив еще два или три – те смогли убраться своим ходом – но никто не верил, что такие потери могли остановить врага.

– Открыли зеленую улицу, черт возьми, – выругался подполковник Смолин. Настроение начальника штаба портилось с каждым пройденным километром, и сейчас его раздражение едва не перехлестывало через край. – Заманивают нас в ловушку, хотят накрыть всех разом!

– Силенок не хватит, – усмехнулся Белявский. – Надорвутся! Мы просто раздавим этих ублюдков, намотаем их на свои гусеницы!

Несмотря на атаки вражеской авиации, полк почти не понес потерь. Американцы, наносившие удары силами двух-трех звеньев, казалось, натыкались на походные колонны танкистов по чистой случайности, и бой становился внезапным для обеих сторон. Десяток танков и бронемашин все же остался позади, отмечая пройденный полком путь, но это было не в счет, и теперь стальная лавина оказалась в считанных десятках километров от позиций противника, которого могло спасти только чудо.

Танки шли по степи, исчезая в клубах пыли, смешивавшейся с выхлопными газами, щедро "выдыхаемыми" работавшими на износ моторами. Подразделения разных дивизий перемешивались, поспевая к исходным рубежам, намеченным их командирами, в разное время, кто-то отставал, кто-то вырывался вперед, отрывался от основных сил порой на десятки верст, становясь легкой добычей для врага, вздумай тот контратаковать прямо сейчас. В эфире царил хаос, помехи становились только интенсивнее, так что устойчивую связь можно было поддерживать только между машинами, двигавшимися в одной колонне.

– Мы теряем управление, – с горечью констатировал генерал Артемьев, тщетно пытавшийся докричаться до своих командиров полков, отделенных сотнями километров. – Согласовывать действия невозможно! Янки будут иметь дело не с тремя дивизиями, а с множеством отдельных полков и батальонов, действующих без взаимной поддержки, без разведки.

– Тем хуже для янки, – пожал плечами начальник штаба дивизии. – Американцы полагаются на свою воздушную мощь, и вполне оправданно. Им было бы проще накрыть одним ударом сжавшуюся в кулак дивизию, чем охотиться за каждым батальоном, распыляя свои силы. Против нас будут сражаться легкие силы, десантники, и чтобы опрокинуть их, хватит и одного полка, если им будет командовать толковый офицер.

– В любом случае не остается иного выхода. Передайте всем, кто слышит, следовать на юг до соприкосновения с противником. Районы ожидания и сосредоточения отеняются! Атаковать врага при первой же возможности! Только вперед!!!

Не все командиры услышали этот приказ, поглощенный, как и многие другие, бушевавшим за бортами бронемашин ураганом радиопомех. Но и без этого каждый офицер, командовавший полком, батальоном, ротой, знал, что нужно делать. Никто не задумывался над тем, куда подевалась американская авиация. Где-то вдалеке только завершилось генеральное сражение за господство в русском небе, и степи северной Калмыкии накрыл град и пылающих обломков, сыпавшихся из поднебесья. А с юга, из-за увенчанных снежными коронами гор Кавказа, уже надвигалась очередная воздушная армада, десятки нагруженных бомбами самолетов всех типов. Однако целью их были вовсе не русские танки.

Дивизии могучим потоком двигались на юг, к границе, навстречу ожидавшему их врагу, а далеко в тылу разворачивалось новое сражение. Мотострелки и танкисты получили передышку, за которую вскоре предстояло заплатить собственными жизнями их братьям по оружию, прильнувшим к прицелам зенитных орудий и экранам локаторов.

Редкие прохожие, пробегавшие рысцой по притихшим улицам Волгодонска, испуганно, но и с интересом при этом, косились на приземистую боевую машину, расположившуюся посреди мостовой, перегородив своим стальным "телом" проезд по дороге, ведущей к набережной Дона. Правда, прохожих поблизости почти не было – вой сирен воздушной тревоги разогнал по углам и самых непоседливых. Близость к атомной электростанции невольно дисциплинировала, заставляя воспринимать тревожный сигнал со всей серьезностью, и жители, толком не зная, что грозит их городу, торопились в укрытия, так что некому было любоваться пугающим, но одновременно и производящим неизгладимое впечатление зрелищем. А оно того, право же, стоило.

Зенитная самоходная установка "Шилка" была похожа на притаившегося в засаде зверя, готовящегося к смертоносному броску, да так оно, по большему счету, и было. Связка из четырех стволов калибром двадцать три миллиметра взметнулась почти точно в зенит, готовая выбросить в небо поток раскаленного свинца, стоит только наводчику нажать на гашетку. Однако радар боевой машины был пока выключен, чтобы ничем не выдать своего присутствия врагу, появления которого ждали и к которому здесь, в городе, были вполне готовы.

– Товарищ генерал, части городского гарнизона и приданные им подразделения заняли позиции на направлении возможного удара противника, – докладывал вновь назначенный военный комендант Волгодонска. – Мы готовы встретить врага в любую секунду!

– Американцы бросят против вас свою авиацию, десятки самолетов, и их целями могут стать мосты, эстакады, а также, вероятно, и плотина, – предупредил командующий Северокавказским военным округом, старавшийся проконтролировать действия всех своих подчиненных, насколько это было возможно при постоянно прерывавшейся радиосвязи – в эфире по-прежнему бушевала настоящая буря помех. – Через ваш город я планирую наладить снабжение наших передовых сил боеприпасами, запчастями, топливом – всем, что нужно для успешного развития наступления. Еще немного – и наши танкисты отбросят янки обратно в Грузию, но ничего не выйдет, если боевые машины встанут, израсходовав топливо на марше. Их перещелкают с воздуха без малейших помех.

– Город мы сможем прикрыть, – уверенно ответил комендант, перед которым как раз оказалась развернута карта с нанесенными на нее позициями средств противовоздушной обороны, которых было, кстати, вполне достаточно. – Сюда американцы не прорвутся так легко. Мы будем сражаться до конца!

Волгодонск действительно готовился к бою. Ракетные установки и зенитные орудия занимали позиции в окрестностях города, на перекрестках и во дворах, здесь же, на тротуарах и мостовых, ожидали сигнала к бою пехотинцы, вооруженные переносными зенитно-ракетными комплексами, простым и смертоносным в своей эффективности оружием, заслуживавшим неизменное уважение тех, по кому оно когда-либо стреляло. Мощные радары, обратившие к горизонту антенные решетки, должны были загодя обнаружить появление противника, и тогда любой самолет, вертолет, ракета или планирующая бомба, приблизившиеся к городу, были бы встречены шквалом огня.

А по мосту с правого берега Дона уже ползли тяжело груженные "Уралы", целые колонны грузовиков, направлявшиеся неудержимым потоком на юг, словно пытаясь догнать наступавшие танки, исчезнувшие где-то в глуби степей, чтобы появиться вновь уже на позициях врага. Недовольно рыча моторами, автомобили двигались туда, куда направил их приказ командующего, и расчеты зенитных батарей были готовы сделать все, чтобы эти колонны добрались до цели.