Достойный жених. Книга 2 - Викрам Сет

его урн на несколько столов, все члены комиссии одновременно начали считать бюллетени под наблюдением представителей счетных комиссий кандидатов.

Результаты подсчетов предписывалось заранее не разглашать, но, разумеется, это не соблюдалось, и вскоре стало известно, что Икбал Ахмад, как и ожидалось, набрал очень мало голосов. Поскольку писать или что-либо отмечать на бюллетене не требовалось – избиратели должны были просто опустить его в ту или другую урну, – испорченных бюллетеней практически не встречалось. Подсчет шел быстро, и, если бы работу начали вовремя, к полуночи все закончили бы. Но было уже одиннадцать часов, все устали, а у кандидата от партии Конгресса, уже набравшего, ко всеобщему удивлению, более 14 000 голосов, оставались непроверенными еще несколько урн.

В некоторых урнах Махеша Капура обнаружились неожиданные подношения в виде красного порошка и мелких монет. Очевидно, их оставили вместе с бюллетенями какие-то набожные крестьяне, увидевшие на урне изображение священного животного.

Пока под наблюдением окружного магистрата и главы подокружной администрации продолжался подсчет, Махеш Капур подошел к Варису, наблюдавшему за происходящим с обеспокоенным видом, и произнес:

– Адаб арз[243], Варис-сахиб.

– Адаб арз, – буркнул Варис. Обращение «сахиб» явно звучало насмешкой.

– Как себя чувствует Фироз?

Хотя вопрос был естественен, Варис вспыхнул от стыда, сразу подумав о розовых листовках.

– Почему вы спрашиваете? – отозвался он.

– Потому что меня это интересует, – меланхолично ответил Махеш Капур. – Я почти ничего не знаю о его состоянии и думал, что вы знаете. Наваба-сахиба нигде не видно. Он не собирался прийти?

– Он же не кандидат, – бросил Варис. – А Фироз в порядке, – добавил он, не глядя на Махеша Капура.

– Я рад, – сказал Махеш Капур и хотел передать больному привет, но передумал и отвернулся.

Незадолго до полуночи результаты подсчета голосов были следующими:

1. Али, Мир Шамшер          Независимый кандидат            481

2. Ахмад, Икбал                 Независимый кандидат            608

3. Джха, Шанти Прасад       Рама-Раджья Паришад             1154

4. Капур, Махеш                ИНК                                     15 575

5. Хусейн, Мухаммед          НРКП                                   1533

К полуночи только-только закончили считать голоса Махеша Капура, и окружной магистрат в качестве уполномоченного по выборам объявил, что подсчет приостанавливается по всей стране в знак уважения к королю Георгу VI. Еще за два часа до этого он предупредил кандидатов и их агентов о задержке, так что, несмотря на напряженную атмосферу, никто не возмущался. Подсчитанные бюллетени и еще не вскрытые урны были заперты по отдельности в казначейском помещении, где они должны были храниться до восьмого февраля.

Результаты подсчетов неминуемо просочились во внешний мир, и люди в Брахмпуре и в избирательном округе пришли к такому же заключению, что и информатор профессора Мишры. Махеш Капур тоже смотрел в будущее с оптимизмом. Он задержался в своем поместье в Рудхии, осматривая пшеничные посевы и обсуждая с управляющим фермой хозяйственные вопросы.

Утром восьмого февраля он проснулся бодрым, радуясь тому, что хотя бы одна из проблем свалилась с его плеч.

18.13

Подсчет голосов возобновился, и вскоре количество бюллетеней, поданных за Вариса, достигло 10 000, так что стало ясно: еще не все решено. В населенных пунктах, находившихся в непосредственной близости от Байтара, явка значительно превосходила ту, что наблюдалась в других округах, и намного превысила 55 процентов.

Вскоре голоса за Вариса уже достигли 14 000, и представители партии Конгресс забеспокоились. Окружному магистрату даже пришлось призвать всех к порядку, пригрозив, что в противном случае он опять приостановит работу.

Это подействовало, но лишь на время. Когда число голосов за Вариса дошло до 15 000, поднялся страшный шум. Наиболее несдержанные члены Конгресса стали говорить о манипуляциях с урнами Вариса, но Махеш Капур резко велел им прекратить. Однако он был в смятении и боялся, что проиграет, в то время как команда его соперника оживилась, предвкушая момент, когда результат Вариса превысит заветное число.

Долго ждать им не пришлось. Еще оставалось несколько непроверенных урн с бюллетенями Вариса, а число голосов за него достигло цифры 15 576. Варис вскочил на стол и завопил от радости. Его сторонники подняли его на плечи и вытащили на улицу, откуда донесся ставший популярным рефрен:

Кто в гонке нашей чемпион?

Варис-сахиб. Из всех лишь он!

Варис, вне себя от радости, что выиграл, отомстил за молодого навабзаду и приобрел добавление «сахиб» к своему имени, уже не вспоминал неблаговидного трюка с листовками.

Окружной магистрат вернул Вариса на землю в прямом и переносном смысле, пригрозив изгнать его из коллектората, если его команда не прекратит гвалт. Варис успокоил своих приближенных, сказав одному-двум из них:

– Теперь, когда я в Заксе, посмотрим, кто из нас быстрее вылетит отсюда – я или он.

Соратники Махеша Капура по партии стали советовать ему немедленно подать жалобу или ходатайство о расследовании действительности выборов. Было предельно ясно – по крайней мере в Байтаре и его окрестностях, – что для многих решающую роль в избрании Вариса сыграли выпущенные им листовки с ложным сообщением о смерти Фироза.

Махеш Капур был разочарован и расстроен, особенно после утренней уверенности в победе, и не желал расстраиваться еще больше, подавая жалобу или ходатайство. Варис получил 16 748 голосов, и его отрыв был слишком велик даже для того, чтобы требовать пересчета. Махеш Капур подошел к сопернику и поздравил его с победой. Варис с достоинством принял поздравление. Победа изгнала последние остатки его совести.

Наконец подсчеты голосов за всех кандидатов были закончены, и окружной магистрат официально объявил о победе Вариса Хана. Вечером об этом сообщили по радио. Окончательные результаты выборов выглядели следующим образом:

18.14

В Байтар-Хаусе в этот вечер состоялось празднество.

Варис устроил грандиозный костер, велел заколоть дюжину овец и дюжину коз и пригласил всех, кто помогал ему или голосовал за него, а затем объявил, что даже те сволочи, которые голосовали против, тоже могут прийти. Он предусмотрительно не выставил спиртного, но сам был под всеми парами и произнес речь – во время предвыборной кампании он поднаторел в речах – о благородных традициях Байтар-Хауса, о высоких достоинствах избирателей, о всемогуществе Бога и удивительном феномене Вариса.

О том, что он собирается делать в Законодательном собрании, Варис умалчивал, но сам-то он был уверен, что освоит все хитросплетения работы в Заксе так же легко, как овладел механикой избирательного процесса.

Мунши был исполнен почтения и санкционировал все расходы, украсил арку ворот форта цветами и со слезами на глазах отвешивал Варису низкие поклоны. Он всегда искренне любил Вариса и верил в его высокое предназначение, и вот теперь его молитвы услышаны. Упав перед Варисом на колени, мунши просил благословить его. Варис, настроенный благодушно, сказал:

– О’кей, я тебя благословляю, говнюк.