Чеболь. Сборник - Евгений Артёмович Алексеев

– Взаимно, Федор Юрьевич.

– Прошу, прошу дорогие гости.

В отличии от вчерашнего дня путь лежал в другую часть особняка, как я понимаю нас будут принимать в личных покоях семьи Лопухиных. Видно, Федор Юрьевич считает себя всерьез виноватым, а может какой интерес?

Миновав анфиладу залов, мы в конце концов оказались в уютной обеденной палате. За относительно небольшим семейным столом сидели знакомый нам Арсений, похожая на него девочка лет двенадцати, два кудрявых близнеца лет восьми-девяти и, по всей вероятности, супруга генерала с чудным малышом на руках. Видимо по этой причине мы вчера не были представлены госпоже Лопухиной, кажется ребенок еще совсем мал и по традиции мать с новорожденным стараются избегать многолюдных собраний. Однако, и то, что они сейчас присутствуют за столом, знак доверия к нам.

– Чхоль, Анабель, знакомьтесь это моя супруга Мария Ильинична Лопухина. С Арсением вы знакомы, рядом с ним моя дочь Лидия, сыновья Аркадий и Вениамин, а на руках у жены младшая дочь Аленка.

– Очень приятно.

Пока мы знакомились с многочисленными членами семьи Лопухиных, расторопные лакеи накрывали первую перемену блюд. Угощали нас по русской традиции весьма хлебосольно. После того, как был утолен первый голод, глава семейства приступил к разрешению беспокоящей его проблемы.

– Чхоль, я рад вашей блестящей победе в дуэли, позвольте мне выразить восхищение вашими воинскими навыками.

– Спасибо, я лишь защищал свою жизнь.

– И весьма умело, и все же я хочу вернуться к теме дуэли. Я все еще считаю, что предпосылкой такому развитию событий послужила, мое приглашение.

– Я не считаю, что эти два события связаны злым умыслом.

– Спасибо, за отсутствие излишней подозрительности. И все же я изложу все как есть. Основная проблема в том, что Вишневицкие де-юре от нас не зависящие де-факто являются зависимым от клана Лопухиных родом. Более того на их наследника Михаила была возложена задача оберегать моего наследника Арсения. Это обычная практика в военной среде российского офицерства, к сожалению, у нас немало случаев провокации и убийства аристократов на дуэли.

– Понятная предосторожность.

– Да, и понимая роль Михаила, ответственность клана Лопухиных за его необдуманные действия при глубоком рассмотрении выглядит несколько иначе.

– Понимаю.

– В связи с этим я бы хотел уладить сложившуюся ситуацию.

– Повторюсь, Федор Юрьевич я не связываю дуэль с кланом Лопухиных, и после раскрытых вами фактов.

– Еще раз спасибо, но общество воспринимает это иначе, наша репутация пострадала. Здесь лично я вижу два выхода. Первый, клан Лопухиных сотрет с лица земли род Вишневицких, это радикальный, но наиболее эффективный вариант. В этом случае и у Чинхва к нам и у любой другой третьей стороны не будет никаких вопросов.

– Сурово у вас все.

– Знаете ли вынуждает, если спускать, завтра могут появиться лица, непосредственно реализующие такие схемы для устранения наследников. И сейчас есть, э-хе-хе. Но вернемся к нашим делам. Я правильно понимаю, что вы не сторонник радикальных мер?

– Я не противник решения вопросов таким способом в целом, но в данном конкретном случае считаю такие меры излишне жесткими.

– Я так и думал, поэтому род Вишневицких до сих пор существует, хотя большая часть членов их семьи, равно как и ваш сегодняшний оппонент, заблокированы военными силами клана Лопухиных.

– Оперативно.

– Приказ об их изоляции я отдал еще вчера. Так вот, второй вариант – вассалитет Вишневицких перед Чинхва.

– Ого, а международное право? Будет ли толк от такого вассала?

– Кодекс Кланов превыше всего. У вас будет приоритетное право над страновыми законами.

– Неожиданно все. Такой вопрос с кондачка не решить.

– Сколько времени вам нужно? Мы все же не можем долго удерживать членов рода, глава – маг в ранге мастера. Надо или прикончить глупцов, или принять вассалитет.

– Нда… задали вы мне задачку. Мне нужно хотя бы два дня. Это решение должно быть согласовано с главой клана, даже если Вишневицкие будут приносить клятву верности лично мне, а не Чинхва. Потом надо понять все юридические и экономические риски такого шага.

– Я предполагал такое развитие ситуации. Здесь вся информация по экономическому состоянию рода, – генерал-аншеф предал в мои руки флешку и объемистую папку с документами, – Аудит их активов делали мои специалисты поэтому полностью ручаюсь за достоверность предоставленных данных. Во второй папке все возможные юридические аллюзии, которые увидели мои юристы.

– Думаю это сократит время для аналитиков Чинхва.

– Дорогой. Возможно, Чхоль и Анабель устали от дел. Могу ли я распорядиться подать десерт? – вмешалась, а точнее подвела черту нашей беседе супруга генерал-аншефа.

– Конечно. Мы уже закончили.

На десерт принесли различные фрукты, пирамидки с пирожными, пироги со сладкой начинкой, розетки с вареньем, приготовленные хозяйкой поместья из плодов подмосковного сада Лопухиных. Хозяйка собственноручно разливала свежезаваренный чай, передав уснувшую малышку нянечке. Убедившись, что гости сыты и напились чаю, Мария Ильинична обратилась к нам с Анбель.

– Чхоль, Анабель, мой муж в восторге от вашего таланта. Он так надеялся, что вы споете вчера.

– Жаль, что не вышло.

– Вы не сочтете за наглость, если я порошу вас исполнить хотя бы «Оренбургский пуховый платок»?

– Конечно нет, я с радостью спою, – покладисто согласилась моя девушка, ища глазами фортепиано или какой-нибудь другой инструмент.

– Урраааа! – закричала скромно молчащая весь обед Лидия, – А Despasitoспоете? – суровый князь Лопухин обсуждал дела при своих детях, видимо преподавая отпрыскам урок, после которого они точно будут внимательны к своим словам и эмоциям. Ведь их знакомец Михаил одним неосторожным действием подставил под удар всю свою семью.

– Конечно споем, – пообещал я, по-видимому, нашей очередной фанатке.

Вечер прошел отлично. Мы всей компанией переместились в соседнюю гостиную, в которой нашелся роскошный рояль, синтезатор и куча других инструментов. Вначале пела Анабель, потом я. А в конце к исполнению полюбившегося всем «Коня» тихонечко присоединились все слуги и телохранители кто так или иначе мог задержаться в зале, ну а женская часть уже традиционно плакала под «Оренбургский пуховый платок». С Лопухиными мы очень тепло расстались довольно поздно и уставшие от полного событиями дня добрались до гостиничного номера.

Перед сном я поговорил с Дю Кюном, у которого было уже ранее утро и кратко обрисовал ситуацию и переслал файлы, переданные мне князем. Пока Анабель принимала душ, я и сам пробежался по материалам на род Вишневицких. Как я и предполагал ничего