Академия на краю гибели - Айзек Азимов

— Могло ли быть иначе? Вряд ли Новая Земля лучше известна Галактике, чем старая, а её обитатели настойчиво стремятся держать подальше всех инопланетников.

— Мы были там, — вмешалась Блисс. — И ничего не нашли.

— Мы и не искали ничего, кроме сведений о местоположении Земли.

Теперь удивился Пелорат:

— Но ведь мы-то ищем что-то такое… высокоразвитое, передовое… сверхразумное — то, что могло бы изъять информацию из-под самого носа Второй Академии и даже из-под носа — прости меня, Блисс, — Геи. Эти люди с Новой Земли, может быть, и способны управлять погодой над своим клочком суши, и владеют развитой биотехнологией, но, я думаю, ты согласишься, что их уровень развития в целом очень низок.

— Я согласна с Пелом, — кивнула Блисс.

— Мы судим лишь по немногим деталям, — сказал Тревайз. — Мы так и не увидели мужчин из рыболовецкой флотилии, не видели других частей острова, кроме того места, где совершили посадку. Кто знает, что бы мы могли найти, исследуй мы планету более тщательно? Кстати говоря, мы не узнали флуоресцентные светильники, пока не увидели их в действии, и если нам казалось, что техника там была не развита, я повторяю…

— Что, что, Голан? — явно заинтересованная его монологом, торопила Блисс.

— Тогда всё это могло быть лишь частью маскировки, призванной скрыть правду.

— Невозможно, — как отрубила Блисс.

— Невозможно?! Это ты говорила мне, ещё на Гее, что на Тренторе вся цивилизация искусно поддерживается на примитивном уровне, чтобы скрывать её достижения от Второй Академии. Почему та же самая тактика не может быть использована на Новой Земле?

— Следовательно, ты предлагаешь, чтобы мы вернулись на Новую Землю и вновь встретились с инфекцией? На этот раз её уж точно активируют. Половой акт, несомненно, исключительно приятный способ заразиться, но он может оказаться не единственным.

— Я не жажду вернуться на Новую Землю, — возразил Тревайз, — но, может быть, придётся…

— Может быть или придётся?

— Может быть! В конце концов, есть ещё одна вероятность.

— Какая же?

— Новая Земля обращается вокруг Альфы. Но Альфа — часть двойной системы. Не может ли существовать пригодная для жизни планета на орбите вокруг спутника Альфы?

— Слишком уж он тусклый, — не согласилась Блисс. — Его яркость составляет лишь четверть яркости Альфы.

— Тусклый, но не слишком. Если планета расположена близко к этой звезде, будет в самый раз.

— А компьютер знает что-нибудь о планетах этой звезды-спутника? — вставил свой вопрос Пелорат.

— Я уже проверял, — мрачно ухмыльнулся Тревайз. — Там пять планет средних размеров. Газовых гигантов нет.

— А хоть одна из этих планет обитаема?

— У компьютера нет информации о них, кроме количества и того факта, что они невелики.

— Ох! — разочарованно вздохнул Пелорат.

— Не стоит расстраиваться. Ни одной космонитской планеты вообще не было в памяти компьютера. Информация о самой Альфе — минимальна. Все эти сведения тщательно скрывались, и если почти ничего не известно о спутнике Альфы, это, вероятно, можно рассматривать как добрый знак.

— Тогда что ты собрался делать, — деловым тоном поинтересовалась Блисс, — посетить спутник и, если этот номер окажется пустым, — вернуться к Альфе?

— Да. И на этот раз, когда мы доберёмся до Новой Земли, мы будем подготовлены ко всему. Мы скрупулезно исследуем весь остров, прежде чем сделать посадку, и, Блисс, я надеюсь на твои ментальные способности как на защиту от…

И вдруг «Далекая звезда» слегка накренилась и вздрогнула, Тревайз вскрикнул в гневе и растерянности:

— Кто за пультом?

И спрашивать было нечего. Он отлично знал кто.

Фаллом, стоя перед пультом управления, была совершенно поглощена связью с компьютером. Она широко развела маленькие руки с длинными пальцами, чтобы ими накрыть слабо-светящиеся контуры на панели. Казалось, её ладони почти слились с пультом, хотя было ясно, что он сделан из твёрдого и скользкого материала.

Она несколько раз видела, что Тревайз держал руки именно так и больше ничего не делал, хотя было совершенно ясно, как он управляет кораблем.

Фаллом видела и то, как Тревайз закрывал при этом глаза, и сама зажмурилась. Спустя пару минут она ощутила нечто вроде тихого, далекого голоса, зазвучавшего в голове. Как она смутно догадывалась, ей помогали мозговые преобразователи. Они оказались даже более важны, чем руки. Фаллом напряглась, пытаясь разобрать слова.

— Распоряжения, — говорил голос почти умоляюще. — Какие будут распоряжения?

Фаллом ничего не ответила. Она никогда не замечала, чтобы Тревайз что-либо говорил компьютеру, но знала, чего ей хотелось всем сердцем: она мечтала вернуться на Солярию, в удобное пространство особняка, к Джемби… Джемби… Джемби…

Она хотела туда и, как только подумала о любимой планете, вообразила её на обзорном экране, там же, где она видела другие планеты, к которым не стремилась. Фаллом открыла глаза и посмотрела на экран, желая, чтобы там оказалась ненавистная ей Земля; глядя на то, что она там видела, Фаллом представила на месте этой планеты Солярию. Она ненавидела огромную Галактику, в которую попала против своей воли. Слезы заволокли её глаза. Корабль дрогнул.

Она почувствовала эту дрожь и сама задрожала.

А потом Фаллом услышала громкий топот в коридоре, открыла глаза и увидела перед собой искаженное лицо Тревайза, заслонившее обзорный экран, на котором возникло то, чего она так хотела. Тревайз что-то кричал, но Фаллом было всё равно. Это он забрал её с Солярии, убив Бандера, это он мешал ей вернуться, думая только о Земле, и она не желала слушать его.

Она хотела увести корабль к Солярии. Отвечая на её решимость, «Далекая звезда» содрогнулась вновь.

96

Блисс в отчаянии схватила за руку Тревайза:

— Нет! Не надо! — Она его сдерживала, не подпуская к Фаллом, а сконфуженный Пелорат в полной растерянности застыл у неё за спиной.

— Убери руки от компьютера! — кричал Тревайз. — Блисс, не мешай. Иначе я буду вынужден сделать тебе больно.

— Не срывай гнев на ребенке! — измученным голосом просила Блисс. — Иначе буду вынуждена я сделать больно тебе, несмотря на все договоренности.

Взгляд Тревайза дико метался между Фаллом и Блисс.

— Тогда уведи её прочь, Блисс. Немедленно!

Блисс оттолкнула его с удивительной силой. (Наверное, у Геи позаимствовала, подумал потом Тревайз.)