Другой Шинигами - Alchoz

спокойствия, которая пошла от него. В несколько секунд все волнения и размышления отошли в сторону. Оставалось только желание действовать

Как только дверь широко раскрылась, капитан сплюнул что-то на пол, а затем закричал:

— В атаку!

— Да-а-а! — такой был громкий ответ.

Шинигами рванул сквозь проход в одну секунду, выливаясь на улицы большого города, который совсем не был похож на все то, что они видели до этого. Секундное ошеломление мгновенно прервалось, когда сотни духовных тысяч стрел начали лететь со всех сторон. Небо над городом было затянуто темными облаками, а воздух наполнен был звуками отдаленной битвы и эхом стрел, прорезающих пространство.

— Какого? — вскрикнул действительно удивленный капитан. Не долго размышляя, он вытащил артефакт, который вспыхнул духовной силой, создавая перед ним широкий и большой щит. Щит мерцал и пульсировал, отражая атаки и защищая отряд от внезапной угрозы.

В одно мгновение Аугей, да и большинство других шинигами одиннадцатого отряда, поняли, что ситуация сложилась очень плохо. Каким-то образом квинси сумели расставить на них ловушку. Окруженные со всех сторон, они осознали всю серьезность и опасность положения. В воздухе витала напряженность, каждый шинигами был готов к битве, но и понимал, что им придется преодолеть нечто невообразимо сложное.

Капитан резко прыгнул вперед и врезался своим телом в здание, пробивая его на вылет. Стрелы врезались в барьер, который он оставил за своей спиной, грозясь в ближайшее время его истощить и пробить. Одна секунда замешательства, и шинигами пришлось уже не атаковать первыми, а реагировать на атаку своих противников. Все происходило так быстро, что даже самые опытные бойцы едва успевали за событиями.

Киганджоу очень быстро нашел первого противника. Его катана в одну секунду разрезала какого-то молодого квинси на две части, а затем он продолжил собственное движение, словно какой-то бог войны. Его движения были молниеносными и точными, словно каждый его шаг был заранее рассчитан. Он двигался среди противников, словно танец, оставляя за собой лишь разрушение.

— Сражайтесь! — закричал капитан. Его голос был полон мощи и уверенности, подстегивая бойцов к новым подвигам.

Аугей и другие шинигами, чувствуя внезапный прилив сил и энергии, решились на решительный прыжок в атаку. Их движения были быстры и целенаправленны, каждый шаг пронизан решимостью и смелостью. Однако, спустя всего лишь мгновение, начались первые потери. Один из рядовых бойцов, невзначай оказавшийся в эпицентре вражеского огня, был буквально изрешечён десятками голубых стрел. Они пронзали его тело, оставляя после себя кровоточащие раны и пробивая его насквозь, в то время как его лицо отражало шок и боль. Рядом с ним, другой шинигами, не успевший увернуться, поймал одну из стрел прямо в голову. Удар был настолько мгновенным и точным, что боец упал на землю без единого звука, его жизнь оборвалась на месте.

Аугей использовал сюнпо, над которым он очень активно работал, уходя от нескольких стрел, которые летели прямо на него, и начал сближаться с выбранным противником. Но… это было ошибкой.

Как только Аугей появился перед квинси, последний, словно ожидая его, сделал быстрый шаг в сторону, уклоняясь от предполагаемого удара. В его движениях читалась ловкость и предусмотрительность, словно он предвидел каждый шаг противника. А затем, совершив странное, но поразительно ловкое движение, в его руке мгновенно появился арбалет. В этот момент время казалось замедлилось: выстрел прозвучал, и Аугей ощутил острую, жгучую боль у себя в груди. Он посмотрел вниз и увидел кровоточащую рану — сигнал неизбежного конца.

Паника и страх моментально заполнили его сознание. В голове начались хаотичные мысли, и все вокруг казалось терять свои очертания. Крики его занпакто, ранее такие ясные и направляющие, теперь звучали как далекий, неразборчивый шум. Мир вокруг Аугея начал сворачиваться, сжимаясь до размера черной точки, затягивающей его в небытие.

И всё… Аугей упал на крышу, обагренную светом уличных фонарей, его кровь беспощадно заливала крышу, создавая темные лужи. Неподвижное тело, лишенное жизни, было ярким напоминанием о беспощадности и реальности войны. Он стал одной из первых жертв этой войны со стороны шинигами, но, увы, точно не последней.

* * *

За одиннадцатым отрядом закрылись двери, и мы стали ожидать. Отряд Кидо внимательно ожидал и неслышно общался между собой. Нужно было подождать, когда они освободят Сенкаймон, и только тогда мы сможем атаковать. Надеюсь, что у них все пройдет успешно.

Проход снова начал светиться, и дверь медленно открылась, позволяя следующим отрядам зайти. На этот раз два отряда зашли внутрь, и комната мгновенно увеличилась в размерах. Очень интересно, как это было достигнуто?

Около меня стоял парень с синими волосами и скучающим выражением на выбеленном лице. Кажется, он любит носить грим. Совсем обычный двадцатый офицер, но его аура, кажется, какой-то зловещей. Нити, что соединяют его занпакто с ним, странные и очень сильно перекорежены.

— Интересно? — спросил тот, не глядя на меня.

— Что? — спросил у него.

— Интересно говорю тебе? — спросил он снова и покрутил своими глазами прямо на меня, при этом не меняя позиции своей головы. Выглядит это немного странно.

— Как тебя зовут? — поинтересовался, игнорируя его вопрос.

— Маюри Куроцучи, — представил он в ответ, отводя от меня свой взгляд.

— Рад познакомиться, — сказал. — Ты готов?

— Хе-хе-хе, — только засмеялся он. — У меня есть несколько экспериментов, которые я хотел бы провести. Хе-хе-хе.

Почему мне кажется, что этот парень несколько не в себе… Не став ничего делать, я только кивнул на это. Подожду, пока откроются двери, а затем уйду от него как можно дальше. Положив руку на свой цзян, я стал ожидать, когда же наконец-то откроются двери.

Они начали медленно открываться. Капитан третьего отряда поднял свою руку, намекая на готовность. Все разговоры, которые могли быть между отрядами, пропали. Легкая нервозность намекала на то, что впереди ждет очень рискованное дело.

Дверь начала медленно открываться, и сразу же повеяло запахом крови. Как только мы увидели реальный мир, капитан Саске махнул рукой, и дальше все стало делом рефлексов. Не дурно мы всем отрядом тренировались, как можно быстрее покидать помещение.

За несколько секунд все офицеры вырвались вперед и в воздух. Мгновенно в нас начали лететь стрелы, которые хотели сбить нас как каких-то птиц с небес. Понятное дело, что никто не мог такого позволить.

С моей руки сорвалось первое кидо в сторону какого-то высокого дома, с которого постоянно летели стрелы. Огненный шар вспыхнул внутри дома, разрывая его, словно карточную бумажку. Обычные люди, которые почему-то оказались вокруг, совсем не понимали, что происходит. Каменные стены превратились в шрапнель, которая разрывала тела на своем пути.

Приземлившись